Выбор - Сергей Баранников

Это был старый дом в пять этажей с широкой лестницей. Такие уже давно не строят, экономя пространство. Но что удивительно, в подъезде было темно. Неужели специально выкрутили лампочки, и ждут меня? Я замер на пороге и с облегчением выдохнул, когда услышал голос Малиновского парой этажей выше.

— Как они тут живут вообще? — раздосадовано произнёс Эд, видимо, споткнувшись на ступеньках. — Темнота такая, что можно и ноги сломать. И это центр крупного города! Боюсь представить, что творится в городишках поменьше.

Где-то сверху послышался звон ключей, прохрустел механизм замка, а петли жалобно запищали.

— Нужно смазать дверь, — прохрипел неприятный голос незнакомца. — Лишние звуки в нашем деле ни к чему. Не стоило скупиться, и брать квартиру в таком состоянии. Мелочи имеют важное значение.

— Не учи меня жить, а выполняй свою работу! — одёрнул его Эд. — Я плачу тебе деньги не за то, что ты будешь ныть по каждому поводу.

— Я ведь могу и расторгнуть наш контракт, — пригрозил мужчина таким тоном, от которого мне стало не по себе.

— И наживёшь себе врага в лице семьи Малиновских, — слова Эдуарда звучали, как неприкрытая угроза. — Подумай, нужно ли это тебе.

— Я плевать хотел на вашу семью, — заявил мужчина. — Думаешь, вы настолько сильны, чтобы всерьёз мне угрожать? Если бы я боялся каждой семьи аристо, которые будут проявлять своё недовольство, уже давно завязал бы со своей профессией.

— Подумай о своей репутации, — включил заднюю Эд.

— У меня превосходная репутация, которую тебе никак не испортить, мальчишка, — заявил мужчина. — Любой в Москве знает — если хочешь, чтобы дело было сделано качественно, нужно обращаться ко мне.

Вот что! Малиновский притащил этого человека с собой из Москвы. Интересно, зачем?

Дверь за ними захлопнулась, а я так и не услышал продолжение их разговора. Наплевав на опасность, я молниеносно вбежал вверх по ступенькам и попытался понять за какой дверью скрылись эти двое. На втором этаже все двери выглядели прилично. Может, мне нужно на третий?

Я поднялся наверх и осмотрелся, но тут дверь внизу распахнулась. Предчувствие заставило меня вжаться в стену и задержать дыхание.

— Я хочу посмотреть место работы. Ты мне там не нужен, будешь только мешаться под ногами и следить.

— Я настаиваю! — едва не взвизгнул Эд.

То, с каким пренебрежением незнакомец разговаривал с Малиновским, говорило о его силе. Эдуард очень болезненно воспринимает любое проявление неуважения к себе и положению в обществе, которое занимает их семья, а незнакомец наверняка об этом осведомлён, но нисколько не боится последствий.

К моему удивлению, они направились на крышу, а мне пришлось выбраться из окна подъезда и повиснуть на водосточной трубе, чтобы не попасться им на глаза. Что можно делать на крыше? Явно не любоваться окрестным видом. Отсюда открывается обзор на городскую управу. Но что они затеяли? Хотят шпионить за Брюсовым? Похоже, кому-то в Москве хочется перемен в нашем городе, и для этого они готовы приложить огромные усилия. Я просто обязан разузнать что затевает этот негодяй. Не сказать, что я сильно симпатизирую Брюсову, от их семейства в своё время я натерпелся, но вынужден признать, что градоначальник он толковый. Да и человек оказался порядочный. А вот Малиновский — ещё тот мерзавец. Отъявленный негодяй. Именно поэтому у меня особый стимул спутать его планы.

Осторожно, стараясь не издавать шума, я подкрался к ведущей на лестницу крыше и забрался наверх. Малиновский с незнакомцем стояли совсем недалеко от спуска, поэтому мне пришлось пригнуться, чтобы не оказаться замеченным.

Если Эд активирует видение Жизни, наверняка заметит, потому как я нахожусь всего метрах в пяти от него, и только укрытие за бетонной стеной обеспечивает мне безопасность.

Я мог видеть его со спины и слышать практически каждое слово. Только ветер мешал услышать всё как следует.

— Хватит этих детских игр, — процедил Малиновский, глядя куда-то вниз с крыши. — Нужно кардинально решать проблему с Гросс. Ты займёшь позицию здесь и выстрелишь, когда цель будет в поле зрения.

— Припугнуть, или…

— Пугать уже поздно, — отрезал Эд, покачал головой. — Гросс уже закрепился в Москве. Попытки поджечь его гостиницу не увенчались успехом, гостевые домики на Москве-реке пользуются спросом. Если не остановить его, через пару лет он станет слишком силён. Нужно решать проблему сейчас, пока Потёмкины отвернулись от них, и ряды союзников поредели.

Кажется, я даже знаю в чём причина раздора между Гросс и Потёмкиными. Последние наверняка рассчитывали на свадьбу их детей, но планы изменились, и теперь они чувствуют себя оскорблёнными. Наверняка Элина не согласилась на роль безропотной мышки рядом с гулякой Яриком, и решила пробивать дорогу самостоятельно. Вот только сделать это не так просто, как может показаться на первый взгляд. Влияние находится в руках сильнейших, а в Москве иметь вес совсем непросто. Без покровителей закрепиться там практически невозможно, я уже не говорю о том, чтобы самому войти в число равных.

— От меня требуют решительных действий, — заявил Малиновский. — Я не имею права оступиться, иначе моя семья останется без поддержки.

Вот оно что! На балу мне объясняли, что Малиновский сам по себе ничего не решает, а вся власть находится в руках совсем другого человека, который остаётся в тени. Если Эд не справится, Троекуровы найдут другого исполнителя. Это уже не молодецкие забавы, и не выяснение отношений. Всё куда серьёзнее. Это суровая взрослая жизнь. И Мокроусов ввязался в эту паучью сеть! Мне стало даже жаль Артёма, потому как он совсем не понимает как быть и как защитить семью.

Малиновский развернулся, а мне пришлось прижаться к стене и позабыть о том, чтобы следить за ним. Пришлось даже дыхание задержать, чтобы не выдать себя. Я тихо спустился вниз и направился к выходу. Всё, что следовало услышать, я уже услышал. Какой шанс, что идя по городу, я встречу Малиновского и его подельника? Какой шанс, что я решу идти до конца и проследить за ним? Нет, мне сегодня определённо повезло. Надеюсь, Артём оценит моё везение, потому как информация напрямую касается его и семьи.

Я не стал ждать, пока эта парочка спустится с крыши, а припустил прочь. Причём, намеренно выбрал направление, противоположное тому месту, куда был направлен взгляд этих негодяев. Не хватало, чтобы они меня заметили.

Стоило мне свернуть за стены близстоящих домов, зазвонил телефон. Лера! Я машинально поднял трубку и