Другая жизнь Ромы Гончарова 4 - Поток Нейтрино

Не говорил, потому что не хотел тащить это сюда. Зато это сделал сам Корф.

Лиза подошла к нам, когда парень с подносом вытирал со скатерти пролитое вино.

— Ром, мне жаль, что так вышло, — сказала она. — Привела его не я, но пришел он в мой дом. Значит, и отвечать мне.

— Лиз, тебе не за что извиняться, — покачал я головой, чувствуя стыд перед этой милой девушкой. Уж она-то точно не была виновата, что из-за наших студенческих склок тут разыгралась такая отвратительная сцена. — Ты его не приглашала. Это Феликс сегодня испортил вечер, причем не только себе, но и тебе.

— Ничего, — неощутимо тронула она благодарным жестом мой рукав, — переживу. — Кивнула и ушла к отцу.

Вечер, хоть и несколько натужно, потек своим ходом. Никто не хотел портить Лизе праздник, и все делали вид, что ничего особенного не произошло, мелочи жизни, что называется, улыбаемся и машем. Музыка играла, в холле снова танцевали.

Костя через некоторое время вернулся с улицы. Приблизившись, сказал:

— Извини, Роман, что привел этого человека. Люди, которые мне его охарактеризовали, ошиблись, и я тоже допустил ошибку, что не перепроверил. Не держи зла. Знал бы, какой он, на пушечный выстрел к себе бы не допустил.

Я кивнул, а он сел рядом с Аленой и начал общаться с ней.

Юсуповы ушли первыми. Дима пожал мне руку, Маша подошла следом и остановилась напротив.

— Спокойной ночи, Ром, — тихо сказала она. — Хорошо, что ты все-таки спел. А соседу твоему по общежитию я бы больше не наливала.

И широко улыбнулась так же, как во время нашего танца, а потом ушла вслед за братом к дверям.

— Ром, пойдем потанцуем, — сказала Нина, когда Катя поставила что-то медленное, и взяла меня за руку. — А то ты мыслями все еще где-то в другом месте.

Мы вышли на середину зала. Я танцевал и невольно думал не о Нине, а о том, как один дурачок может испортить жизнь не только себе, но и окружающим.

— Ром, ты опять серьезный, — сказала Нина. — Феликс уже ушел, а ты все еще с ним разговариваешь. — Она сжала мое плечо, и я увидел это по складке на пиджаке. — Хватит. Мне его на сегодня хватило, и тебе тоже.

— Прости, — сказал я и посмотрел ей в глаза, отчего Корфа моментально выдуло из головы. — Все, я здесь. Кстати, ты заметила, что Боря мне за весь вечер и двух слов не сказал. Тебе это не мешает?

— Он и со мной не разговаривает, только здоровается. Это его трудности, Ром, не наши.

— Строго ты с ним, — улыбнулся я против воли.

— Нормально. А ты меня держишь, как будто я вот-вот упаду. Расслабься, Ром, я тебя не уроню.

Я засмеялся, поспешно ослабив хватку. И поймал себя на том, как же хочется, чтобы и этот танец не кончался. А вместе с тем понял, что запутался теперь, кажется, окончательно. Кира, Нина и Маша занимали мои мысли в равной степени, и как с этим справиться, я понятия не имел. А ведь там еще и Жанна рядом маячит…

— Вот ты опять, — заметила Нина. — О чем сейчас думаешь?

— О тебе, — ответил я, и это была правда.

Когда мы решили, что пора ехать, Лиза перехватила нас на краю холла, обняла Нину, а мне подала руку и задержала ее в своей, как при знакомстве.

— Я хотела посмотреть, что ты за человек, — сказала она. — Посмотрела. Приходи еще, Ром. В следующий раз я сама впишу тебя в список. Ты интересный.

— Спасибо, Лиз. Приду, если пригласишь.

— Обязательно приглашу, — сказала она и повернулась к Нине: — Позвони мне завтра. Расскажешь.

— После корта, — пообещала Нина. — Так что раньше десяти не жди.

Лиза кивнула и ушла к оставшимся гостям.

Человек на входе вызвал нам такси и сказал, что машина будет минут через десять. Мы отошли к дверям, в сторону от танцующих, и остались вдвоем: за спиной шумели гости, впереди была темная улица за стеклом и кованая решетка.

— Так что тебе предложил папа Лизы? — спросила Нина. — Ты сказал «кое-что», а я теперь мучаюсь. Мне жутко интересно!

Тут в тишине и полумраке я вдруг почувствовал, что расслабился. Оказывается, несмотря на помощь системы и доброжелательность компании, все это время я чувствовал напряжение, боясь попасть впросак. А сейчас отпустило. И общество Нины стало еще более приятным… и опасным.

— Сначала он меня разглядывал, — пожал я плечами, — как будто решал, стоит ли со мной вообще разговаривать. А потом предложил сходить к ним на испытательный участок, посмотреть, как принимают приборы после ремонта. Просто знакомство, без обязательств. В понедельник позвоню ему.

Нина помолчала, глядя на меня.

— Ром, ты только осторожнее с ними, ладно? Они все хорошие люди, и Лизин папа тоже. Но все, что они делают, — бизнес. Они ничего не делают просто так. Даже когда зовут в библиотеку.

— Я это понимаю, Нин. Поэтому пока ничего не обещал, кроме того, что позвоню.

— Вот и не обещай. — Она вдруг улыбнулась. — Хотя, если он тебя позвал наверх, значит, ты ему понравился. Лиза говорит, он туда даже ее женихов не водит.

— Каких еще женихов?

— Это она так шутит. Не бери в голову.

Нина стояла совсем близко, и я видел все: распущенные волосы, прядь, которая за вечер выбилась из-за уха, губы. Слышал, как она дышит. И ощущал аромат ее духов.

— Ром, мы ведь еще встретимся? — спросила она.

— Конечно, Нин. Я очень на это надеюсь. И чем скорее, тем лучше.

А про себя я добавил: лучше во вторник вечером, когда я снова буду чувствовать прикосновения. Но объяснить ей это, понятно, не мог.

Она сама поднялась на носки и поцеловала меня.

А я ответил.

Лицо Нины было так близко, что расплывалось, но глаза я не закрыл. Ее ладонь лежала у меня на щеке, я понял это по поднятой руке. И ничего не чувствовал. Ни губ, ни ладони, ни тепла. Как будто целуешься сквозь стекло. Внутри при этом все осталось при мне: и радость, и ощущение, что я ждал этого с самой дороги