Босс не знает отдыха - Наиль Эдуардович Выборнов

— Я бы не хотел… — он явно опасался брать у меня деньги. Наверное, считал, что это его к чему-то обяжет, а если Чиро все-таки помрет, то его будут наказывать.

— Джек, — сказал я. — Я понимаю, что шансов мало. Но надеюсь, что вы просто постараетесь. Попытка — не пытка, верно?

— Хорошо, — он все-таки кивнул и взял деньги. Для обычного врача двести долларов — это большие деньги, а две тысячи, которые я пообещал в случае выздоровления Чиро — так вообще безумные.

— Еще кое-что. Вы видели его жену. Ее к нему должны пускать в любое время дня и ночи. Но следите, чтобы она тут не торчала сутками, у нее дети, и ей надо следить за ними.

— Хорошо…

— И если вдруг придет полиция… — я сделал паузу. — Если придет полиция, вы должны ясно дать им понять, что Чиро давать показаний не сможет. А еще лучше — не допускайте их до него. Сами понимаете, в его состоянии любое нервное потрясение может оказаться фатальным.

— Этого обещать не могу… — заметил он. — Но говорить он сейчас не может, и я постараюсь сделать так, чтобы его не беспокоили.

— Хорошо, — сказал я. — Запишите мой номер. У вас есть ручка?

Женщина из-за стойки протянула ему карандаш, он вытащил из кармана блокнот, и я продиктовал ему номер своего социального клуба на Малберри. Все-таки номер квартиры на Парк-авеню давать кому попало не стоит.

— Это номер моего социального клуба, — сказал я. — Но у телефона всегда кто-то есть. Если понадобятся деньги на лекарства, операцию или еще что-то, вы всегда можете обратиться.

— Хорошо, — кивнул он. — Но пока мистеру Терранове нужен только покой.

— Обеспечьте его ему, — я снова протянул доктору руку. — До встречи, Джек.

Он ничего не ответил, но ладонь мою пожал. Я двинулся прочь, спустился вниз, вышел с территории больницы. Прикурил, жестом махнул парням, что дежурили в машине, чтобы ехали за мной, а сам пошел по улице к телефонной будке, которая стояла недалеко.

Ехать пятьдесят метров на машине мне показалось совсем уж пижонством. Я же не какой-нибудь печенег, которые от одной юрты до другой за пятьдесят метров на лошади ехали. Хотя в этой жизни мне и самому на лошадях поскакать пришлось.

Я подошел к будке, забрался внутрь, закрыл дверцу. Потом вытащил из кармана монетку, бросил ее в приемник и набрал номер офиса Костелло. Трубку он взял практически сразу.

— Фрэнк, — сказал я. — Это Чарли.

— Чарли. Ты был у него?

— Был, — ответил я. — Я только что оттуда.

— И как он? — особой озабоченности состоянием Террановы в голосе Костелло не было. Все-таки друзьями они не были.

— Плохо, — ответил я. — Говорить не может, правая сторона тела не работает. Вряд ли выкарабкается, хотя кто его знает, если честно. Я дал доктору денег, пусть присмотрит за ним.

Костелло помолчал несколько секунд и подтвердил:

— Понял.

— А теперь о делах, — сказал я. — Во вторник собери всех его людей, вообще всех. Встретимся в баре у Грека, договоришься с хозяином. С утра желательно, лучше всего к десяти.

— Хочешь назначить нового капо? — спросил он.

— Да, — подтвердил я. — Даже если Чиро выживет, руководить он больше не сможет. О его семье мы позаботимся, ты сам это понимаешь, но у него есть бизнес, у него есть люди. Если никто не будет командовать, мы начнем терять деньги. Да и они могут решить, что сейчас самое время выяснить отношения. Начнут мериться членами, выяснять, кто из них главный. Уж лучше я сам назначу.

Да. Особенно если учесть, что люди у него не из лучших, как тот же Дженнаро Катания, с которым у меня в прошлом году возник конфликт.

— А ты знаешь, кого назначить? — спросил он.

— Да, — подтвердил я. — Но не кого-то из них. Свяжись с Майком Копполой, я считаю, что ему пора получить повышение.

— Думаешь, он годится?

— Да, — подтвердил я. — Он жесткий парень, и справится с ними. И сам он против не будет — рынок артишоков — это большой кусок.

— Понял тебя, Чарли.

— Тогда встретимся послезавтра, — сказал я.

Я повесил трубку, вышел на улицу, бросил сигарету через решетку ливневой канализации, после чего отправился к машине. Один из парней вышел и тут же открыл мне дверь, я сел внутрь.

— Куда теперь, босс? — спросил он.

— На Малберри, — ответил я.

— К клубу?

— Нет, — я покачал головой. — К храму. Попрошу отца Доменико, чтобы помолился о здравии Чиро.

Ну а почему бы и нет. Может быть, и поможет, кто его знает. Какая-то сила же закинула меня сюда, так почему бы ей быть не Богом? Правда, странная у него вышла шутка, что он одного бандита закинул в тело другого. Хотя кто его замыслы вообще понимает.

Я приехал в бар Грека к десяти, вместе с Майком Копполой, за которым заехал сегодня утром, специально. Мы прошли через парикмахерскую, поздоровались с хозяином, который как раз стриг какого-то парня. Охранник открыл нам дверь, и мы спустились в сам бар.

Народ уже собрался. Девять человек, которые сидели за одним большим столом, за тем же, который обычно выбирали мы. Сам Костелло стоял чуть в стороне, у стойки, и как раз наливал себе виски из пузатой бутылки. Разорял запасы хозяина, так сказать. Хотя, если учесть, что Грек платит нам и за крышу, и за алкоголь — от него не убудет все равно.

Я двинулся к столу, и все стали подниматься. Лица, естественно, знакомые — я ведь не раз собирал всю Семью. Но я не всех знал по именам. Команда Террановы работала автономно, да и занималась больше делами по бизнесу, чем уличными. Рынки, торговые точки и, естественно, эти знаменитые артишоки, из-за чего его и прозвали королем артишоков.

Только вот был один нюанс. Во главе длинного стола уселся Дженнаро Катания.