Наследник $$$ уровня 4 - Андрей Еслер

— Как смогли оптимизировать? — я погонял ленту вверх и вниз.

— Всё, что не меняется, теперь лежит в самой трубке, — Матео заглядывал в экран сбоку. — Шрифты, кнопки, каркас страниц. Браузер загружает их из сети при каждом заходе, а приложение грузит только новое: записи, фотографии, сообщения.

— Кэширование, — уточнил Лунтик. — Термин образован от…

— Я знаю, — придержал я его. На многочасовую лекцию у меня не было ни сил, ни желания.

— Это еще не все, — Матео забрал у меня телефон, закрыл приложение и положил трубку на стол. — Лунтик, давай.

Лунтик, не глядя, набрал что-то на своём Вифоне.

Аппарат на столе коротко вздрогнул и звякнул. На тёмном экране проступила строка: «Игнасио Луна оценил вашу запись».

— Уведомления, — гордо объявил Матео. — Телефон сам сообщает, даже если вы закрыли приложение. А лента подгружается в фоне: открываете, и всё свежее уже на месте, ждать не нужно.

Я взял трубку и покрутил её в пальцах.

Вот она, очевидная и простая, но такая необходимая и инновационная деталь. Этот короткий сигнал.

В моем мире научили собаку Павлова пускать слюну по звонку. Мы проделывали то же самое с моими пользователями. Вибрация в кармане, и рука тянется к телефону раньше, чем голова успевает спросить зачем. Проверить, ответить, полистать заодно ленту. Безусловный рефлекс, который вырабатывается за пару недель и не лечится долгие годы. Да и зачем?

Циничнее инструмента интернет моего мира не знал. И прибыльнее тоже.

Каждое такое уведомление возвращало человека в сеть. Возвращение поднимало время в Виде, время увеличивало просмотры, просмотры кормили рекламный кабинет. Простая цепочка, на которой у нас строились империи.

— Сколько трафика ест? — опомнился я.

— Меньше браузера примерно на треть, — отчитался Матео. — Для тех, кто платит за каждый мегабайт, разница заметная.

А это уже довод для рекламы обновления. Экономия понятна каждому, в отличие от кэширования.

— Молодцы. Когда вводим?

— Со следующим обновлением Вифона. Через три дня оно уйдёт на все устройства.

Значит, через неделю кривая роста дернется вверх. Люди, заходившие в сеть раз в день, начнут заглядывать по десять раз. Прирост тоже ускорится: довольный владелец Вифона рекламирует его лучше любого ролика.

Отпускать ребят я не спешил.

— Есть ещё задача. Садитесь.

Матео опустился на стул, Лунтик пристроился на подоконнике, поэтично сложив руки на груди. За окном шумел кран, укладывая плиты у дальнего цеха.

— Нужен новый формат записей. Назовет историей.

— Истории? — Матео поднял брови.

— Короткие видео или фото с надписями. Живут ровно сутки, потом исчезают. Лучше сделать сверху ленты, ряд кружков с лицами-аватарками пользователей. У кого свежая история, тот горит ободком, посмотрел, и ободок гаснет.

Матео заморгал.

— Зачем записи, которые исчезают? Мы же наоборот всё храним.

Правильный вопрос. Я и сам когда-то не понимал этот формат, пока не увидел цифры.

— История дня. Пользователь будет понимать, что тот, кто выложил историю, скажем с пляжа, то я точно знаю, что сейчас он на отдыхе, — я откинулся в кресле. — Снимок дня. Кофе, закат, смешная собака. День повисело и пропало, стесняться нечего. Порог исчезает, и публиковать начинают те, кто раньше только читал.

— А смотреть их кто будет?

— Все, — усмехнулся я. — В том и фокус. История живёт сутки. Не зашёл сегодня, значит пропустил навсегда. Страх пропустить загонит людей в сеть надёжнее любых уведомлений. Привычка заглядывать каждый день, без напоминаний.

Но это было не основной моей целью, конечно же. Главное, была прибыль. Между чужими историями отлично встают рекламные, и листаются они точно так же.

— Белле передайте про кружки, пусть нарисует и даст мне несколько вариантов. Какой срок?

Матео пошевелил губами, прикидывая.

— Параллельно с магазином приложений быстрее не выйдет.

— Договорились.

Ребята ушли, на ходу начав спорить о чём-то своём. Я придвинул к себе план запуска и дописал в него строку про истории.

* * *

Реклама Семвика мгновенно накрыла Фавору.

По дороге на завод я наблюдал за соцсетью Тайрона с билбордов, растяжек поперек проспекта и афиш на каждой остановке. Радио в машине между песнями бодро сообщило:

'Семвик.

Технологии. Время. Качество.

На порядок выше'.

Хавьер покосился на приёмник и убавил громкость.

— Они и в утренних газетах, — доложил он. — Разворот в «Периодике» и ещё в трёх изданиях.

Я усмехнулся. Ещё бы не в «Периодике».

Тайрон пустил рекламу всюду, куда дотягивались его деньги. Газеты, радио, щиты, витрины киосков, борта автобусов. Всюду, кроме одной площадки. Размещение в Виде он отчего-то не заказал.

Я хмыкнул собственной шутке и до самого завода разглядывал плакаты. «На голову выше конкурентов» кричали слоганы каждого второго щита. На угловом доме у рынка красовалось полотнище во всю стену: «Семвик. Технологии неземного уровня».

Неземного. Скромнее некуда.

Матео перехватил меня у входа в отдел, размахивая распечатками.

— Двести тысяч за два дня! — заявило он, забыв поздороваться. — Семвик перевалил за семь сотен тысяч пользователей!

— Пойдём, — я кивнул на дверь кабинета. — Не пугай строителей.

Парнишка водил пальцем по колонкам и трещал, глотая окончания.

— Народ идет к ним с рекламы, тут всё честно, кампания гремит на всю страну. Но смотрите, что творится дальше. Я разобрал обсуждения. В Семвике половина разговоров про нас. Люди спрашивают, чем Вида отличается, им отвечают, они идут пробовать, и остаются. Не все, конечно…

— Насколько оседают?

— Мы вышли на двадцать тысяч в день. — Матео вытащил из стопки нижний лист. — Прежний поток плюс перебежчики. Человек регистрируется у них, скучает вечер над пустой хронологией и приходит к нам. А здесь его сразу встречают живые сообщества, записи, знакомые лица. Алгоритмы сразу подсовывают интересное. И тут сложно устоять.

Я откинулся на спинку и позволил себе минуту тихого злорадства.

Моя фора сработала.

Ради этого дня я и гнал всех вперёд, не давая продохнуть. Знал, что копия появится, вопрос стоял только в сроках. На Земле эту песню ставили десятки раз, и финал не менялся: деньги умеют привести толпу, но удержать не могут. Толпу держит содержимое.

За время работы Вида накопила массив, который не собрать никакими бюджетами. Миллионы записей, споров, фотографий, и объявлений. А алгоритмы разгоняли этот массив по сети, как кровеносная система разгоняет кислород, каждому ровно то, что ему хотелось. Рыбаку про лодки, доне про орхидеи, студенту про его факультет.

Семвик же встречал новичка голыми стенами и лозунгом про неземной уровень. Действительно, недосягаемый уровень…

Тайрон платил за каждого приведенного человека, а сливки снимали мы. Его кампания работала на двоих, и вторым в этой упряжке стоял я. Пожалуй, стоило послать ему благодарственную открытку. Удержался я с трудом.

Впрочем,