Хозяин Хаоса IV - Максим Петров

бой был для нее намного важнее, чем для остальных зрителей. Они просто пришли посмотреть на драку двух курсантов, ей же было важно, чтобы ублюдок Олег получил свое наказание. Когда над ним зажегся тот огненный столб, она с трудом сдержала эмоции, но Воронов оказался милосерден и не дал Олегу умереть позорной смертью. Хотя он это заслуживает, больше, чем кто-либо другой в этом зале.

— Марин, ты идешь? — голос, прозвучавший над головой, заставил ее вздрогнуть, и, подняв голову, она увидела свою единственную подругу, Екатерину Скворцову.

— Ты так сильно переживаешь из-за того, что твоего брата побили? — Катя села рядом с ней, — странно, у вас ведь плохие отношения.

— Все в порядке, просто задумалась, — Марина улыбнулась, — пошли, нельзя опаздывать на урок. В отличие от некоторых я незаконнорожденная, мне поблажки не позволены…

Сегодняшний учебный день был особенно длинным. После каждого урока я старался лишний раз не выходить из нашей аудитории, так как драка с Румянцевым сделала меня неожиданно знаменитым. Как оказалось, этот идиот успел настроить против себя огромное количество людей, и теперь все эти люди почему-то решили, что им нужно со мной подружиться. Михеева постоянно улыбалась, когда в нашу аудиторию совал нос очередной такой человек, а вот меня, наоборот, это начинало злить. Надо было одним ударом все закончить, а не играть в игры, теперь придется расхлебывать последствия.

— Не злись, — Вика пододвинула стул поближе, — в конце концов, чего ты хотел? Внутри академии так же есть свои кланы, и Румянцев был по сути главной ударной силой одной из группировок. Теперь, когда ты его так легко сломал, баланс сил нарушен, и многие будут пытаться попасть тебе под крыло.

— То есть никого не смущает, что я всего лишь внук барона? — Я скривился, — зачем мне это все?

— Ты не только внук барона, ты еще и маг-двударник с рангом магистр, — Карина, сидевшая сзади, фыркнула, — а еще ты внук князя. И никого тут не волнует, что у вас плохие отношения, ведь формально ты точно такой же княжич, как и Румянцев. Так что да, ты знатно колыхнул местное болото. Готовься, скоро начнется настоящее веселье, когда тебя начнут учитывать в играх.

— Меньше всего мне хочется в чем-то подобном участвовать, — я нахмурился, — а нет ли возможности всего этого избежать?

— Она была, до того как ты унизил на арене одного из самых сильных бойцов академии, — Михеева пожала плечами, — теперь ты знаменит, можешь этим гордится.

Гордится этим я, конечно же, не собирался, но что-то делать и правда надо. Так что, пока преподаватель по праву что-то бубнил возле стола, я внимательно слушал Михееву, которая делилась со мной подробностями внутренней кухни академии. Сейчас она не выглядела наивной красоткой, наоборот, полностью оправдывала свою фамилию. Видимо, Семен Семенович невольно или вольно многому внучку научил, и, судя по всему, наука пошла впрок.

Постепенно в моей голове складывалась картинка, и она меня совсем не радовала. Если коротко, в академии было три группировки: проимперские, те, кто работал на империю напрямую и получил свое богатство и власть из рук императорского дома, либералы, те, кто всего добился сам, и которых совсем не устраивали теперешние расклады, и умеренные. Последние совмещают в себе первых двух, но имеют на каплю больше дипломатии и мозгов, чтобы разделять мир на черное и белое. Румянцев возглавлял партию проимперских, точнее, был их главным оружием, а вот Михеева неожиданно относила себя к умеренной партии. С либералами мы еще не сталкивались, там главным был княжич Юсупов, что в принципе неудивительно.

По богатству этот род не уступал императорскому, а где-то даже превосходил. А учитывая их происхождение, ничего удивительного в том, что они стали оппозицией. А вот у умеренных явного лидера не было, по крайней мере до сегодняшнего дня. При этом Вика смотрела на меня таким хитрым взглядом, что я понял одно: она хочет повесить на меня это все. Вопрос в том, надо ли оно мне вообще? С одной стороны, отношения, созданные в этой академии, потом продолжаются во взрослой жизни, многие союзы, заключенные тут, оказываются по-настоящему крепкими. С другой же стороны, тогда мне придется полностью погрузится во все это дерьмо, а мне, если честно, вообще не хочется этого делать.

— Вижу, ты задумался, — Вика улыбнулась, — это хорошо, это значит, что ты начал понимать, что эта академия нечто большее, чем просто учебное заведение.

— Угу, — я покачал головой, — а раньше посвятить меня в эти подробности нельзя было? В отличие от вас, я самый обычный провинциальный парень.

— Провинциальный магистр с двумя дарами ты хотел сказать? — вместо Вики спросила Карина и расхохоталась, — Воронов, не прибедняйся, оно тебе совершенно не к лицу. Лучше возьми на себя ответственность и возглавь партию умеренных. А мы, так и быть, тебе поможем.

Мы с Михеевой одновременно повернулись к ее телохранительнице, но Карина сделала вид, что не замечает наших удивленных взглядов. Хм, а она не так проста, как кажется, мозги у нее работают.

— Неплохой вариант, — Вика пожала плечами, — Карина права, с нашей поддержкой ты легко сможешь стать главным в партии умеренных.

— Главное, чтобы ради этого мне не пришлось сломать главаря либералов, — я усмехнулся, — хотя что-то мне подсказывает, что с Юсуповым мне придется столкнутся в любом случае.

— Он как минимум подойдет, чтобы поблагодарить тебя за Румянцева, — Вика хихикнула, — Андрей никогда не любил Румянцева, но в силе все же ему уступает, пусть немного, но уступает. Так что да, он точно не упустит возможности сказать тебе спасибо.

Я закрыл глаза, попытавшись хоть немного успокоится. Н-да, и ведь все одно к одному выходит. А самое интересное, что все это играет на руку Багратиону. А если вспомнить, какой дар у князя и насколько он сильный, то картина выходит очень, очень интересной…

— Я подумаю над этим всем сегодня, и завтра поговорим, — видя, что лекция подходит к концу, я начал собираться, и, как только прозвучал звонок, быстрым шагом покинул аудиторию.

Добравшись до парковки, я прыгнул на заднее сидение внедорожника и только после этого позволил себе расслабится.

— Сложный день? — один из опричников вопросительно на меня глянул.

— Ты даже не представляешь себе насколько, — я усмехнулся, — поехали домой, к сожалению, одной учебой мой день точно не ограничится…

* * *

Особняк Брюса. Час спустя.

После плотного обеда я засел в кабинете с ручкой и новеньким блокнотом. Пора браться за дело по-взрослому, мне нужны артефакты, с помощью которых я смогу помочь старателям в