Резидент. Часть 4 - Никита Киров
А чуть дальше от бассейна на постаменте стояла дорогущая спортивная машина с открытым верхом ярко-жёлтого цвета.
Должно быть, Туман когда-то был в похожем месте и что-то хотел запомнить, но остались только девушки, бассейн и тачка. Так что в своих мыслях я сел в эту машину и вспоминал билеты для сдачи теории в ГИБДД, которые запомнил с помощью условных знаков и фантазии.
И вот когда прочитал последний вопрос, то на мгновение представил сценку, как этот суперкар подъезжает к мосту, перед которым висел знак «Преимущество перед встречным движением», а навстречу ехал бело-синий ЗИЛ. Такого же цвета был знак.
В мыслях я поехал вперёд, а в реальности в ответ на вопрос: «Можно ли Вам въехать на мост первым?», я нажал «Можно».
«Экзамен сдан», — сообщила зелёная табличка, и я поймал на себе пару косых взглядов от соседей. Вот не сомневался, что выйдет сдать, но кончики губ всё равно поползли наверх. Сдал, ни одной ошибки, ни одного дополнительного вопроса. Осталось только вождение по городу, и у меня будут собственные права.
Но у меня были и другие экзамены, совсем другого плана, и они могут начаться в любой момент. Я вышел из здания, посмотрел на ясное небо. Жарко сегодня, как летом. Я расстегнул толстовку, скинул капюшон и достал телефон. Хотел записать голосовое, но вместо этого позвонил.
— Поздравь, — сказал я.
— Сдал? — радостным голосом спросила Наташа.
— Ещё бы. С первого раза.
— Поздравляю, Вадим! Жалко, что я ещё в Москве, отметили бы. А когда «город» сдавать?
— Да уже скоро.
Она задержалась в Москве, но мы с ней созванивались и переписывались постоянно. У неё куча своей работы, приедет позже. А пока она была там, у меня появился новый сопровождающий. А заодно и наставник, и он взялся за обучение всерьёз.
Правда, подход у него был неожиданный, но я признавал, что он рабочий. Хотя с таким подходом надо следить в оба, чтобы не упустить момент. К вопросу обучения он подходил творчески.
Пока же было спокойно, я поехал в институт, ведь одну пару нам перенесли почти на вечер.
— Ну и как в Москве, бро? — спросил Лёша, пожимая мне руку.
С утра его не было, лечил зубы, и мы увиделись впервые после моего возвращения.
— Ничего не понял, — признался я. — Ходили везде, фоточек наделали. Всё как обычно, по классике — Кремль, Зарядье, ВДНХ. Интернета, кстати, там не было.
— Жесть. У нас тоже не было. Чё вечером делаешь? В чё-нибудь катанём, может?
— Да у меня тут родственник нашёлся, — сказал я. — Троюродный брат приехал из Питера. Приедет в гости.
— О, круто, хоть какие-то родственники есть.
— У меня они и были, — я усмехнулся. — Каждый месяц напоминают о себе. Но хотя бы этот не думает, как отжать у меня квартиру или отцовскую пенсию.
Лёша нервно засмеялся, охреневая, что такое возможно.
Пришёл препод, начался семинар, я выключил звук на телефоне и открыл тетрадку.
Телефон положил рядом, на край стола. Этот мне выдали, и он был не совсем обычным. Чисто рабочий инструмент, хотя также инструмент контроля, но я пока не скрывался и изучал все возможности.
Кстати говоря, это телефон для «взрослых», то есть для полноценных оперативников, но некоторые функции для меня пока заблокированы. Но Иван обещал, что раскроет по мере обучения.
Многие приложения были замаскированы под популярные, а ещё я мог подать сигнал о тревоге, просто нажав кнопки громкости в определённом порядке.
Но нужен он не только для этого. Пока возвращались поездом в город, Иван объяснял, что на нём есть, и что мне пригодится.
На нём были прямые чаты с другими сотрудниками «Контура» через их собственный мессенджер, правда, у меня там были только Наташа, Иван и Виноградов. Но Виноградову я писать не мог.
Ещё телефон был подключён к их собственным базам определителя номера, и умел определять, идёт подмена номера при звонке или нет. Также он подсказывал, если кто-то пытается перехватить вызов, как тогда было у Наташи.
Он умел давать незаметный сигнал, если определял повторяющиеся следы цифровой слежки. Например, точки Wi-Fi, которые маскировались под известные мне роутеры, и устройства Bluetooth, притворяющиеся моими наушниками.
Если такое находилось рядом, то зашифрованное уведомление отсылалось мне и сигнал шёл в «Контур».
Да, я понимал, что это устройство не даёт следить за мной, но при этом позволяет самому «Контуру» знать обо мне больше. Впрочем, это включено только сейчас, пока за мной идёт повышенное наблюдение. Потом смогу вырубать его сам, когда не на задании.
Ну, это Иван так говорит, а сама система может быть хитрее. Но я в целом понимал, как это работает. На том украденном планшете, который я нашёл в тачке Тумана, была подобная система. Так что если понадобится, заглушу телефон.
— А меня после праздников снова к себе зовут, — сдавленно прошептал Лёша.
— Куда?
— Ну, в тот офис, корнеевский. Прототип собираю для конкурса. Уже перед другими людьми.
— Зацепил ты их, Лёша.
— Да есть же у них такие системы, и получше, — возразил он.
— Так они смотрят на то, как ты это делаешь, и как качественно. Да и тебя всё нормально выходит, бро.
Пара тянулась долго, все скучали, хотели домой, кто-то из соседей постоянно тянулся к телефону, чтобы проверить часы и ленту. Я глянул на свой, но в руки не брал, тренировал память, вспоминая, что есть в меню. Запомнил хорошо, могу даже на ощупь что-то активировать.
Нашёл и другие функции, но пока не пытался их взломать, чтобы получить доступ. Подождём.
Там была связь с базами данных, и можно было быстро пробить кого-нибудь по лицу. Для этого телефон мог синхронизироваться с умными очками, хотя мне их не дали.
Там было приложение со входом в инфраструктуру «Контура», чтобы получить доступ к системам камер городского наблюдения, но это было мне заблокировано. Хотя я догадывался, что часть городского видеонаблюдения работает на софте от Корнеева, и начинка этого телефона разработана там же.
Также смартфон явно мог менять свой цифровой профиль, как делал телефон Тумана. Перезаписывал все свои идентификаторы, мобильного оператора, внутренние номера и даже модель.
Был режим ловушки на случай,