Межзвёздный пленэр - Александр Олегович Анин
— Я хочу, чтоб ты тайно нарисовал меня королевой.
— Почему тайно? Это наказуемо? — задал он закономерный вопрос.
— Воздействовать на короля запрещено.
— И меня за это убьют?
— Необязательно со мной рядом рисовать короля, тем более, что ты его не видел.
— А если он узнает?
— Надо, чтоб не узнал.
— И в чём сложность или подвох?
— У тебя будет мало свободного времени, и выдаваемый тебе холст будет подконтролен. Рисовать нужно будет быстро и скорее всего этой ночью.
— Что я получу взамен?
— Деньги, красивую девушку в жёны, возможность рисовать желанное для себя, но не в ущерб мне. Надеюсь, ты не хочешь стать королём?
— Да как-то не мечтал. — растерянно проговорил он.
— Правильно. Управлять королевством дело весьма непростое, особенно в мире, где всё пропитано магией.
— А вы не связаны клятвами или ещё чем-то там магическим?
— Связана, но ведь я не прошу тебя нарисовать смерть короля!
— Просто нарисовать вас в короне?
— Именно.
— А корону придумать, или нужна особенная?
— Корону ты должен был видеть на картинах во дворце.
— Понятно. Надеюсь всё же, что меня после этого не убьют. — тяжело вздохнул он.
— Ты мне нужен, и пока ты не связан никакими клятвами. Рискни, и я сумею найти возможность тебя отблагодарить.
— А вы тут кто?
— Маркиза А’Крон, заместитель декана магической академии Шерера.
— Шерер — это королевство?
— Да.
— И заключив с вами этот негласный договор, я буду должен отказывать в подобных просьбах другим?
— Да. Но я не думаю, что кто-то ещё догадается о подобной лазейке.
— И как всё будет происходить?
— Ты представляешь меня в короне, как будто это в Здесь и Сейчас, и рисуешь.
— Но без вреда королю?
— Да.
— А когда меня заставят принести клятву?
— Как только ты получишь опыт прежнего рисовальщика.
— Он стар?
— Больше двухсот лет.
— Это о нём говорил король?
— Да.
Быстро перекинув на живот свою сумку, Игорь достал из неё старый блокнот, в котором как раз оставалось пара чистых листов и, воспользовавшись цанговым карандашом, начал быстро делать набросок.
Увидев, чем занялся её пленник, маркиза постучала в дверку кареты и крикнула.
— Помедленнее, меня укачивает!
Карета тут же сбавила ход, а маркиза постаралась придать своему лицу романтическую величественность.
Годы практики и откровенные переживания за свою судьбу заставляли Игоря не размышлять, а что будет, если он скажет нет, а полностью сосредоточиться на рисунке. Впрочем, красивых женщин рисовать было гораздо приятнее, чем просто кубы, призмы, натюрморты и шары в анфас и профиль. Единороги шли шагом, и карету хоть и потряхивало, но сила дара спутницы явно помогала ему удерживать блокнот в пространстве. Когда он обратил на это внимание, то понял, что вообще висит в воздухе, но в данный момент это было неактуально.
Он уложился минут в двадцать и, завершив финишную прорисовку деталей, продемонстрировал маркизе портрет.
— Прекрасно. — лаконично оценила она работу и подарила ему мягкую улыбку. — Это я тоже забираю.- проворковала она, вырывая силой дара у него из рук блокнот и карандаш. Всё это отправилось её мешочек-сумочку, изящно болтающуюся на спрятанную в длинной перчатке руке.
— Что будет дальше? — поинтересовался он для того, чтоб отвлечь внимание маркизы от своей сумки, ведь у него в ней была ещё пара блокнотов и принадлежности для рисунка карандашом.
— Если твой дар настолько силён как показал артефакт, то в течение года я обрету корону.
— Это ведь может быть свадьба? — решил уточнить он.
— Может. Теоретически это будет лучший вариант. Но ты не ревнуй. — величественно проговорила она, мягко улыбнувшись.
Сопоставив всё, что он знает о женской психологии и своё не очень завидное положение, Игорь решил ответить так, как позволило бы маркизе думать о его зависимости от неё.
— Это будет непросто, но я всё понимаю.
— Впрочем, возможно однажды я сделаю тебя своим фаворитом. — маркиза явно поманила его фантазии, дав им обильную почву, отчего он ощутил поднятие тонуса всего организма.
— Вы забрали у меня бумагу… — подумав, что ему нужно нарисовать себя фаворитом, проговорил он.
— Этот момент тебе рисовать не стоит.
— Почему?
— Потому, что позировать обнажённой у меня сейчас нет ни времени, ни желания.
— Вы боитесь, что без натуры я могу исказить ваши изумительные формы?
— Верно.
— Никогда не думал, что рисунок может обладать такой силой.
— Именно поэтому работы рисовальщиков всегда контролируют. — пояснила маркиза.
— Золотая клетка.
— Можно подумать у себя там ты был свободен. Впрочем, я обещала тебе всё компенсировать.
— И вы сдержите обещание?
— В нашем мире любое слово имеет силу. К тому же рисовальщики всегда одни из самых завидных женихов. Вот увидишь, как только в академии узнают, что ты новый рисовальщик, то девушки начнут виться вокруг тебя как мотыльки около светильника в кромешной тьме.
— Мне сейчас немного не до них. Если вы догадались, то я потерял целый мир.
Карета въехала в арку, и объёмный звук от цокота копыт заполнил резко потемневшее внутреннее пространство кареты.
— Мы приехали. — не обращая внимания на его печали, проговорила маркиза.
— А вопрос можно? — поспешил поинтересоваться Игорь.
— Да.
— Вы джедай или ситх?
— Джедай? Ситх? Нет, а кто это? — с удивлением проговорила маркиза.
— Да так, герои из придуманных книг, которые так же управляют силой.- натянув улыбку, ответил землянин, внутренне облёгчённо понимая, что «пронесло».
Дверки остановившейся кареты быстро распахнулись, и лакей подал свою руку госпоже, помогая выбраться на улицу. Игорь на сей раз выбрался самостоятельно и на пару мгновений замер, рассматривая внутренний колодец двора магической академии.
С четырёх сторон этажей на восемь в небо уходили старинные стены с массой стрельчатых окон. На углах этого массивного квадрата возвышались ещё на столько же массивные башни, а пятая находилась по центру одной из сторон и содержала в себе воротную арку.
Посреди этого внутреннего колодца находился красивый старинный фонтан, украшенный обнажёнными войнами в шлемах с овальными щитами и копьями. Вокруг фонтана была сделана такая же круглая каменная