Мастер Трав 12 - Ваня Мордорский
Я застыл. Да, сеть деревьев с моей кровью стала моим ретранслятором — вот почему по телу так ударило. И тут возникает вопрос, а как сильно ударит по телу создание сети железных дубов из трех-четырех десятков деревьев?
Я на миг похолодел, представив возможные последствия. Может и хорошо, что Кровь Симбионта так долго восстанавливается. Такой себе природный ограничитель от тех, кто начнет ее бездумно тратить и столкнется с последствиями.
И тем не менее, вчера я сделал достаточно: немного понял механику ментальных закладок, научился задавать растениям цель, создал собственную управляемую сеть и нашел потенциальных союзников-симбионтов в лице дремликов. Ну а еще спас Морну (пусть и сам частично виноват в том, что она сорвалась) и рассадил паслен. Возможно будущее оружие против Измененных. Не так уж плохо для одного дня.
Как только прошла головная боль я, ради сравнения, мысленно проверил свои дубы-якоря. Как и ожидал, я не смог через них ощутить окружающую землю, запахи или вибрации, или потоки живы, как это было с моей полностью «подчиненной» молодой сетью. Я чувствовал старые дубы просто как горящие точки на своей виртуальной ментальной карте.
В молодой сети, пока я не замкнул каждое древо своей кровью, я тоже ничего не чувствовал, — подумал я. — Возможно со старыми дубами будет то же самое, когда я дострою контур. И видимо, учитывая возможные последствия, не стоит спешить с «замыканием» сети.
Но с другой стороны, поставить молодые сети возле дома Морны, возле нового дома гнилодарцев и возле их старой деревни может быть очень полезным. Раньше я лишь предполагал, что смогу наблюдать через них, а теперь знал точно.
Однако всё это не сейчас. Сейчас мне нужно привыкнуть к этой сети.
Я сделал еще одну зарядку и уже после этого стал вновь ощущать тело гибким.
После этого перешел к Дару.
Мысленно проверил все свои симбиотические связи. Двух не хватало. Вчера, чтобы попытаться подчинить дремлика, мне пришлось экстренно оборвать две связи с мелкими лесными душильниками. Надо было вернуть утраченное, чтобы сознание было под достаточной нагрузкой и привыкало к связям. Я достал ящичек, где держал мелких душильников-мутантов и, прикоснувшись к ним Даром, восстановил две связи.
Теперь у меня вновь было тридцать две связи.
Я решил пойти дальше. Пусть тело было еще не в полном порядке, но сознание было как раз таки в состоянии прибавить еще связей. Я уже понял, что часто вечером банально не остается сил на то, чтобы прибавить связи и лучше это делать утром.
Я сконцентрировался, собирая волю в единый ментальный кулак, и прикоснулся к еще одному душильнику.
Первый пошел легко. Новую связь сопроводила вспышка головной боли, но даже кровь не пошла из носа.
Терпимо.
[Дар (продвинутый): +0.4%(7.8%)]
Можно попробовать еще одну добавить.
Я сделал глубокий вдох, и продолжил.
Следующий душильник дался уже в разы тяжелее.
В висках стрельнуло болью, из носа привычно потекла теплая струйка крови, но я удержал контроль.
[Дар (продвинутый): +0.5% (8.3%)]
Тяжело дыша и со звенящей от боли головой я смотрел на ящичек с крошечными душильниками и привыкал к ощущению тридцати четырех связей.
Неплохо. За день мой мозг легко адаптируется к двум новым связям. Через время, возможно, стоит попробовать увеличивать нагрузку до трех в день.
Задвинув ящичек с мутантами под стол, я вышел наружу, умылся ледяной водой из корыта и, заварив себе кружку крепкого травяного чая, пошел проверять свой сад. Делился живой походя, не выпуская кружки из руки. Это давно стало привычным и рутинным занятием, которое даже уже не требует особого внимания. Без подпитки моей живой, скорее всего, половина эволюционировавших растений быстро бы зачахла. Каждый из них требовал повышенного количества живы. Я улыбнулся.
После подпитки я вернулся в дом к Виа и вновь намазал ее тело смесью гидролатов. Надеюсь, такие вот плеточники не будут нам попадаться постоянно, иначе нужно будет вырабатывать в Виа устойчивость к его кислотной слизи, а тратить на это ее эволюцию не хотелось бы.
Следующим на очереди был золотой женьшень. Места, где я безжалостно отрезал от него куски для спасения Морны, уже начали затягиваться золотистой пленкой и через день обещали зарасти окончательно.
Как только он восстановит целостность, нужно взять от него приличный кусок и попробовать прорастить отдельно. С обычным женьшенем, который я продал через Трана, такое получилось, возможно сработает и тут, учитывая мою живу и новый катализатор жизни. Если у меня будет два Золотых Женьшеня, возможности для экспериментов будут шире.
После я подошел к ящику, с высаженным вчера пасленом.
Из пятнадцати черенков три почернели и сгнили. Причем совершенно непонятно, от чего именно — то ли не выдержали концентрации энергии, то ли изначально были слабыми. Но я смотрел на оставшиеся двенадцать крепких, пустивших агрессивные белые корни будущих кустов, и понимал, что результат отличный. Если не случится ничего непредвиденного.
Быстро проверил землю, в которой они росли. Увы, как я и думал, за ночь она уже почти полностью растеряла свои восстанавливающие свойства, отдав всё черенкам.
Я аккуратно рассадил черенки чуть шире, чтобы их корневым системам было где развернуться, и обильно пропитал почву той же смесью гидролатов, что и вчера.
Закончив с посадками, я задумался о грядущем визите к дремликам. Торговать с этой стаей мшистых симбионтов можно было двумя вещами. Во-первых, янтарной росой, а во-вторых, как это ни парадоксально, — пыльцой жужжальщиков.
Я взял бутылочку и собрал свежую янтарную росу с живосборников. Грэм, похоже, забыл это сегодня утром сделать, увлекшись забором. Собственно, он и сейчас молча и сосредоточенно его перестраивал.
Я понаблюдал за ним секунд двадцать, а потом вернулся к своей работе. Вынес миску и сито, которые служили своеобразной ловушкой для жужжальщиков, и намазал сито тонким слоем янтарной росы. Жужжальщики тут же слетелись на ее запах. Вчера их пыльца более чем доказала свою эффективность при создании Катализатора Жизненной Силы, а значит как и росу, их пыльцу нужно собирать несколько раз в день, чтобы всегда иметь запасы не