Третий. Том 7 - INDIGO

Внимательно посмотрел на него. Слишком уж он интересовался подробностями нападения, его глаза блестели любопытством.

— А тебе зачем знать все детали? К чему тебе эта информация?

— Да просто… любопытно. Не каждый день в колонии случается такое.

— Ну теперь ты знаешь. Можешь считать это развлечением.

Лёг на свою жёсткую койку и закрыл глаза, делая вид, что сплю. На самом деле я слушал каждый звук.

Через час он тихо поднялся с постели и подошёл к двери. Очень тихо, почти неслышно, постучал каким-то особым ритмом — три удара, пауза, два удара. Дверь бесшумно открылась, и он мгновенно исчез из камеры. Я лежал неподвижно, делая вид, что сплю. Задумавшись о значении этого события, я незаметно уснул. Проснувшись ночью почти в полной темноте, я увидел, что Кевин спит на своей кровати, словно никуда и не уходил. Но я знал правду.

На следующий день ко мне подошёл Ори в столовой и сел за мой стол без приглашения.

— Слышал, на тебя вчера было серьёзное покушение? Говорят, чуть не убили? — спросил он, изучая моё лицо.

— Предай флотским — не дождутся, я их всех ещё переживу.

— Зря ты так, Клим. Ты ведь понимаешь, что они не остановятся.

— Ори, у меня было время подумать вчера. Пускай все идут куда подальше со своими предложениями! И никакого обмена на Пилигрим не будет. Пускай даже не мечтают об этом.

— Как скажешь, — ответил Ори подозрительно спокойно, словно он уже предвидел этот ответ. — Посмотрим, что ты скажешь через несколько дней. Мы позже поговорим об этом.

— А что будет через несколько дней? Что ты знаешь?

— Увидишь сам. И всё тебе станет понятно. — Ори собирался встать и уходить, но добавил серьёзным тоном: — Будь осторожен с твоим новым соседом Кевином. Он, похоже, с Мидландом дружит и с главным охранником.

После этого он встал и медленно ушёл, оставляя меня с множеством вопросов и подозрений.

Слова про Кевина не удивили меня. Я и сам давно подозревал, что мой новый сосед работает на кого-то, что он информатор или шпион. Особенно после его ночного поведения со стуком в дверь по определённому ритму. Теперь вопрос был только в том. Кому он докладывает и кто его нанял? А то, что он дружит с охраной, мне стало понятно сразу после того, как он ночью вышел из камеры.

Доев завтрак и закинув поднос в утилизатор, направился обратно в камеру. Кевин сидел на своей кровати и что-то читал на маленьком планшете, но как только я вошёл, быстро убрал планшет под матрас.

— А, ты, уже вернулся, — сказал он, натянуто улыбаясь. — Как дела? Как ранение?

— Поел, — коротко ответил ему и лёг на свою кровать.

— Слушай, Клим, — начал он после длинной паузы, — я думал об этом всю ночь… А может, всё-таки стоит серьёзно поговорить о побеге? Я не шучу. У меня действительно есть связи снаружи, разумные, которые помогут нам выбраться отсюда.

— Кевин, — перебил я его. — Знаешь, что мне больше всего нравится в нашей дружбе? Знаешь, что радует меня каждый день?

— Что? — он явно не ожидал такого поворота в разговоре.

— То, что она скоро закончится. Думаю очень скоро.

Его лицо на мгновение стало жёстким, холодным и отстраненным, но он быстро взял себя в руки и вернул на лицо маску дружелюбия.

— Не понимаю, о чём ты говоришь. Что ты имеешь в виду?

— Всё ты прекрасно понимаешь. И очень хорошо понимаешь. Причём закончиться весьма плачевно для тебя.

— Клим, о чём ты вообще? Объясни нормально!

— Всё о том же. О твоих связях. О Мидланде. Честно говоря, я не собирался с ним разбираться. Мне было нужно тихо и мирно досидеть до конца срока, но ведь припугнуть его мне ничто не мешало. И припугнуть его, как мне показалось, я сумел.

Несколько дней я ждал новых нападений, новых попыток убийства. Думал о том, на что намекал Ори. Но реальность оказалось совсем иной, совсем не такой, что я ожидал.

В один из дней в колонию привезли довольно большую партию новых заключённых. В этом не было ничего необычного или странного, их привозили сюда еженедельно, иногда даже по два раза в неделю. Никогда не обращал внимания на вновь прибывающих, все они были для меня единой безликой массой не интересующей меня.

Направляясь в столовую за едой, я взял поднос с обедом и осматривался в поиске свободного столика, где можно было бы поесть спокойно и в одиночестве. За одним из ближайших столиков сидел огромный здоровяк. Поначалу я не обратил на него никакого внимания, просто один из многих заключённых здесь. Но когда он немного повернул голову в мою сторону и мне удалось рассмотреть его лицо. Я узнал его сразу. Бари. Живой и здоровый, сидел в одиночестве и спокойно обедал, как будто ничего в этом мире не произошло. От удивления я чуть не уронил содержимое своего подноса на пол.

Сел напротив него без всякого приглашения.

— Ну что урод, а я думал, твой труп разлагается где-то в песках пустыни, а ты как-то умудрился выжить там тварь! Как ты вообще здесь оказался? — заявил ему, не скрывая своей ненависти.

Бари поднял голову от своей тарелки и посмотрел на меня с усталой, презрительной усмешкой. Его глаза были холодными и бездушными.

— Отпуск Варгос, — проговорил медленно, растягивая слова. — Ну надо же. Живой и здоровый. Я-то думал, что ты точно там в песках остался. И что ты там не выживешь.

— Да, я выжил, несмотря на твой выстрел, — ответил ему, чувствуя, как в груди разгорается знакомый огонь ярости. — Жаль только, что, то же самое я не могу сказать о твоих дружках. О парнях, которых ты бросил там.

Бари криво усмехнулся и покачал головой:

— Ну что ж, значит, судьба свела нас снова, мой старый друг. Хотя я надеялся больше тебя никогда не встретить. Думал, что ты мёртв.

— А я, наоборот, мечтал встретиться с тобой ещё раз, — процедил я сквозь зубы, глядя прямо ему в глаза. — Мечтал долгое время. Чтобы закончить то, что ты там начал. Чтобы поймать твою башку в перекрестье моей винтовки.

— Отпуск, не надо здесь устраивать сцен, — спокойно сказал