Второй Шанс Старого Рокера 3 - Денис Стародубцев
Он стряхнул пепел мимо пепельницы.
— И знаешь, чем это кончится? Меня закроют. Опечатают помещение, и через полгода тут откроют «Пятёрочку». Вот прямо тут, где ты сидишь, будут стоять стеллажи с макаронами.
Бух!
Он ударил кулаком по столу и посмотрел мне в глаза.
— Вы мне нравитесь, ребята, — сказал он. — Вот честно, без всякого. У меня вчера было сто двадцать человек! Сто двадцать! Я такой выручки с января не видел. Бармен за вечер сделал три нормы. Я вчера, когда кассу считал, сидел и думал, что вас надо не на субботу ставить, а на все выходные.
— А сегодня? Планы поменялись?
— А сегодня я говорю тебе, что у меня в клубе вы больше выступать не будете, — сказал он.
Ну вот, примерно такого окончания разговора я и ожидал.
Я сидел и просто молчал. Не было смысла что-то говорить.
— Ты знаешь, какие у него связи? — сказал он. — Я тебе вчера говорил же, что у него отец в администрации города не самый последний человек.
— Ну, может, расскажешь тогда про этого Артура и его семью поподробнее? — спросил я.
Он замер.
— Зачем тебе? — спросил администратор.
— Чтобы понимать, с кем я имею дело, — спокойно ответил я.
— Коля… — он покачал головой. — Ты, по-моему, ни хрена не понимаешь. Не буду я тебе ничего говорить.
— Почему? — теперь была моя очередь задавать вопросы.
— Потому что я и так тебе уже много сказал, — он отвернулся к окну. — Слишком много. В общем, тема закрыта. Я и так не должен был тебе что-то говорить. Понимаю, что мне ещё как-то людям объяснять, почему их любимых Иксов больше в клубе не будет.
Я смотрел на него ещё секунд пять и понял, что дожимать было бессмысленно, пора идти.
— Понял, — сказал я. — Сам решу тогда.
— Да уж, решай… — пробубнил он. — И не обижайся, это бизнес.
— Не обижаюсь, — сказал я и поднялся со своего места.
— Правда, не обижайся, — он тоже встал. — Я бы с вами работал и дальше… Если это всё как-то рассосётся, я сам позвоню.
Я улыбнулся, да и всё. По сути, его тоже можно было понять. Поэтому смысла бодаться дальше не было.
Когда я уже практически дошёл до двери, он меня окликнул:
— Коля…
Я остановился, слегка обернувшись.
— Удачи тебе… — неуверенно сказал он.
— Спасибо! — коротко ответил я, никак больше не отреагировав.
Именно это его и удивило.
— Нет, ты точно ничего не понимаешь, — он покачал головой. — Она тебе очень пригодится.
— Это ещё почему? — спросил я с лёгким удивлением.
Он помолчал немного, а потом продолжил:
— У нас тут своя тусовка, — сказал он. — Все, кто клубами занимается в городе. Нас немного… Общий чат, созваниваемся, если кто кого кинул — все знают. Ну, обычное дело.
— И-и-и? — протянул я.
— Вы больше нигде в этом городе выступить не сможете… — сказал он нехотя. Было видно, что он сам до конца не уверен, стоило ли вообще открывать свой рот.
— Прямо-таки нигде? — я решил уточнить этот вопрос более детально.
— Нигде… — администратор тяжело выдохнул. — Все площадки внесли вас в чёрный список.
Он взял со стола пачку и вытащил ещё одну сигарету.
— Поэтому удачи вам… — сказал он. — И мой совет: ищите этого Артура и умоляйте, чтобы он вас простил. Другого способа решить вопрос нет.
— Посмотрим, — сказал я.
На улицу я вышел и не пошёл к метро. Решил прогуляться пешком просто вдоль домов, без всякой цели. В таких случаях, когда нужно подумать, это было намного лучше, чем сидеть где-то. Мысль идёт, только когда ноги двигаются.
Солнце уже разошлось, лужи подсохли, и во дворах было полно народу. Бабки на лавках, мужик с ведром у машины, мелкие на площадке.
Итак, что мы имеем.
Все площадки этого города закрыты для нас по одному звонку человека, которому я вчера сломал нос. Если, конечно, верить словам администратора. Можно ли как-то решить этот вопрос? Да, но это займёт какое-то время. Чем нам заняться на данный момент? Очевидно! Записью своей первой песни.
Пока мы играли по клубам, мы существовали только для тех, кто физически пришёл в этот подвал на Молодёжном. А записанная песня не имеет потолка. Её можно выложить в интернет, и там нас уже вряд ли кто-то сможет поставить в чёрный список. И самое смешное: именно сегодня, именно в тот день, когда нас выкинули со всех площадок города, у нас появилась такая возможность.
Проблема по факту была одна… Этот… как его там… Артур…
Я в прошлой жизни имел дело с людьми, рядом с которыми этот мальчик — просто воспитанный юноша. В девяностых к нам в гримёрку как-то зашли трое, и один из них положил на стол пистолет. Потом сказал, что мы теперь работаем только через них. Мы тогда месяц жили по чужим квартирам, но вопрос решили. А тут мальчик в очках без диоптрий… так что разберёмся. Есть методы.
Я посмотрел на часы и понял, что нужно быстрее приехать в гараж и пообщаться с моими, а потом поехать к Гоги. Главное — не опоздать, а то появится ещё одна проблема.
В гараже мы договорились встретиться в десять, и ровно в это время все уже были на месте. Вика сидела на своём ящике и держала футляр на коленях, Рэм стоял у барабанов, а Дэн занял место у стены. Аня пришла последней и села рядом с Викой. Я закрыл дверь и начал без вступления:
— Итак, новость дня: нас убрали из клуба, — сказал я.
Тишина.
— Как убрали? — не понял Рэм. — Мы же вчера зажгли!
— А вот так! Совсем убрали, — сказал я. — В субботу мы не играем, и через субботу тоже. Да и вообще, больше мы там не выступаем. Забудьте.
— Но они же… — Вика выпрямилась. — Нам же вчера заплатили и сказали: «до следующей недели»… Как же так?
— Вчера сказал так, — согласился я. — А сегодня в семь утра сказали иначе.
Я