Искра Свободы 3 - Александр Нова

Я планировал торговать с искажёнными, поэтому вырезать ядра было нельзя — за такое искажённые убивали без разговоров. Кроме того, я хотел забрать «Шипы подчинения (F)» себе и выменять на них у Ирвина нужные мне артефакты. Инквизитор хотел что-то действительно важное? Куда уж важнее.

— Нет, — отказался я. — Ядра мы вырезать не будем.

Жан понимающе ухмыльнулся.

— Как скажешь, я-то на долю не претендую, мне Арно платит. А что с этим хламом, — Жан указал на разномастное железо нападавших, — будем делать? Так-то тут лоренов на тридцать.

— И веса килограмм на тридцать тоже. Трупы похороним, этот хлам спрячем. Когда будем возвращаться в город, захватим с собой.

— А разве мы не прямо сейчас возвращаемся? — удивлённо спросил Жан. — Караван сгорел, нападавшие ушли, задание провалено. Что тут делать?

Я собрал «Шипы подчинения (F)» и, отмыв их от крови, спрятал в подсумок.

— Пойдем по следу. Да, он обрывается возле ручья. Мы пойдем на север. Потому что идти на юг нашему врагу смысла нет — там Конфлюан и в целом баронская власть крепче, — ответил я. — Кстати, давайте дадим ему имя. Скажем, Джон.

Если кто и удивился, то вслух этого не произнёс. Вообще, я хотел назвать его «Джон Доу», но потом понял, что местные не поймут. Да и так открыто показывать своё иномирское происхождение было глупо. А имя Джон здесь существовало и было распространено на территории восточных государств.

— Как раз потому, что идти на север логичнее всего, Джон и пойдет на юг, — возразил Лис.

— Есть у меня ещё кое-какие соображения, почему Джон в этот раз никуда не денется, — произнёс я. — Я чуть позже всё объясню, хорошо? А сейчас не будем терять время, давайте за работу. Нужно всё сделать быстро и поспешить за Джоном.

Через полчаса шесть тел исчезли в глубокой яме под корнями старой сосны. А их снаряжение завернули в тряпьё и спрятали отдельно, под мхом у приметного валуна. И Лис сразу же повел нас к ручью, а потом — вдоль его русла на северо-запад.

Я шёл за охотником, и одна мысль не давала мне покоя. И это был не вопрос о целесообразности использования управляемых искажённых для захвата мыльного каравана. Это как раз объяснить легко: полевые испытания новой технологии в боевых условиях. Моё же беспокойство укладывалось в одном вопросе, который я и задал Жану:

— А можно ли «Шип подчинения (F)» применить к человеку?

Вопрос застал Жана врасплох. Он резко повернул ко мне голову и некоторое время молчал.

— По словам церковников, сам Владыка говорил, что «Шип подчинения (F)» действует только на монстров. А на носителей Искры влиять не может. Что-то там про внутренние отличия Искры от монстрячьего ядра.

— Ну, на искажённых тоже не работало.

— Это другое. Искажённые — они же как монстры. И ядро у них монстрячье. А не работало, потому что у них есть воля к сопротивлению. Так-то и не на всякого монстра «Шип подчинения (F)» воздействует.

Жан улыбнулся, что-то вспомнив, и продолжил.

— Например, Арно нашёл своего волкодава ещё щенком. Кормил его, дрессировал. Гарон признал ловчего хозяином без всяких там артефактов. А потом, когда пёс вырос, Арно решил установить ему «Шип подчинения (F)». Но не для контроля, а для улучшения понимания. Видел, как ловчий мысленные команды отдаёт? А Гарон ему свои эмоции транслирует. Например, волкодав считает, что ты, Эллади, очень вкусно пахнешь. Забавно, правда?

«Ручной монстр местного мафиози испытывает ко мне гастрономический интерес. Очень смешно. Оборжаться можно», — пронеслось в голове. Но, боюсь, сарказма Жан мог и не понять.

— Действительно, забавно, — вежливо улыбнувшись, согласился я. — Так значит, кто-то нашёл метод сломать волю искажённых?

— Скорее всего. Да и то, видишь, контроль постоянно спадает. Так что выглядит всё это не очень.

«Это пока технологию не доработали», — добавил я про себя.

— Думаю, тут не только слом воли, — включилась в разговор Селена. — Не зря же от них настоем «Берсерка» пахнет. Наверное, как-то модифицировали настой, чтобы он действовал дольше, влиял на тело меньше, а на разум — больше. Убирал или подавлял волю.

Я кивнул: звучало логично. Только тела у всех разные, и алхимия действует на всех по-разному. На кого-то сильнее, на кого-то слабее. Поэтому даже у системных зелий время работы разное и длительность отката варьируется. Что уж говорить про всякие настои знахарок, у которых ещё и точность изготовления от партии к партии «плывёт».

— Возможно, настой хорош только для короткого промежутка времени. Его хватило, чтобы разобраться с караваном, а перед засадой на нас обновить не успели. Или решили, что и такого количества достаточно, но ошиблись. Вот и пробилось сознание искажённых сквозь контроль, — продолжила свои размышления Селена.

— Это хорошо, что пробилось, — добавил Лис, не отрывая взгляда от берегов ручья. — Иначе всех бы нас положили.

Слова Лиса неприятно резанули: мы действительно чудом остались в живых. Если бы воля искажённых не прорвалась сквозь контроль, нас бы уже не было. Вырезали бы, как остальных в караване. И первую стрелу поймал бы я своим горлом. Неприятно осознавать, что твоя победа зависит от производственного брака в чьей-то схеме массового убийства. По спине пробежал холодок. Дав себе пять минут порефлексировать, я заставил себя переключиться обратно на вырезанные артефакты. Паника, как и роскошь, была не по нашему бюджету.

— Жан, а какая цена у этих шипов?

— Если брать официально, в церкви, то 30 лоренов за штуку.

— Насколько я помню, Арно всегда знает, где находится Гарон. А на каком расстоянии действует эта способность?

— Где-то до километра, зависит от местности и погоды… — внезапно Жан повернулся ко мне, и в его глазах зажглось понимание. — Думаешь, Джон следит за нами?

— Я уверен в этом, — на этих словах даже Лис перестал внимательно осматривать берега ручья и кинул заинтересованный взгляд на меня. — У нас их добра на 180 лоренов. Но, что важнее, мы свидетели успешного применения «Шипа подчинения (F)» на искажённых.

— А раз засада провалилась, и мы, вместо того, чтобы уйти в Конфлюан, наоборот, забираемся всё дальше в лесные дебри, значит за нами кого-то пошлют, — тихо пробормотал Жан.

Несколько сотен шагов шли молча, только журчание ручья да шум ветра в кронах деревьев нарушало тишину.

— Скорее нападут ночью, — предположил Лис. — Мы не знаем, кто снимал часовых у каравана. Возможно, это были искажённые: они обычно в сумерках видят лучше человека. А может это и кто-то из оставшейся