Главный инженер 8 - Вадим Фарг
— Журнал должен быть доступен дежурному, а не лежать у меня в телефоне, — напомнила она. — Я подготовлю отдельный доступ, но мне нужно время.
— Не торопи события, — хмыкнул я. — Да, ты права, такой журнал должен у нас быть. И насколько я помню, он уже имеется. Но пока что ничего сверхсрочного от тебя никто не требует. Сейчас мы работаем в том же режиме, что и раньше.
Митяй почесал щетинистую щёку и устроился поудобнее.
— Хорошо, с ночными звонками ясно. А на объекте с нами считаться будут? Или ты договоришься с важными людьми, а нам потом объяснят, что мы должны были закончить ещё вчера?
— Сначала вы оцениваете работу, потом я называю срок. Если заказчику не подходит, ищем другой вариант или отказываемся. Классика, можно сказать.
— Ты это при них тоже упомяни, — попросил Митяй. — А то здесь мы все понимающие, а там я один с начальником поспорю и снова останусь крайним, да ещё идиотом будут кличить.
— Ну будут. Только и ты начинай не с того, что у него всё через задницу, даже если мнение обоснованное.
Митяй усмехнулся, а Слава тихо фыркнул рядом с ним.
— Я всегда сначала смотрю, — возразил Митяй. — Просто там иногда смотреть по факту не на что.
— Вот после осмотра и звони, прежде чем знакомить заказчика с выводами.
Напряжение немного спало, но собрание на этом не закончилось. Степаныч постучал кепкой по колену, привлекая внимание.
— Насчёт больших объектов я ничего против не имею. Только не хочу опять работать ради какой-то бумажки. Мастер вечером сидит, отчёт сочиняет, а на ремонт ему времени не осталось. Здесь такого пока не было, и хорошо бы не начинать.
— Отчёт должен подтверждать работу, а не заменять её. Если новые формы мешают, разбираем и убираем лишнее. Но фотографии скрытых работ всё равно нужны, ты сам знаешь зачем.
— Знаю, я не против фотографий. Я против того, чтобы одну гайку в пяти местах описывать.
Рита молча подняла ладонь, показывая, что замечание принято. Михалыч тут же продолжил:
— А кто принимает решение на новом объекте? Если меня зовут отвечать за качество, я должен иметь право сказать, что работа не принимается. Даже если заказчик твой будущий партнёр.
— Это право у тебя остаётся. Если наши деловые отношения зависят от того, подпишешься ли ты под плохой работой, значит, с такими отношениями что-то не так.
— Запиши потом, — попросил Михалыч. — Не для красоты, чтобы я мог показать, когда кто-нибудь начнёт торопить.
Влад дождался паузы и покачал головой.
— Вы уже приёмку обсуждаете, а людей кто даст? На базу нужны специалисты, у нас и без неё график плотный. Сначала посчитаем, кого можем выделить, потом будем обещать обслуживание.
— Согласен. Если появятся новые объекты, начнём с обследования и расчёта нагрузки. Никаких договоров на всё сразу.
— И кто останется на районе? — вмешался Слава. — Постоянные клиенты не исчезнут, если мы получим что-то крупнее. Им всё равно, сколько у нас новых корпусов, у них розетка искрит.
— Районные выезды сохраняем. Забрать всех на один большой заказ не получится, и я не собираюсь. Расширение должно оплачиваться так, чтобы мы могли нанять людей, а не выжать все силы из вас.
Маша некоторое время молчала, разглядывая свои руки, потом всё-таки подняла голову.
— А стажёры вам тогда нужны будут? Если придут готовые мастера, нас куда?
— Туда же, где учились. Новые специалисты не причина выгонять тех, кого уже взяли.
— Мне просто раньше говорили: учись, работа будет. А потом оказалось, что проще другого найти, — объяснила она и пожала плечами. — Я поэтому спрашиваю.
— Понимаю. По твоей работе замечания есть, но они не означают, что мы ищем тебе замену. Испытательный срок оцениваем по тому, как ты работаешь, а не по тому, кто ещё пришёл на собеседование.
Лёша посмотрел на Степаныча.
— А меня с ним оставят? Я привык уже, знаю, когда спрашивать можно. Если меня теперь на большой объект отправят, я там половины не пойму.
— Ты и у меня пока половины не понимаешь, — проворчал Степаныч, но без раздражения. — Потому и спрашивать надо сразу, а не выбирать подходящий момент.
— Учиться продолжишь у Степаныча, — сказал я. — Переходов без разговора не будет. Это ко всем относится, не только к стажёрам.
Глеб всё это время сидел, сцепив руки. Один раз он будто собрался что-то сказать, но передумал. Я не стал вытягивать из него обещание стать паинькой, он и так чуть ли не заикался, что порой начинало раздражать. Но сейчас гораздо полезнее было сохранить переписку с куратором и не отправить туда ещё что-нибудь от испуга.
Часть вопросов пришлось записать. Я не знал, как будет выглядеть график через месяц, и не мог сходу назвать человека, который подменит Влада на сложном выезде. Рита предложила отдельно пройтись по дежурствам, Михалыч попросил сначала принести ему список предполагаемых работ. Никто не заговорил о том, что мы теперь одна семья и всё преодолеем. Люди хотели понимать, когда вернутся домой и за что будут отвечать. Вполне нормальные требования к работодателю, который вдруг решил заняться чужой строительной группой.
— По деньгам ещё раз уточню, — сказал я, когда разговор начал возвращаться к уже обсуждённому. — Зарплаты и закупки не зависят от того, договорюсь я с Умяровым или нет. Личные расходы оплачиваю сам. Отдельную работу по документам сначала обсуждаю с нужным мне человеком, а не добавляю вам к вечеру под видом небольшой просьбы.
— Вот последнее запомните, — Рита посмотрела на меня поверх блокнота. — У вас иногда небольшая просьба занимает полдня.
— Поэтому и говорю при свидетелях, чтобы ты могла напомнить.
Она чуть улыбнулась, но запись сделала. Правильно, на память руководителя в таких вопросах лучше не надеяться.
— И ещё хотел предложить, — продолжил я. — Давайте вечером снова у гаража соберёмся с семьями. Посидим, мясо пожарим, если погода не испортится.
— Это продолжение собрания? — осторожно спросил Слава.
— Нет, про сделки говорить не будем. И явка свободная, Рита не будет составлять список отсутствующих.
— Я бы и не стала, у меня других списков хватает, — отозвалась она.
— Тогда Наде скажу, — Митяй достал телефон. — Только время точное назови, а то она сейчас разойдётся с готовкой, а