Попаданец в поисках смысла - 3 - Тампио
— Что произошло, Айвор? До меня дошли мерзкие слухи, в которые невозможно поверить! — сходу начала аристократка.
— Те слухи родились в голове Марша Камбиза. Ему майор Вотун поручил следить за посещаемостью занятий, а я отсутствовал вчера по уважительной причине. Вот только излагать её одногруппнику не хотелось.
— И что же произошло такого, что никому знать не следует? — заинтригованная девушка даже чуть придвинулась.
— Позавчера я посетил смотровую площадку небоскрёба корпорации «Арасара».
— Ох! — Мелира по-детски прикрыла ладошкой рот. — В тот самый момент?
— В тот самый. Теперь ты понимаешь, что мне совершенно не хотелось рассказывать об этом?
— Понимаю. Ты не хочешь известности. А я ещё думала, почему ты не имеешь аккаунты в социальных сетях.
— На днях зарегистрировался в одной. Но ты права, такого рода вещи меня не привлекают.
— Это важная часть нашего общества, Айвор! Не иметь ни одного аккаунта — очень подозрительно и непонятно. Очень хорошо, что ты это осознал и пытаешься измениться. Теперь о случившемся. Это правда, что пишут средства массовой информации?
— В целом, да. Но что они поведают вечером или завтра — не знаю.
— Хочешь сказать, что кто-то попытается соврать? Зачем?
— Ты же сама спросила: «Правда, что пишут?»
— Это просто фигура речи… Хорошо, ты можешь рассказать, что случилось?
— Я могу рассказать, что я видел. А видел я мало, так как все были уложены носом в пол, а кто активно сопротивлялся, получал пулю. Прямо рядом со мной убили парня примерно моего возраста.
— Это ужасно! Почему террористы убивали детей?
— Не знаю. Видимая причина в том, что дети плакали, а террористы требовали тишину.
— Значит, всё правда… — то ли спрашивая, то ли утверждая, произнесла Мелира. — Конечно, это твоя жизнь, но я не стала бы скрывать причину своего отсутствия в Академии. Излишняя скромность редко приводит к добру, потому что всегда оставляет место для недомолвок. Сегодня ты умолчал об одном, и одногруппники уже придумывают мерзости. Завтра ты опять умолчишь, и слухи укрепятся. Через два дня опять молчание, и тебе будет уже не отмыться. И всё это повлияет на твою репутацию, когда пойдёшь служить в космофлот. А там никто не станет разбираться, где правда. Подумай над этим, Айвор!
Мелира ушла, а я остался сидеть на скамейке. Да, она права. Моё желание жить спокойно и не высовываться сослужило мне плохую службу. Я переиграл сам себя, и чтобы вернуться на прежнюю позицию, придётся приложить усилие. Более того, всё это бросило тень и на род Кэл’Вринов, хотя девушка мне это прямо и не сказала. А я ведь серьёзно подвёл её.
*Дзинь! *
Пришло сообщение от майора госбезопасности с приказом прибыть в его кабинет. Делать нечего, встаю и иду…
— Садись, курсант, времени мало. Пришёл документ из городской службы правопорядка, что ты позавчера был на той самой смотровой площадке. Так?
— Да, был.
— Хорошо! Это очень хорошо! После третьей пары будет общее построение. Думаю, что тебе следует выступить.
— Перед всеми? — не веря своим ушам, спросил я.
— Нет, только передо мной… Конечно, перед всеми! Теперь понимаешь, чем тебе сейчас следует заняться?
— Нет, дядя Шмиден.
— Так… Сейчас говорим лишь о деле, а оно важное. Садись вон за тот стол и начинай составлять речь. Не очень длинную, чтобы курсанты не заскучали. Самое важное — в ней должна звучать искренняя благодарность спецслужбам, которые спасли сотни людей от неминуемой гибели. Понял? Иди.
— Извините, господин майор государственной безопасности, но у меня скоро начнётся третья пара.
— Ты не понял, Камадос! Ты сейчас выполняешь моё указание! Причём здесь твоя пара?
— Но я и так пропустил целый день, а ещё и сегодня…
— Быстро за стол!
Что писать о самом событии, было понятно и так, а вот благодарственные слова спецслужбам у меня не получались. Пришлось призвать на помощь Инну, которая быстро состряпала следующее:
«Позвольте выразить искреннюю и глубокую благодарность сотрудникам спецслужб за проведённую операцию по предотвращению террористического акта на смотровой площадке небоскрёба корпорации ‘Арасара’. Благодаря их профессионализму и мужеству удалось избежать страшной трагедии, и спасти множество человеческих жизней. Они действовали чётко, слаженно и оперативно в условиях, требующих максимальной концентрации и самоотдачи. Каждый миг в той страшной ситуации был использован с наилучшей эффективностью.
За продемонстрированным внешним спокойствием и уверенностью стоят годы тренировок и постоянная готовность к действию. Это не просто профессия, а призвание, требующее особой внутренней стойкости. Благодаря усилиям служб охране правопорядка наши города могут чувствовать себя в безопасности, а люди — спокойно идти по своим делам, не опасаясь угроз. Спасибо за то, что такие надёжные люди стоят на страже нашего государства!»
— Неплохо, неплохо, — Данк Шмиден изволил принять радушное состояние. — Конечно, чувствуется неопытность и некоторая наивность, но это даже к лучшему, поскольку никто не скажет, что такой текст является результатом государственной пропаганды. Вот только тут надо изменить пару предложений, а тут поправить формулировку… — и майор продиктовал свои варианты. — Я извещу кого надо о твоём деле, так что если кто станет задавать вопросы, отправляй сразу ко мне. Дядюшка Шмиден научит их уму-разуму. Свободен! В виде поощрения можешь на последнюю лекцию не ходить… Но тогда не болтайся по коридорам.
Хотя идти на лекцию действительно не было никакого смысла, но зачем лишний раз дразнить гусей? Да и предмет «История космических войн» не самый скучный.
Дождавшись перемены, я поднялся на шестой этаж и под недовольными взглядами одногруппников прошёл в учебный класс, доложившись преподавателю, что выполнял распоряжение майора Шмидена. Как я и ожидал, никаких расспросов не последовало. Оно и понятно.
Торжественное построение действительно оказалось торжественным. С речами выступили многие члены администрации академии, грозя всеми карами террористам, желающим подорвать доверие подданных к своему королю. Произносимые слова были написаны как под копирку, и курсанты слушали их с заметным безразличием.
Затем госбезопасник с нескрываемой радостью поведал, что на той злополучной смотровой площадке был курсант нашей Академии,