Крепость - Артем Каменистый
— Мы жили там в небольшой усадьбе и жили скромно, хотя наши шудры даже на севере умудрялись выращивать рис, — нехотя ответил я.
— И на вас там напал Пенс?
— Да, — кивнул я.
— Вот это тоже интересно, — оживился принц. — Всегда полагал, что уж с Кроу у него конфликтов быть не может. Помниться что-то такое… Вы ведь чуть ли не ближайшими союзниками были с его роднёй в былые времена, да и мать твоя, вроде как, лично Пенса хорошо знала. Как-то странно получается…
— Простите, ваше высочество, мне неизвестно, почему он ополчился на мою семью. Я был мал, меня не посвящали в такие дела.
— То есть знать ничего не знал, пока он не появился у вас на пороге?
— Да, ваше высочество, именно так.
— Ну и как тебе этот пёс в бою? — поморщился принц.
— Сожалею, но ничего сказать о его боевых качествах не могу. Я тогда был ребёнком, причём страдал от тяжёлой болезни. В тот вечер всё случилось быстро, я даже толком понять ничего не успел. Больше с этим господином наши пути не пересекались, но, надеюсь, когда-нибудь я всё же сумею оценить его бойцовские качества.
— Отомстить ему хочешь? — понимающе спросил принц.
— Не просто хочу, а обязан. Ваше высочество, этот человек убил мою мать. Своими руками убил, на моих глазах. В семье Кроу такое не прощается.
— Ты пей, Гедар, пей, тебе это сейчас не помешает. Я бы после такого боя бокал из рук неделю не выпускал. И да, между нами говоря, твоя мать была той ещё оторвой. Даже всё потеряв, не успокоилась, вечно куда-то пыталась влезть. Я уже говорил, но всё же повторюсь. Ты же знаешь, что некоторое время она была очень даже заодно с Пенсом?
— Простите, ваше высочество, не знал, но в последнее время до меня это доходило на уровне неправдоподобных слухов.
— И ты что, думаешь, те слухи врут?
— Не могу утверждать уверенно, однако я хорошо знал свою мать, а потом многое узнал о Пенсе. Моя мать и он находились на разных уровнях, и с учётом опалы моей семьи не вижу резона в том, чтобы такой человек вёл с ней какие-то серьёзные дела. То, что она пыталась устраивать, больше походило на игры в глупые заговоры, а Пенсу такие игрушки вряд ли интересны.
— Хорошо говоришь, Кроу, но всё же не сомневайся, слухи те не на пустом месте возникли. Впрочем, чего это мы о Пенсе вдруг вспоминать начали? У этого пса, конечно же, есть мерзкая способность появляться в самых неожиданных местах, но, надеюсь, хотя бы в сегодняшней сваре с ассиопцами он никак не замешан.
Насчёт Пенса, пожалуй, могу согласиться, а вот насчёт некоторых его родственников вряд ли.
Но принцу это знать необязательно.
— Гедар, ты был там и видел нужное, — продолжал Дэзэул. — Да, ты уже всё рассказал, но у меня до сих пор произошедшее в голове не укладывается. Там что, действительно никто не мог затаиться, и не было потайных ходов?
Я пожал плечами:
— Ваше высочество, самому мне проверять не довелось, лишь мимолётно пару взглядов кинул, зато другие проверили, как следует. И не раз. Да и после дуэли, полагаю, там каждую пылинку осмотрели. Эта пирамида будто скала, сплошной монолит. Если в ней и есть какие-то пустоты, то очень глубоко. Прятаться там тоже негде, помещение, конечно, не идеально-ровное, но всё на виду. Да и просмотрели там каждый камешек с разными навыками, у возможных невидимок не было ни шанса. В том числе и ваши люди просмотрели, а они, полагаю, лучшие в своём деле. Так что да, я не сомневаюсь: ни ходов потайных, ни спрятавшихся людей там не пропустили.
Принц снова щедро отхлебнул из бокала и задумчиво протянул:
— Значит, говоришь, их каким-то редким навыком тот подлый змей притянул? Но ведь за пирамидой во время дуэли следили грамотные люди, применение такого навыка должны были заметить. Да и откуда он бы взялся у Сэшша? Умения переноса попадаются катастрофически редко, целенаправленная их добыча бессмысленна, потому что может растянуться на долгие века. Я вот почти признанный наследник великой империи, но о таком только мечтать могу.
— Видимо ему повезло с добычей, — с самым честным видом «предположил» я.
— Ладно, пусть будет так, — чуть кивнул принц. — Ты говорил, что этот пёс… Как там его?.. Сэшш. Ты сказал, он что-то кинул на землю, и оттуда вышли эти гнилые гиены. Так?
Я покачал головой:
— Нет, я говорил, что он, вроде как, искру на пол из руки отправил. Возникло что-то вроде дымного марева, из него вышли Айхон и Хлокас. Видно было плохо, ведь смотреть приходилось через щит ассиев, в который я как раз бил стихиями. Сами знаете, какая рябь по нему может идти при атаках, даже в ясный день через неё видно плохо.
— Говоришь, он искру бросил? А может это был какой-то редкий артефакт для переноса?
Я снова пожал плечами и на этот раз ответил абсолютно честно:
— Будь там такой артефакт, его бы нашли.
Ну да, нашли. Точнее — нашёл. Йор не забыл ценную штуковину прихватить, я даже взглянуть на неё не успел.
Хомяк до сих пор горькими слезами заливается.
Принц уставился на меня так, будто просветить взглядом пытался. Я бы тоже на его месте заподозрил, что артефакт переноса в этом деле действительно замешан, и находится у единственного выжившего участника скандальной дуэли. Но даже если это так, что с того? Если иное не оговорено, смертельный поединок помимо всего прочего подразумевает, что все ценности победитель имеет право забрать себе.
И рассказывать о них он не обязан.
Вот только артефакты, способные переносить хотя бы поодиночке и пускай даже недалеко — ценность величайшая. Для Кроу, что только-только начали показываться из небытия, это неуместная вещь.
А вот императорская семья для таких ценностей — самое то.
Надеюсь, принц не начнёт прямым текстом заявлять свои права на ценнейший трофей. Да, так не принято, но надо учитывать