Попаданец в поисках смысла - 5 - Тампио
— Понимаю, — со вздохом ответил я.
— Вот и хорошо! Но это не значит, что я не постараюсь снять твоё напряжение, — и рука Ранны потянулась вниз.
[Строго говоря, девственность — это отсутствие полового опыта в любом виде, поэтому…]
~ Заткнись, Инна!
Из спальни мы вышли через час, поскольку после помощи Ранны уже мне пришлось помогать ей. Так что напряжение оказалось снятым у обоих. А вот Касси упорно прикидывалась, будто не заметила, что Ранна была у меня.
«Теперь понятно, о чём они поздно вечером разговаривали!»
[И это правильно! Я сама тебе об этом не раз говорила.]
Пока девушки многозначительно переглядывались, я направился делать всем кофе, хотя думаю, что мы и без него неплохо себя чувствуем.
— Айвор, — Касси, наконец, обратила на меня внимание, — Тедорий намекнул, что если у тебя имеются ещё стихи в подобном стиле, то сразу посылай ему.
— В каком стиле? — на всякий случай спросил я. — И почему он сам мне не написал?
— По поводу стиля он не уточнял, а почему не написал? Когда увидитесь, то сам и спроси.
— Больно мне надо просить у принца крови отчёта в его действиях! — фыркнул я.
— Вот и молодец! — удовлетворённо кивнула молодая женщина. — Начинаешь постигать дворцовый этикет.
— Можно подумать, что ты его постигла!
— А у меня ты не постеснялся спросить… Нехорошо! — погрозила пальчиком Касси, чего я за ней ранее не замечал.
[Она начинает потихоньку меняться.]
— Мелира тебе писала? — решил я перевести разговор на другую тему.
— Почему ты сам ей не напишешь?
— Касси, я просто так спросил.
— Нет, не писала, Айвор. Да не переживай ты так! Ничего этакого не случится. Возможно, у отца проблемы с соседями или ещё что. Мне самой он иногда кажется излишне отстранённым даже от членов семьи. Ты же знаешь, как он трепетно относится к традициям, а герцоги в те давние времена могли и с жёнами месяцами не общаться, демонстрируя свою важность.
— Те времена давно прошли, — ответил я и заметил, как Ранна благословенно улыбнулась. — Нельзя жить устаревшими представлениями, какими бы правильными они ни казались когда-то.
— Ты и сам иногда не соответствуешь образу современного парня, — не осталась в долгу Касси. — За это мы все тебя и любим, правда, Ранна?
— Ещё как любим! Кое в чём его подправить, где-то сгладить углы и…
— Ранна, — поднял я руку, — Мне пришлось об этом сказать Мелире, поэтому скажу и тебе: да, я понимаю, что веду себя иногда странно, не так, как многие, но меняться желания не имею. Если что-то во мне не так, просто скажи, и если соглашусь, то постараюсь поступать иначе. И я, соответственно, не собираюсь никого исправлять, поскольку или я принимаю людей такими, каковы они есть, или не принимаю вообще. Подозреваю, что у тебя с Мелирой имеются некоторые различия в понимании того, каким должен быть идеальный парень. И если каждая из вас начнёт подтягивать меня под своё представления, то… То будет плохо.
Ранна выкинула бровь и открыла рот, чтобы возмущённо ответить, но Касси опередила:
— Тебе надо было сказать это пораньше, но и лучше позже, чем поздно. А так, да, ты прав. Так ведь, Ранна?
— Прав, — не слишком уверенным голосом ответила девушка…
Касси снова уехала, не сказав куда, хотя и так было понятно, а я с Ранной опять занялся обнимашками-целовашками, пока не наступило вечернее время, и не пришлось собираться в «Логово».
Владельцы клуба решили повысить его статус и за короткое время осуществили значительные изменения в его интерьере. Но первое, на что я обратил внимание, — музыка била по ушам настолько сильно, что говорящих за пять шагов не было слышно. Одногруппников пришло немало, — отсутствовали лишь те, кто имел стеснённость в средствах, — и каждый разоделся так, будто сегодня последний день их жизни. Впрочем, модно одеты почти все присутствующие, а многие девушки имели настолько лёгкие одеяния, что те больше походили на ночнушки.
Платье Ранны из ткани, меняющей цвет в зависимости от температуры тела, переливалось от тёмно‑синего к золотистому, и сама она выглядела так, словно только что сошла с обложки модного журнала. Девушка заметила мой очередной восхищённый взгляд и слегка приподняла бровь, будто спрашивая: «Ну и что мы тут стоим?»
Я втиснулся в толпу у стойки, пытаясь поймать взгляд миксолога — того самого, про которого успел узнать, что он смешивает напитки с добавлением редких эссенций. Вокруг мелькали световые узоры, вспыхивающие в такт басам: они скользили по коже, как холодные пальцы, и на мгновение казалось, что воздух заряжен электричеством.
В углу зала на возвышении кружились танцовщицы в полупрозрачных накидках, переливающихся всеми оттенками фиолетового