Губернатор мусорного острова 3 - Дмитрий Яковлевич Парсиев

— А давайте сходим, — решил я, — Посмотрим, чем кормится буржуйская номенклатура.

Мы вместе вышли из приемной, направившись по коридору. Идя рядом со мной, Ксюша застенчиво улыбалась. Похоже, нравятся ей статусные мужчины.

Как оказалось, буфет располагался не на первом этаже, как это бывает естественным для буфета в публичном заведении, а на третьем, очевидно, чтобы посетитель с улицы в него не попал. Буфет было шикарен и по уровню обслуживания тянул на хороший ресторан.

Как только мы вошли, сидящие за столиками люди повернули головы в мою сторону. Слово: «здравствуйте» — разноголосицей зазвучало по всему залу. Все перестали есть и замерли, уставившись на меня.

— Здравствуйте, — произнес я громко и в шутку добавил, — Вольно.

Судя по напряженным спинам работников, шутка не зашла. Никто не расслабился и даже не улыбнулся.

— Послушайте все, — я понял, что должен объясниться перед коллективом, — Тем из вас, кто честно делает работу и не ворует, бояться нечего. Скорее наоборот, людей ответственных и исполнительных может ждать повышение. Ну а у кого рыльце в пуху, не обессудьте. Одно только могу гарантировать, кто добровольно напишет заявление об уходе, того преследовать не буду.

В зале стало так тихо, что стало слышно жужжание мухи, бьющейся о стекло. Я пожал плечами и начал озираться, выискивая свободный столик. Ко мне сразу подскочила официантка.

— Здравствуйте, Вик. Позвольте проводить вас к вашему столику.

У меня оказывается здесь есть собственный столик, разумеется, на лучшем месте у окна. Мы с Ксюшей Витальевной уселись. Официантка положила перед нами меню.

Что сказать, хорошо устроились слуги народа. В так называемом буфете подают все, чего душа пожелает: от закусок до десертов. Список горячих блюд на одной странице не поместился. И это называется буфет! Наверно потому, что цены здесь далеко не ресторанные. Едва ли не дешевле, чем в Кусиной столовке.

Ксюша Витальевна заказала себе что-то диетическое, вегетарианское, а я попросил кофе. Сомневаюсь, что в горло кусок полезет, когда тебя окружает столько напряженных хмурых людей. Ну да, у них есть повод для напряга. После увольнения они ресторанную жратву нигде не получат по столовским ценам.

Увидев, что я ничего не ем, Ксюша Витальевна осторожно отодвинула от себя свою тарелку.

— Вот что, Ксюша Витальевна, — я решительно поднялся из-за стола, — Обедайте спокойно.

— А вы?

— Мне правда надо бежать. Оставляю вас за старшую.

Расплатившись за кофе, вышел из буфета, чувствуя спиной множество колючих взглядов. Я понимаю, что выбил всех этих людей из зоны комфорта, но они сами виноваты. Даже те, которые не воровали, прекрасно знали, что другие воруют, однако продолжали оставаться в этой гнилой системе. Не возмущались, не протестовали, не пытались ничего изменить. Их все устраивало: тихо сидели на своем месте… зарплатку хорошую получали… в буфетике отоваривались… все ребята, халява финишт.

— Куда? — спросил Малой, когда я сел к нему в машину.

— Судакская бухта.

Малой молча вывел машину с парковки.

— Слушай, Малой. Мне ведь, наверно, полагается по штату шофер с машиной, — сказал я, — Могу поставить тебя на довольствие от мэрии.

— Санни Красный хорошо платит. Меня все устраивает, — отказался Малой.

Пожалуй, мне надо поговорить с самим Санни. Он из деликатности этой темы не поднимет, однако получается, что я катаюсь за его счет. При этом меня устраивает Малой, я бы не хотел брать другого шофера.

Дорога до Судакской бухты заняла немногим больше часа. Малой ездит не так агрессивно как Бенджи, но педальку в пол топить тоже не стесняется. Он остановил свой Дженерал Моторс перед пунктом пограничного досмотра.

— Малой, думаю, тебе не обязательно пересекать границу. Жди меня здесь, — решил я.

Малой промолчал. Я вышел из машины и направился к британскому офицеру, стоящему у шлагбаума. Формальности много времени не заняли. Меня быстро пропустили за шлагбаум. Пройдя пятьдесят метров дальше по дороге, подошел к другому шлагбауму уже с японским офицером. Процедура повторилась зеркально быстро. Разница лишь в том, что британец был белокожим и в зелёной каске, а японец — смуглым и в синей каске.

— Все в порядке, — японский пограничник вернул мне паспорт, — Можете проходить.

— Мне сказали, у вас инструкции для меня, — напомнил я, — Господин Минамото должен был оставить.

— Так и есть, — важно кивнул офицер, — Пройдите в здание.

В здании меня в самом деле ждали, но никаких инструкций не выдали. Ко мне приставили бойца, который повез меня дальше по дороге на Ниссане внедорожнике пятнистой военной расцветки. Боец по-русски не говорил, поэтому никаких подробностей выудить из него не удалось.

Впрочем, поездка заняла всего несколько минут. Боец припарковал Ниссан у неприметного одинокостоящего одноэтажного небольшого строения. Я еще по дороге заметил, что на побережье Судакской бухты совсем нет жилых домов, ни на британской стороне, ни на японской. Видимо, пограничная зона подразумевает режим запрета на проживание в ней.

Боец что-то прокаркал по-японски и жестом показал, что мне нужно идти в здание. Как только вышел из машины, боец сразу уехал. Вдохнул морской чистый воздух. Здесь совсем не пахло свалкой. Пограничную зону между британской и японской сферами влияния освободили от загаживания мусором.

Сделал несколько глубоких вдохов чистого морского бриза и вошел в здание, сразу попав в большую комнату, заставленную аквалангами. На стенах на крючках за капюшоны были подвешены эластичные костюмы, в углу навалена целая гора блестящих черных ласт.

— Есть тут кто? — громко вопросил я.

Из смежной комнаты вышел очень крупный, очень грузный японец высокого роста, похожий на борца сумоиста. Мне доводилось видеть по телевизору борцов Сумо, но я почему-то считал, что они должны быть малорослыми. Этот был, пожалуй, ростом за метр девяносто.

— Хироси, — сообщил он.

— Херас-се — эхом отозвался я.

— Хироси, — настоял японец и добавил на приличном русском, — В переводе с японского означает широкий, обширный…

— А-а… рад знакомству, Вик. В переводе с латинского означает победитель.

— Очень хорошее имя, — одобрил Хироси, — Победитель — тот, кто нужен. Другой с миссией не справится.

— Спасибо… на добром слове… — я покривился, — Будьте так добры, Хироси, объясните, в чем сложность моей предстоящей миссии?

— Господин Минамото вам не объяснил? — удивился сумоист.

— Как-то не удосужился.

— Мне никаких инструкций на этот счет не оставили. Моя