Бесплодная истинная для распутного дракона - Леона Эльсворд

Тем временем внизу слышался шум. Агата и девочки уже хозяйничали на первом этаже. Я спустилась позже, когда силы немного вернулись.

Кухня была огромной - с каменными очагами, медными котлами, полками для специй. Когда мы вошли, Агата уже разводила огонь в главном очаге. Ниоль сидела на столе, болтая ножками, Вейла помогала вытирать пыль со стола.

- Миледи! - Агата улыбнулась устало, но искренне. - Смотрите, здесь все… оживает. Я коснулась стены - и полки сами выровнялись. А в кладовой - припасы. Старые, но… свежие. Словно дом хранил их для нас.

Я кивнула. Магия крови. Моя кровь будила дом, и он отвечал заботой. Чем дольше мы все здесь находились, тем легче становилось восстановление: трещины затягивались, дерево наливалось теплом, камень теплел под ладонями.

- Вы молодцы. Продолжайте. Нам нужно место, где можно поесть и отдохнуть.

Вейла подбежала ко мне, протянула маленькую серебряную ложку, которую нашла в ящике.

- Тетя Элира, это для тебя! Она светится, когда я ее трогаю!

Я взяла ложку. Она действительно потеплела в ладони. В ней отразилось мое лицо - не усталое, а… сияющее. Серебристые искры в глазах. И на миг в отражении мелькнул силуэт мальчика, улыбающегося рядом.

- Спасибо, солнышко. Она теперь твоя. Храни ее.

Девочка просияла.

Мы работали до вечера. Дом восстанавливался на глазах. Камины зажигались сами. Окна очищались от грязи и паутины. Полы блестели. В главном зале появился длинный стол - он просто «вырос» из пола, когда я коснулась знака луны в центре. Стулья сами расставились. На столе материализовались простые, но красивые приборы - серебряные, с лунной гравировкой.

К ужину - первый настоящий ужин в этом доме - собрались все. Мила принесла еду из корабельных запасов, которые уже перенесли: хлеб, сыр, сушеное мясо, травяной чай. Но дом добавил свое: в кладовой нашлись банки с вареньем из серебряных ягод, которые не портились. Чай в котле заварился сам, ароматный, успокаивающий.

Мы ели спокойно. Агата рассказывала девочкам сказки, которые помнила из детства - про сказочных зверей. Роэн и его люди сидели чуть в стороне. Один из них, молодой парень по имени Торин, даже улыбнулся, когда Вейла поделилась с ним кусочком хлеба.

- Дом… хороший, - тихо сказал Роэн мне позже.. - Но странный. Я оставлю людей на страже у входа и в коридорах. На всякий случай.

Я кивнула.

- Спасибо. И… передай принцу, когда сможешь. Что мы… в порядке, но не говори ему кто я.

Роэн ушел. Я осталась с Милой в главной спальне - той, что мы выбрали для меня. Она помогла мне переодеться в чистую ночную сорочку из сундука матери. Ткань была мягкой, серебристой, как лунный свет.

- Спите, миледи, - сказала Мила, поправляя одеяло. - Завтра продолжим. Я буду рядом.

Она ушла в соседнюю комнату, но дверь оставила приоткрытой.

Я лежала в темноте, глядя в потолок, где медленно проступали звезды фрески. Дом дышал вокруг меня - тихо, ровно. Стены едва заметно пульсировали теплом. Я чувствовала, как магия крови течет по венам, связывая меня с каждым камнем, каждой балкой.

Я закрыла глаза. Слезы скатились по щекам - теплые, не горькие. Где-то там, за туманом, меня ждет Эл - последний родной человек.

Балдахин над кроватью колыхнулся, хотя окна были закрыты. Где-то в глубине коридора скрипнула дверь - не угрожающе. Приглашающе.

Утро наступило неожиданно быстро. Свет пробивался сквозь окна, наполняя комнату теплом. Я проснулась от тихого пения - Вейла в коридоре напевала какую-то веселую песенку.

Я села в постели. Тело ныло от усталости после вчерашнего. Я коснулась груди - шрам от брачной метки тоже изменился. Стал меньше, серебристее. Дом забирал чужое.

Встала. Подошла к окну. Туман за ночь рассеялся, немного - виднелось море, серое, спокойное. А внизу, во дворе, уже шли изменения.

Трава в заросшем саду зеленела. Сухие ветви на деревьях наполнялись жизнью. Фонтан в центре двора - вчера треснутый - теперь выглядел целым.

Я оделась просто: темно-серое платье, удобное, без вычурности. Мила вошла, когда я зашнуровывала передний корсет.

- Доброе утро, миледи. Выглядите… лучше. Ваши глаза сияют.

- Дом, - ответила я, улыбаясь. - Я наконец-то дома, на своем месте Миоа.

Мы спустились вниз. В главном зале уже был накрот стол: свежий хлеб, сыр, ягоды из кладовой. Агата улыбнулась мне.

- Мы с девочками закончили убирать на кухне. А Вейла нашла в чулане старые игрушки.

Вейла кивнула гордо, показывая деревянную лошадку с большим красным бантом.

- Она скачет сама, если попросить!

Ниоль жевала ягоду, размазывая сок по щекам, и хихикала.

Я села рядом с ними. Еда была простой, но вкусной - словно дом добавил в нее тепла. Пока мы ели, я рассказывала им о плане на день.

- Сегодня - библиотека. Мать написала: «Под корнями старого дерева». Там должно быть зеркало. И ответы. И, возможно, что-то об Эле.

Роэн, зашедший проверить, кивнул.

- Мы с людьми осмотрим периметр. Конюшни, сады. Если дом восстанавливается, то и снаружи тоже.

После завтрака мы двинулись в библиотеку. Она была в западном крыле - огромная комната с высокими стеллажами. Двери открылись сами. Внутри - полумрак, но когда я переступила порог, магические кристаллы на потолке вспыхнули мягким светом.

Книги. Тысячи. Кожаные переплеты, серебряные застежки. Некоторые сами выдвигались чуть вперед, словно приветствуя. Пыль исчезала вихрями. Столы и кресла оживали - дерево наливалось цветом, обивка восстанавливалась.

В центре - старое дерево. Не настоящее - огромное, вырезанное из камня и серебра, корни его уходили в пол, образуя круглый подиум. Под корнями - люк.

Я подошла, коснулась корня ладонью. Кровь в венах отозвалась теплом. Замок щелкнул люк открылся.

- Мила, Агата - оставайтесь здесь с девочками. Почитайте им сказки.

Они кивнули. Вейла уже тянулась к полке с яркими книгами.

Я спустилась одна. Роэн хотел пойти следом, но я остановила взглядом.

Комната внизу была круглой. Стены - из черного камня, но с серебряными прожилками, которые пульсировали. В центре - зеркало. Высокое, в раме из корней и лун. Оно не отражало комнату. Оно… спало.

Я подошла. Коснулась рамы.

Зеркало ожило. В нем появилось мое отражение - но не сегодняшнее. Я в детстве. Года