Боевой некромант - фермер. Том 3 - Григорий Володин

просто грядка для красоты или птичьего корма, а эшелонированная скрытая линия защиты: внешне вроде обычная сельскохозяйственная культура, стебельки на ветру качаются, а на деле — хищная растительная нежить, которая сожрет и переварит любого, кто полезет на нашу территорию без разрешения, будь то бандит, монстр из Серой зоны или незваный гость.

— То есть мы теперь будем выращивать подсолнухи? — осторожно уточнила Кира, покосившись на зубастые бутоны, один из которых в этот момент с аппетитом пережевывал случайно пойманную жирную муху.

— Да, — уверенно кивнул я, хлопнув ближайшего желтуна по упругому зеленому стеблю.

— Чтобы собирать масло? — ее голос слегка дрогнул, выдавая крайнюю степень недоверия к происходящему.

Я на секунду задумался, прикидывая анатомию этих химер и химический состав их возможных выделений. Семена у них есть, значит, можно пустить под пресс. А если добавить пару простейших ритуалов очистки, выйдет отличная техническая смазка, а то и основа для алхимических зелий.

— Ну да, масло тоже. Возможно, оно будет немного темным и со специфическим привкусом, но в хозяйстве всё сгодится.

Кира посмотрела на меня так, будто искренне пыталась понять, шучу я или говорю всерьез. Ее лицо выражало сложную гамму эмоций: от желания покрутить пальцем у виска до смирения с судьбой.

Не обращая внимания на ее скепсис, я продолжил уже деловым тоном, планируя весенне-полевые работы. Нужно было срочно расчистить место под посадку. Вдоль забора сейчас росло слишком много лишних деревьев и густых кустарников, которые создавали слепые зоны, часть из них придется вырубить под корень. Заодно можно сделать небольшую хозяйственную постройку рядом с защитной полосой — сугубо для хранения инвентаря, специальных подкормок, семян и всего, что понадобится для ухода за этими милыми созданиями, чтобы не тащить лишнюю грязь в основной амбар.

— Гост порубит деревья, — решил я, уже ментально отправляя команду нашему костяному дровосеку готовить инструмент. — Освободим место под несколько широких рядов. Сначала надо развести подсолнухи, посадим пробную полосу. Посмотрим, как они вообще приживутся в местной почве, хватит ли им обычной воды, или придется поливать кровью, и как будут реагировать на насыщенный магический фон Серой зоны.

Кира снова перевела взгляд на подсолнухов. Те смирно стояли рядом с повозкой, тихо щелкали зубастыми пастями в ожидании новых приказов и синхронно поворачивали желтые головы вслед за каждым случайным движением во дворе: вот пробежала мышь — десять голов дернулись в ее сторону, вот Тагор почесал затылок — подсолнухи уставились на паренька.

— Значит, масло, — медленно повторила она, наблюдая, как один из «цветочков» попытался лизнуть колесо телеги шершавым, как наждак, языком.

— Масло, защита, удобрение из тех, кого они сожрут, отпугивание диких мертвяков, надежная охрана периметра без перерывов на сон и обед, — начал загибать пальцы, перечисляя я. — Идеальная, универсальная культура, гордость передовой агрономии.

Кира вздохнула так глубоко, словно на ее плечи разом легли все заботы этого мира.

— У нормальных фермеров подсолнухи просто растут. Их птицы клюют, а не наоборот.

Я посмотрел на своих новых растительных мутантов, предвкушая грядущие сельскохозяйственные эксперименты, масштабное расширение территории и тот момент, когда мой двор окончательно превратится в неприступную крепость.

— У нормальных фермеров скучно, — философски резюмировал я. — А у нас — перспективы.

* * *

Столица

Граф Брисман честно пытался усидеть дома после ухода Изабеллы. Он продержался ровно час. Дочь, теперь обладающая взрывоопасным темпераментом и неуемной энергией, явно могла навлечь на себя проблемы. А где проблемы у Изабеллы, там масштабное стихийное бедствие для всей семьи. Чтобы не сойти с ума от тревоги и не начать грызть обивку кресел, граф велел закладывать экипаж и поехал в Клуб нобелей — единственное место, где можно было спрятаться от семейных неурядиц за толстыми дубовыми дверями.

Там Брисман основательно напился. Он отчаянно пытался отвлечься: с переменным успехом метал кости, бездумно проигрывал в карты, мерил шагами коридоры клуба, но напряжение не отпускало. В конце концов, траектория пьяных блужданий вывела его к столику, за которым уютно расположился граф Шпиль.

Алкоголь сделал свое дело, и Брисмана потянуло на откровения. Расчувствовавшись, он тяжело рухнул в кресло напротив и схватил коллегу за рукав.

— Ты хороший человек, Шпиль, — трагично произнес Брисман, дыша на собеседника дорогим коньяком. — Отличный мужик. Но моя дочь… О, боги, моя дочь может натворить таких дел, что нам всем мало не покажется. Она отправилась к твоей племяннице. Это катастрофа.

Шпиль, находившийся примерно в той же стадии алкогольного просветления, проблемы в упор не видел. Он благодушно улыбнулся и похлопал Брисмана по руке:

— И что? Разве это плохо? Девочки общаются. Мы же с тобой друзья, Бризя! Пусть дружат.

Слова Шпиля подействовали на Брисмана как удар хлыстом. До него вдруг дошел весь ужас ситуации. Брисман резко вскочил, едва не опрокинув столик.

— Идем! — Куда? — не понял Шпиль. — Мы должны спасти твою племянницу! — рявкнул он.

Не дожидаясь ответа, он сгреб в охапку ничего не понимающего Шпиля и поволок его к выходу. По дороге в гардеробной к ним каким-то образом присоседился барон Шприц — видимо, просто попал под горячую руку или решил, что намечается интересное продолжение банкета. В итоге вся нетрезвая троица загрузилась в карету и с криками помчалась к особняку Шпилей.

В дом Шпилей они ввалились почти штурмом, едва не снеся с петель входные двери. На шум в холл выбежала перепуганная жена графа Шпиля, на ходу запахивая шаль.

— Что такое? Что происходит, во имя Света⁈ — воскликнула она, глядя на тяжело дышащую делегацию.

Брисман, выпятив грудь и приняв максимально героическую, насколько позволял алкоголь, позу, возвестил:

— Мы спасаем вашу Вику! Где она⁈

Графиня растерянно моргнула, переводя взгляд с одного пьяного аристократа на другого.

— Виктория?.. Она вроде бы на кухне…

Слово «кухня» прозвучало как приговор. Вся четверка — Брисман, спотыкающийся Шпиль, заинтригованный барон Шприц и причитающая хозяйка дома — понеслась по коридорам. Оттуда как раз доносился подозрительный лязг посуды.

Они с размаху распахнули двери и ворвались внутрь.

Картина, представшая их глазам, заставила всех замереть на пороге. Никакой поножовщины или разрушительных заклинаний. Изабелла и Виктория стояли друг напротив друга по разные стороны широкого разделочного стола. Обе были пугающе серьезны, собраны и облачены в поварские фартуки. А между ними, словно брошенные дуэльные перчатки, угрожающе дымились две тарелки ризотто.

Изабелла, заметив в дверях запыхавшуюся спасательную экспедицию, ничуть не удивилась.

— Папа, — ее голос лязгнул металлом. — Ты как раз вовремя. Попробуй.

С этими словами она шагнула вперед и безапелляционно всучила отцу одну из тарелок.

Брисман, с трудом фокусируя взгляд на происходящем, удивленно икнул:

— Ризотто?..

Виктория тут