Черновик для Эффы 2 - Владимир Алексеевич Ильин
Являться совсем без ничего — тоже можно, если есть приставка «вон» перед именем или служишь императору. Ну или привержен идеям равенства — довольно популярным, но бесполезным. Потому как у аристократов особо не осталось ни прав, ни привилегий в мирной жизни — разве что унаследованные предприятия и сопутствующие им богатства. Но этого может добиться каждый. А вот обязанностей — тех было многовато, особенно во время войны.
В общем, лично я не видел смысла как-то нарушать необременительную традицию. Даже чуть заморочился — и вложил в подготовленный подарок немного времени и сил.
Дом, где принимал гостей граф вон Лаби, стоял близко к центру — солидная каменная махина в четыре этажа с мансардой. Лет строению было под две сотни минимум — даже проспект Печатников, на котором он находился, во времена постройки назывался иначе. «Охранный вал, южная сторона, третий дом» — так было подписано на небольшой ветхой фотографии, которую удалось раздобыть через факультет историков. Обошлась она в пять тысяч, отданные знакомому с четвертого курса — как-то пили и дрались вместе. Деньги тут же предложили пропить, но я уже спешил к студентам-художникам — пристраивать очередные пять тысяч, чтобы те за пару ночей достоверно перерисовали изображение с фотографии на более крупный формат, вставили в рамку и защитили стеклом, не забыв вставить под него и оригинал фото вместе с пояснительным текстом. Художники — тоже из числа невольных собутыльников, и тоже предложили кутить, но уже после завершения работы. Обещал подумать.
Так уж вышло, что художники — тонко чувствуют мир и поэтому привлекают девушек, историки — знают роскошные тосты и тоже привлекают девушек, а там, где прикормлено, не грех и порыбачить. В общем — хорошие ребята, никто не подвел по срокам.
Поэтому в руках, закрытое до поры подарочной бумагой, у меня было изображение дома вон Лаби двухвековой давности — о трех этажах, с совсем другими на вид зданиями-соседями. Но коридор, где я терпеливо дожидался, и кабинет графа — в то время точно существовали.
Десяти тысяч, разумеется, было жаль — но поверенный графа, когда проверял подарок и вчитался в пояснения, кивнул одобрительно.
Разумеется, ни мой подарок, ни моя просьба не были секретом для поверенного — он обязан был убедиться, что сам несложный церемониал награждения пройдет быстро и без накладок. Фактически, мою просьбу уже удовлетворили — и мэтр Агалле Лунк непременно примет меня в самом скором времени. Граф просто озвучит согласие — а дальше надо будет ждать точную дату и время от поверенного.
Гарантий, что визит к мэтру мне поможет — и контроль над внешней энергетикой как-то удастся обуздать — вообще никаких. Но хоть что-то.
На Аликсе, откуда я родом, даже предмета «внешняя энергетика» не было — от этого все проблемы. Если работа с внутренней энергетикой изрядно превосходила все, что знали местные, то «внешняя» — просто провал. Отношу это к менее энергонасыщенной оболочке у местных — ее легче повредить, поэтому внешние манипуляции на Земле имеют хоть какой-то смысл. На Аликсе единственное, что можно сделать — это швырнуть часть своей энергетики во врага, тогда будет шанс ошарашить или нанести хоть какой-то урон. Но это сродни брошенному в противника мечу и щиту — дело отчаянное. Промахнешься — считай, шансов не останется никаких. Зацепишь краем — ну, отсушишь руку, только он останется боеспособен, а ты — нет. Технику ему испортишь — тоже можно, если она не защищенная. Ну, расстроится он испорченному плееру или мобильному — так тот к следующему утру вновь станет работать. Надежнее добраться до врага в ближнем бою. Или пристрелить — это и на Земле гораздо распространённей, чем все эти внешние ухищрения.
Еще можно вывернуть внутреннюю энергетику наружу ради заранее спланированного действия — на Аликсе были такие знания. Фактически, повредить себя, нанести себе энерготравму — но, если есть много времени на подготовку, и других вариантов нет, то приходилось. Так я пытался сдавать зачеты по внешнему контролю — был выявлен, пристыжен и чуть не отправился в армию. Ладно хоть, не стали разбираться, каким образом все произошло — профессор Хорнет был уверен, что вместо меня экзамен демонстрировал сокурсник. В мои способности он «не верил» давненько — с тех пор, как стал брать взятки за допуск на следующий курс. Пришлось и дальше меланхолично откладывать деньги, чтобы профессор ставил отметки в зачетку и не замечал, что у меня вообще ничего не получается.
А я ведь всерьез стараюсь — но, видимо, для тайного переселенца с другой планеты нужна какая-то другая методика контроля. Которой, разумеется, на Земле взять неоткуда — разве что в самом деле идти на поклон к мэтрам. А у тех нет времени — судя по тому, что на мое письмо к Агалле Лунк никто не ответил. Так что вот — пытаюсь через графа, раз уж случай подвернулся.
Другой надежды нет. Да и взятки — тоже не выход. И размер вырос — вместо двадцати тысяч каждую сессию теперь профессор желал двадцать пять — каждый месяц. Да и через полгода уже никакая сумма не поможет — потому как экзамен станут принимать другие люди. А до экзамена меня профессор не допустит, так как вопросы после него появятся уже лично к нему…
В общем, удачно сложилось. Да, чуть не сдох, дважды спас мир, и — откровенно говоря — награды от графа не заслужил, так как ловушка была насторожена не на сына, а на меня лично… Но знать ему обо всем этом не надо — целее будет. И посерьезнее люди жизни потеряли — и коронованных готовились отправить на заклание.
Многие умерли — даже через неделю не по себе от того, куда впутался.
Многие остались живы — и от этого куда жутче, потому как виновные дышат, радуются чистому небу и — пусть даже придавлены весом совершенных ошибок — обо мне помнят. Значит, надо становиться зубастее.
Внешний контроль — и то, что на Земле с ним придумали делать — может с этим помочь. Можно, конечно, раздобыть пистолет, носить нож и газовый баллон — но обычно проблемы бьют по затылку до того, как за ними потянешься. Надо самому стать оружием.
Или укатываться куда подальше. Тоже — вариант, но принять его можно и позже. Никто из участников произошедшего не узнал, что переходить между мирами я могу только с портальных площадок — пользуясь откровенно