Том 1. Клоун - Cuttlefish That Loves Diving
Лицо Леонарда стало суровым. Он схватил указательный палец левой руки и с силой сорвал с него ноготь!
Его лицо исказилось от боли, но он не остановился. Бормоча что-то себе под нос, он провёл ногтем по затянувшейся ране, смочив его тёмно-красной кровью, а затем сорвал несколько волос и обмотал ими ноготь.
На берегу реки Тассок Трисси замедлила шаг и посмотрела на цветок в своей руке.
Она что-то прошептала, и в её ладони вспыхнуло чёрное, призрачное пламя.
Пламя охватило цветок и сожгло его дотла.
Сделав это, Трисси вошла в реку и погрузилась в воду.
В то же время Леонард выбросил ноготь, обмотанный волосами и смоченный кровью. Ноготь упал в угол, вспыхнул и, испустив зловонный дым, сгорел.
От ногтя и волос вскоре не осталось ничего, кроме горстки пепла.
Леонард с облегчением вздохнул, запрыгнул через окно на первый этаж и сказал Данну и Фраю, которые разрушали алтарь:
— Цель ушла. Ну что ж, нашей главной задачей всегда было остановить ритуал.
Данн вздохнул и, глядя на множество кукол на круглом столе, сказал:
— Она очень осторожна и сильна. Заранее почувствовала наше приближение. Иначе… Она как минимум Потусторонняя 7-й Последовательности. Дай сигнал Клейну, пусть подходит.
Благодаря короткому контакту во сне он определил, что их враг — женщина.
Глава 124: Завершение
Клейн, прячась в тени дома в нескольких десятках метров, наблюдал за зданием, окутанным тьмой. Он смутно расслышал яростный вой ветра и отчётливо — хлопки выстрелов.
Если враг побежит в мою сторону, мне стоит для вида достать пистолет или притвориться, что я ничего не вижу? — думал он, дрожа всем телом и чувствуя, как ладони покрываются потом.
Потусторонний, способный различными методами укорачивать жизнь обречённых, определённо был не 9-й и не 8-й Последовательности. Такому противнику Провидец вроде него не мог противостоять в открытую. Даже пожертвовав собой, он вряд ли смог бы задержать врага, чтобы дать Данну и Леонарду шанс его догнать.
К счастью, Богиня Вечной Ночи, владычица несчастий, казалось, услышала молитвы своего «верного» стража: в сторону укрытия Клейна никто не бежал.
Через несколько минут со стороны цели донеслось пение.
Прислушавшись, Клейн узнал народную мелодию, которую часто напевал Леонард Митчелл, полную вульгарных выражений.
Фух, — он с облегчением выдохнул. Держа пистолет в одной руке и трость в другой, он вышел из тени и направился к зданию.
Эта мелодия и была условным сигналом для сбора, о котором он договорился с Данном и остальными!
Сделав два шага, Клейн вдруг остановился, прислонил трость к ближайшей чугунной ограде и переложил револьвер в другую руку.
Затем он снял с запястья серебряную цепочку, позволив топазовому маятнику свободно повиснуть.
Поменяв местами револьвер и маятник, Клейн дождался, пока топаз перестанет раскачиваться, прикрыл глаза, вошёл в состояние медитации и мысленно произнёс фразу для гадания:
«Только что прозвучавшее пение — иллюзия».
«Только что прозвучавшее пение — иллюзия».
…
Повторив семь раз, он открыл глаза и увидел, что маятник вращается против часовой стрелки.
Не иллюзия… — сердце Клейна вернулось на место. Он убрал маятник, взял трость и быстро подошёл к арочным воротам из чугунной решётки. Передав трость с серебряным набалдашником в правую руку, он взял её вместе с револьвером.
Едва он коснулся прутьев, намереваясь толкнуть ворота, как его обдало ледяным холодом, словно ему за шиворот без предупреждения насыпали льда.
Тссс! — Клейн резко отдёрнул руку, скривившись.
Здесь как зимой… — при слабом свете звёзд и далёких уличных фонарей он посмотрел на сад за воротами. Ветви там были иссохшими, цветы увядшими, а многие листья, покрытые белым инеем, лежали на чёрно-коричневой земле.
Впечатляет! — мысленно восхитился Клейн. Он постучал пальцем по переносице, активируя Духовное Зрение.
Взяв в левую руку чёрную деревянную трость с серебряным набалдашником, он упёрся ею в решётку и с силой толкнул незапертые ворота.
Со скрипом он боком прошёл внутрь и ступил на каменную дорожку, ведущую к серо-голубому домику. По обе стороны в темноте маячили растения, похожие на призраков.
Эта картина напомнила Клейну всевозможные страшилки и фильмы ужасов.
Он невольно затаил дыхание и ускорил шаг. Но не успел он пройти и нескольких метров, как кто-то вдруг хлопнул его по левому плечу.
Ту-дум! Ту-дум! — сердце Клейна на миг замерло, а затем бешено заколотилось.
Он вскинул правую руку, целясь из револьвера в ту сторону, а затем медленно обернулся.
В слабом свете он увидел качающуюся ветку, которая едва не упала.
Это называется «сам себя напугал»? — уголок рта Клейна дёрнулся. Он взмахнул тростью и сбил ветку на землю.
Он пошёл дальше. До его ушей стали доноситься едва слышные рыдания и стоны, а перед глазами замелькали прозрачные, размытые, почти невидимые «тени».
Почувствовав тепло живого человека, «тени» устремились к нему.
Клейн испугался и побежал, ворвавшись в парадную дверь серо-голубого дома.
Так вот что капитан имел в виду под «почувствовать атмосферу»? Это определённо страшнее, чем помощь сэру Девере… Мстительные духи куда более пассивны, чем эти «тени», они не нападают первыми… — размышляя, он направился к алтарю в центре гостиной. Это был круглый стол, заваленный грубо сделанными деревянными куклами. Кроме них, на столе стояли три потухшие свечи.
Данн Смит стоял перед алтарём спиной к Клейну и одну за другой рассматривал кукол.
Сборщик Трупов Фрай молча смотрел на парящие «тени», пытаясь прикоснуться к ним, чтобы успокоить, но его руки бессильно проходили насквозь. «Тени» же не нападали на него, словно принимая за своего.
Леонард Митчелл, увидев Клейна, изменил тон, и его голос стал низким и чарующим:
Спокойно утро, ни звука, ни тени,
Лишь скорбь тишину нарушает мою,
Да каштан увядшей осенней листвою
Шуршит, нарушая дремоту твою.
…
Под эти медленные, успокаивающие звуки поэзии Клейн словно увидел озеро, отражающее мерцающий лунный свет, и красную луну, висящую высоко в небе.
«Тени» успокоились и перестали тянуться к теплу живого человека.
Данн опустил куклу, которую держал в руках, обернулся и сказал Клейну:
— Это был ужасный ритуал проклятия. К счастью, мы его прервали. Сначала проведи ритуал, чтобы успокоить оставшихся духов, а затем попробуй связаться с ними, может, получишь какие-то зацепки.
Почувствовав себя полезным, Клейн выпрямился и сказал:
— Есть, капитан.
Он в два-три шага подошёл к алтарю и смёл кукол со стола.
В этот момент краем глаза он заметил, что на каждой кукле написаны разные имена и соответствующая информация.
— Капитан,