Чернокнижник из детдома 5 - Сергей Александрович Богдашов

Есть и третий момент. Если одна из стран научится легко закрывать Пробои, то уже в недалёкой перспективе она получит бонусы для своего ускоренного экономического развития.

Пока все воюют, превозмогают и выживают — у неё такие проблемы сведутся к минимуму, и не стоит гадать, как быстро это заметят все остальные страны, с их разведчиками и дипломатами. Полагаю, уже через два — три месяца. Затем какое-то время уйдёт на выяснение причин такой успешности, вангую, не больше пары недель, так как в армии изрядно «протекает». А дальше, варианты. Или мне лично придётся встречать плеяду «гостей», желающих меня выкрасть или убить, или по линии дипломатии нас попытаются нагнуть.

Что характерно — оба «перспективных варианта», меня не устраивают.

Невольно возникает извечный русский вопрос — «Что делать»?

Ответ на свой вопрос я получил неожиданно, и нет, вовсе не от Хуго. Просто процесс с места сдвинулся. Вояки, когда я с ними договорился и привёз им фрагменты панциря на полигон, встретили меня с энтузиазмом. Похоже, видео с моментами нашего боя, когда крупнокалиберные пулемёты не справлялись с панцирем бронемонстра, их впечатлило.

Стрельбище было далеко за городом. Генерал-полковник Сурков — тот самый, с переговоров — уже поджидал нас у огневого рубежа и довольно потирал ладони.

— Сейчас мы вашего «черепаха» проверим, — сказал он мне, подмигивая. — У меня тут и ДШК есть, и Корд.

Первый этап — крупнокалиберные пулемёты. ДШК бил звонко, с характерным лязгом, оставляя на панцире мелкие кратеры, похожие на следы от картечи по железу. Корд — чуть глубже, но тоже без уверенного пробития. Осколочные гранатомёты и вовсе лишь закоптили поверхность.

— Смотри-ка, ничего эти кости не берёт, — с досадой констатировал Сурков, платком вытирая пот со лба, — Обидно. У меня расчёты три дня готовились.

— Угу, слово из кроссворда в шесть букв, означающее полное крушение надежд, как нельзя лучше подходит, — лениво заметил я, так как на видео мы как раз аналогичное вооружение использовали, и без результата.

Зачем повторять очевидное? Нас проверять?

— Фи, от вас я такого не ожидал, — проворчал генерал.

— Первые две буквы из слова фиаско вы верно назвали, — заставил я рассмеяться генерала, и заулыбаться остальных, разряжая обстановку, — Более серьёзные калибры есть? — спросил я, когда понял, что армейцы настроены уже более позитивно.

Генерал замялся. Посмотрел на своих адъютантов, на скучающих бойцов у БМП.

— Есть. Сейчас БТР-90 вызову. Там автоматическая пушка 2А42 стоит. Калибр — тридцать миллиметров. И подкалиберных выделю. Один ящик. Снаряды «Кернер». Только это уже серьёзно — бронебойный, с сердечником.

— Давайте, — сказал я. — А то результат пока отрицательный.

Первая короткая очередь из автоматической пушки, смонтированной на БТРе, вырвал кусок панциря размером с ладонь. Генерал присвистнул. Вторая, туда же — ушла уже глубже. И лишь с третьей панцирь был пробит насквозь — с обратной стороны вылетели осколки.

Я подошёл к фрагменту панциря, потрогал пальцем край пробитого отверстия. Панцирь был ещё горячим, сама дыра с острыми зазубринами.

— Так, уже лучше, — сказал я, обернувшись к Суркову. — Что у вас есть из техники под этот калибр?

— БМД-3 и БТР-90. У нас ещё несколько машин БМП-2 стоят на консервации. Там такая же пушка установлена. За неделю можем поставить БМП на ход.

— Уже неплохо. И я хочу, чтобы вы испытали их не только по этому панцирю, но и по живым Тварям. Могу предложить совместный рейд в Пробой ранга Г. Вы даёте машины, я их переоборудую и обеспечу магическое прикрытие. Идёт?

Сурков хмыкнул, почесав затылок.

— А что, пусть начальство у меня строгое. Но если ты гарантируешь, что Твари и твои маги не повредят технику… И даёшь слово, что после испытаний панцири и шкуры достанутся нам для анализа и стрелковых испытаний, то я согласен.

— Договорились, — протянул я руку.

Он пожал её крепко, с хрустом. Офицеры переглянулись. Но я заметил — они поняли, что пули из пулемётов — не всегда веский аргумент для хорошо защищённых Тварей. А автоматическая пушка и снаряды «Кернер» — это уже достаточно серьёзный аргумент.

Над взаимодействием с армией у меня было время подумать, а заодно прогнать свои мысли через проверку от Хуго. Мой электронный помощник очень быстро подсчитал, какое число техники каких видов техники можно переоборудовать для армии, не нарушая баланс между вояками и Охотниками.

А китайский вопрос… Хуго уже начал собирать данные по Хулиню. Что-то мне подсказывало, что та Тварь была лишь первой ласточкой. Впереди — нечто более серьёзное. И к этому надо быть готовым.

В то же время, Тварь из-под Хулиня — это мой серьёзный козырь в уже скорых переговорах с губернатором. Заснятое видео и результаты стрельб позволяют задать вопросы о необходимости более серьёзного вооружения, чем даже крупнокалиберные пулемёты.

Но автоматические пушки — это уже не тот вид вооружений, который согласно Закона в мирное время доступен гражданским формированиям, включая охранные структуры и отряды наёмников.

Казалось бы — ситуация безвыходная. Внести поправки в Федеральное законодательство даже губернатору Терехову не под силу.

Но мы с Хуго нашли элегантный выход — Клан.

Клановой дружине разрешено иметь даже танки, вертолёты и системы ПВО. Лишь бы они не размещались в городе и не использовались в границах населенных пунктов. Разумеется, в конфликтах, а не в случае борьбы с Тварями. Требования для регистрации Клана хоть и серьёзны, но в нашем нынешнем состоянии, невыполнимыми не выглядят.

Дружина в сто человек и выше. Собственная или арендованная территория, не меньше тысячи гектаров, на которой Клан обязуется сам уничтожать Тварей, не выпуская их за пределы границ, и страховой взнос в размере ста миллионов рублей, и оплата регистрационных документов в сто тысяч рублей.

В принципе, хоть завтра подавай заявку на регистрацию. Деньги и земля, арендованная под Заповедник Трав на пятнадцать лет, у нас есть. Бойцов доберём, но вот тут как раз могут быть проблемы. Проверять нас, скорей всего, станут пристрастно. И если первые два вопроса пройдут без сучка и задоринки, то до численности отряда попробуют докопаться. Но и тут можно схитрить. Закрыть один, а лучше два Пробоя с максимальным числом новеньких, внеся им эти Пробои в послужной список. Подтверждая это не только документально, но ещё и видеосъёмкой. Причём ранги Пробоев особого значения