Главный инженер 8 - Вадим Фарг
На одном из совещаний я велел перебросить его людей на другой объект. Белов дождался, пока остальные выйдут, и закрыл дверь.
— Максим Константинович, вы мне сначала скажите, какую работу не делать, — произнёс он, положив папку на стол. — А то сроки у меня остались прежние, людей стало меньше, а виноват потом опять буду я.
Тогда я раздражённо спросил, почему он не сказал этого при всех.
— Потому что вы уже пообещали заказчику, — ответил Белов. — Я решил, вам хватит одного неприятного разговора, и без зрителей.
Он не был удобным подчинённым, зато редко приносил проблему без расчёта, сколько будет стоить её решение. При Викторе Белов промолчал, когда часть заказов его компании отдали новой фирме. Возможно, надеялся сохранить то, что осталось. С ним стоило говорить не о памяти Орлова, а о предприятии, которое постепенно лишали работы.
Ирина Львовна Селезнёва владела долей в компании со складскими площадями группы. Перед встречами просила присылать расчёты, а если вместо них получала презентацию, могла отложить разговор.
— Красиво получилось, — говорила она докладчику, закрывая распечатку. — Теперь покажите, сколько мы вложим и когда вернём деньги. Картинки я потом посмотрю.
Мне нравилась её привычка не стесняться простых вопросов. Тем неприятнее было видеть её подпись под сомнительной сделкой с «Апекс-Девелопментом». Предположить, что Ирина Львовна ничего не поняла, я не мог. Скорее, решила забрать часть вложенного, пока давали, и не спорить с новым руководством.
Белову была нужна работа, Селезнёвой — возможность не потерять оставшиеся деньги. Этого не хватало для доверия, но для первого разговора могло хватить.
Фамилию Чернова я вынес на край страницы и обвёл. Заместитель по развитию знал почти всех, поэтому через него было легко договориться о встрече. Именно поэтому обращаться к нему сейчас не стоило. Он сначала выяснил бы, чем я располагаю, а потом позвонил Виктору, чтобы понять, кому выгоднее помочь.
Когда-нибудь его разговорчивость могла пригодиться. Пока я не хотел, чтобы о моих планах узнали раньше, чем я сам в них разберусь.
Впрочем, и с оставшимися кандидатами всё выглядело сомнительно. Они знали Орлова, а Смирнов для них был посторонним человеком с небольшой инженерной фирмой. Внезапно этот человек приносил внутренние документы и предлагал обсудить активы компании. На их месте я бы сначала выяснил, кто его прислал, а уже потом стал слушать.
Я представил себя на такой встрече и усмехнулся. Сантехник раздобыл чужие бумаги и решил, что теперь ему обязаны выделить место среди владельцев бизнеса. Хороший костюм здесь не помог бы, хотя прийти в рабочей куртке тоже было бы ошибкой.
Нужен был партнёр, которого они знали. Не человек, способный приказать им выслушать меня, а тот, кто сам мог участвовать в сделке и отвечать за свои предложения.
Я написал фамилию Умярова. Некоторое время смотрел на неё, словно от этого мог появиться другой вариант.
Сергей уже интересовался активами Орлова, иначе не поручал бы Григорию поставить прослушку в моём прошлом кабинете. У него были деньги, и он не соглашался на сделку только потому, что собеседник уверенно говорил. Мне это подходило. Хуже было то, что свои вопросы он тоже задавал прямо, а отвечать на них я пока не умел.
Я записал условия, которые не собирался менять: архив целиком не отдаю, деньги «Основы» в эту историю не вкладываю. Потом дописал, что компанию нельзя предлагать в залог. Слишком легко было назвать её своей и забыть, сколько людей уже зависело от того, что я с ней сделаю.
Ниже появилась ещё одна строка: не вспоминать спасение Алёны как повод для помощи.
Если предложение не имело смысла без благодарности Сергея, значит, его не стоило делать. Да и Алёна не заслуживала, чтобы я превращал случившееся на базе в аргумент на переговорах.
Часы показывали больше, чем я рассчитывал. Я закрыл ноутбук, но блокнот оставил на столе. Хотелось ещё раз перечитать условия, найти слабые места и заранее придумать ответы. Вместо этого я выключил свет. Светлана была права хотя бы в одном: утром от недосыпа я становился увереннее, но соображал хуже.
* * *
В гараже Степаныч разговаривал с заказчиком по телефону. На верстаке лежал разобранный смеситель, а Лёша рядом проверял коробку с арматурой. Он сверял детали с листком и складывал проверенное отдельно. Увидев меня, кивнул, но работу не бросил.
Степаныч поднял палец, прося подождать.
— Иван Петрович, если напор остался такой же, значит, всё нормально, — сказал он в трубку. — Нет, соседу обещать не надо, сначала посмотрим, что у него происходит. У вас засор был, а у него может быть другая причина. Пусть позвонит Рите, она запишет.
Он выслушал ответ, договорился о времени звонка и положил телефон.
— Вчера дорого было, сегодня хочет весь подъезд к нам привести, — сообщил старик, снимая очки. — Только жители ещё не знают, что он за них решил.
— Хорошо сделали? — спросил я у Лёши, подходя к верстаку.
— Напор восстановили, крепление трубы поправили, — ответил тот. — Хозяин боялся, что придётся стену разбирать, а там доступ был снизу. Мы шкафчик отодвинули, и всё сразу стало видно.
— Только шкафчик сначала освободили, — добавил Степаныч. — А то он уже собрался его вместе с посудой двигать. Работу сделал правильно, но про чужие вещи пока приходится напоминать.
Лёша смутился, однако спорить не стал.
— Я теперь сначала смотрю, что внутри, — сказал он. — Вчера у женщины под мойкой вообще банки стояли, пришлось просить убрать. Она ещё удивилась, почему я сам не вытащу.
— Потому что уронит одну, потом весь день будет вспоминать, сколько в ней огурцов было, — отозвался Степаныч и повернулся ко мне. — Ты по делу или проверить, не разнесли ли мы тут всё без тебя?
Я повесил куртку и подошёл к доске с заявками. Слава с Машей после обеда ехали в фитнес-клуб, а Митяй должен был закончить работу на объекте Крамовой. Раньше я держал эти сведения в голове и сердился, если остальные чего-то не помнили. Теперь хватало посмотреть на расписание.
— По квартире материалы согласовали? — спросил я, показав на заявку, которую Лёша проверял по листку.
— Взяли первый вариант, — ответил Степаныч. — Хозяин ещё раз спросил, почему дороже, чем у других, ну я и объяснил. Рита доставку устроила, сейчас комплект проверим и поедем.
— Ты тоже собираешься?
Старик