Дверь в другой мир - Серебряный_Змей
Дверь открылась, и внутрь снова заглянула Сайо.
— Юи, можешь подойти на минуту?
Все присутствующие с лёгким удивлением посмотрели на неё. Я пожал плечами, поднялся и направился к выходу, но возле двери взгляд сам собой задержался на древесине.
Полотно было сделано из светлого, почти молочно-жёлтого дерева с красивым рисунком прожилок. Металлическая ручка слегка изгибалась, оставаясь одновременно изящной и простой.
Хорошая дверь.
Идеально подходила этой гостиной.
— Юи?
Я вздрогнул.
— Простите. Задумался.
Со стороны дивана раздался тихий смешок Джона.
Я подозрительно посмотрел на него, но мужчина уже с максимально невинным видом пил чай.
Сайо поманила меня рукой, и мы пошли по коридору. Вдоль стен стояли большие керамические вазы и горшки с растениями, причём зелени здесь оказалось настолько много, что временами действительно возникало ощущение прогулки по лесу.
— У вас в доме растений больше, чем у некоторых на улице.
— Маленькие духи любят отдыхать среди живой зелени, — пояснила Сайо. — Поэтому часть растений мы держим специально для них.
Она остановилась возле одной из дверей и аккуратно открыла её.
Я ещё на мгновение задержался взглядом на изящной деревянной створке, после чего последовал за чёрной лисой внутрь.
— У меня к тебе небольшая просьба.
Сайо направилась к кроватке, стоявшей возле дальней стены детской. Комната была выдержана в мягких голубых тонах, а потолок украшал тканевый шатёр с изображениями мультяшных животных.
— Какая?
— Ты не будешь против, если я прикоснусь к твоей спутнице?
Я удивлённо посмотрел на женщину.
Потом проследил за её взглядом.
И практически сразу оказался возле кроватки, готовясь увидеть что угодно.
Кроме того, что увидел.
На мягкой подстилке лежала крохотная белая девочка-лисичка. Один пушистый хвостик, крошечные ушки, закрытые глаза и совершенно довольное личико. Кагура спокойно посасывала соску, а руками обнимала Лию.
Моя фея. Моя головная боль.
Мелкая террористка, которая несколько часов назад пыталась отравить меня сахаром.
Сейчас она спала, прижавшись к ребёнку и обняв маленькую лисичку в ответ с таким выражением абсолютного блаженства, что мне немедленно захотелось накормить её лимоном.
— Это… Простите.
Сайо удивлённо подняла бровь.
— За что именно?
— Она без спроса…
— Юи.
В её голосе появилась мягкая усмешка.
— Феи невероятно чистые и невинные создания. Они редко остаются рядом с теми, кого считают опасными. Тем более настолько спокойно. Для нашей семьи её близость к ребёнку не является поводом для беспокойства.
Сайо посмотрела на спящую Лию с совершенно искренним теплом.
— Существа её природы очень чувствительны к состоянию окружающей энергии. Одно её спокойное присутствие уже хороший знак.
Мне отчаянно хотелось рассказать женщине, насколько глубоко она ошибалась насчёт чистоты характера конкретно этой представительницы вида.
Но я превозмог.
— Тогда можете не стесняться. Судя по её выражению лица, сейчас рядом может начаться землетрясение, а она всё равно не проснётся.
Сайо коротко кивнула и невероятно осторожно подняла Кагуру вместе с прижавшейся к ней феей.
Лия приоткрыла один глаз.
Увидела меня.
Издала какой-то звук, подозрительно похожий на кваканье.
И снова уснула.
Я несколько секунд смотрел на неё.
— Вы действительно её видите?
— Да.
Сайо поправила край одеяла вокруг Кагуры.
— Не каждый разумный способен видеть фей. Здесь недостаточно просто обладать магией. Нужна определённая духовная восприимчивость, а сильные загрязнения или дисгармония, наоборот, мешают. Совсем маленькие дети иногда тоже замечают подобных существ легче взрослых — их восприятие ещё не настолько жёстко отделяет материальное от духовного.
Она слегка улыбнулась.
— Я многие годы занимаюсь очищением и медитациями. Поэтому возможность увидеть твою спутницу меня очень радует.
Такое объяснение звучало куда осторожнее, чем «фей видят только чистые душой», и заодно оставляло мне возможность не начинать оценивать нравственность всех знакомых по тому, замечают они Лию или нет.
Мы вернулись в гостиную.
Разговоры сразу стали немного тише. Конно первым делом потянулась забрать дочь, но Сайо что-то тихо сказала ей. Белая лиса удивлённо посмотрела на спящую рядом с ребёнком Лию, после чего осторожно вернулась на место.
— Хочешь подержать? — неожиданно спросила Сайо, заметив, что я рассматриваю Кагуру.
Я моментально напрягся.
— Честно? Боюсь.
Все же держать чужого ребёнка, да ещё настолько маленького, казалось мне ответственностью совершенно запредельного уровня.
Сайо рассмеялась.
— Ты прямо как Джон. Он тоже от меня шарахался, когда я предлагала ему подержать Кэйго.
— Это базовый мужской инстинкт, — совершенно серьёзно поддержала её Конно.
Кэйго посмотрел на жену.
Я развёл руками, демонстрируя бессилие мужской половины человечества перед подобными обвинениями.
Сайо ещё некоторое время улыбалась, но затем выражение её лица стало чуть серьёзнее.
— Кстати, Юи. Твоё предложение стать крёстным Кагуры. Насколько серьёзно ты это говорил?
Я перестал улыбаться.
Несколько секунд подбирал слова.
— Когда сказал это, не шутил. Я понимаю, что вы не христиане и само понятие крестничества вам, скорее всего, не подходит. Просто хотел показать, что для меня действительно важно, чтобы с Кагурой и её родителями всё было хорошо. Джон стал для меня близким человеком. А вы — его семья.
Сайо некоторое время молча смотрела на внучку.
— В нашем роду есть похожая традиция.
И что-то изменилось в женщине.
Её спина словно стала прямее, движения спокойнее, а голос потерял домашнюю лёгкость. Передо мной всё ещё находилась Сайо, но теперь говорила не жена Джона и не бабушка Кагуры.
Говорила глава рода.
— Мы называем это кари-оя. Второй родитель. Это не полный аналог твоего крестничества.
Я заинтересованно подался чуть вперёд.
— Какие обязанности она предполагает?
— Ты не становишься отцом ребёнка и не получаешь прав на имущество или наследство. Но приобретаешь признанное семьёй право заботиться о ней, наставлять и защищать. В том числе, если возникнет действительно серьёзная необходимость, выступить в её защиту даже против решения родственников.
Я удивлённо поднял бровь.
Сайо тяжело вздохнула.
— В старых родах случались разные вещи. Именно поэтому подобное право существует.
Она посмотрела на Кагуру.
— Когда девочка подрастёт, она сама сможет обратиться к кари-оя за советом, помощью, наставничеством или защитой. Поэтому не воспринимай это как красивый титул. Иногда это может оказаться серьёзной ответственностью.
Я медленно кивнул. Вот теперь предложение начинало звучать правдоподобнее.
— А что получает второй родитель?
Сайо слегка улыбнулась.
— В первую очередь родственников.
Она перевела взгляд на меня.
— Наш род признает тебя младшим членом семьи по ритуальной связи с Кагурой. Мы будем обязаны защищать тебя, помогать в обучении, если оно потребуется, и получим право доверить часть внутренних знаний рода. Не все тайны, разумеется. Но вещи, которые чужаку никто не покажет.
Женщина ненадолго замолчала.
— И теперь неприятная часть.
Я усмехнулся.
— А я уже начал удивляться, почему всё звучит настолько хорошо.
— Сейчас в глазах большинства фракций ты независимый разумный. Человек, знакомый с Изнанкой, но формально не принадлежащий ни к одному из крупных объединений. Это даёт определённую свободу. От тебя меньше ждут, тебя сложнее втянуть в чужие разборки, а многие конфликты просто проходят мимо.
Сайо посмотрела прямо мне в глаза.
— После ритуала ситуация изменится. Ты не станешь автоматически вассалом госпожи