Лекарь Фамильяров. Том 10 - Александр Лиманский

Я постоял, глядя на это окно, сколько позволила гордость.

Потом я поднял воротник и пошёл домой. Завтра предстоял хозяйственный бой, а они, вопреки репутации, выматывают не меньше настоящих.

* * *

Субботнее утро мы с Ксюшей встретили в мебельных рядах на оптовой базе, и уже через час я понял, что моя роль в этой экспедиции сугубо транспортная.

Командовала Ксюша. У неё был планшет со списком, в нём артикулы, размеры и потолки цен, и двигалась она между стеллажами с целеустремлённостью торпеды. Я шёл следом и носил.

— Кушетка смотровая, каркас металл, покрытие моющееся, — оглашала она у стенда. — По прайсу двенадцать. Двенадцать за это? Тут шов кривой по всей боковине. Десять пятьсот, и мы берём две.

— Девушка, у нас фиксированные…

— А у вас на сайте акция «вторая позиция минус пятнадцать», я скриншот сделала. Десять пятьсот.

Продавец посмотрел на скриншот, на Ксюшу, снова на скриншот и пошёл оформлять. Я погрузил.

Кушетки Ксюша выбирала не по каталогу, ложилась на каждую, оценивала жёсткость, скрип и высоту, а на мой поднятый бровями вопрос ответила исчерпывающе: «На ней зверя держать будут, а держать буду в том числе я. Я и проверяю».

Логика была безупречной по существу, и продавец, наблюдавший, как администратор с планшетом деловито лежит на смотровой кушетке, спорить с этой логикой не рискнул.

Стеллажи взяли по шесть восемьсот, как и планировалось, шкаф под препараты, с замком и сертификатом, за восемь пятьсот. На кассе гипермаркета к нам прибился молодой человек с бейджем «старший консультант».

И попытался провести манёвр, который я оценил как профессионал, с озабоченным лицом он сообщил, что к медицинской мебели «обязательно положен» ультрафиолетовый рециркулятор, и подкатил витринный экземпляр, могучий, с царапиной во весь бок, по цене нового.

— Обязательно положен? — переспросила Ксюша нехорошим голосом. — Каким нормативом?

— Ну, СанПиН…

— Номер СанПиНа. Пункт, — Ксюша достала планшет. — Я жду. Пока вы ищете, витринный образец с дефектом корпуса продаётся с уценкой от двадцати процентов, это ваши же правила торговой сети, могу показать, у меня они в закладках. Так что-либо номер пункта, либо мы пошли.

Старший консультант оценил соотношение сил и отступил с достоинством, то есть быстро. Рециркулятор мы потом купили в другом месте, нормальный, новый, за двадцать одну тысячу, и Ксюша ещё выбила к нему бесплатную доставку.

К обеду фургон был забит так, что коробки пришлось увязывать в два яруса, и на парковке базы я поймал себя на странном чувстве, мы везли мебель для клиники, которой формально ещё не существовало, и от этого груз казался только дороже.

Между базой и складом сантехники мы заехали в охранную фирму, из трёх обзвонённых мною накануне выбранную за внятность прайса. Менеджер развернул схему, четыре камеры, датчики движения по периметру, датчики на обе двери, сирена, вывод тревоги на пульт и на три телефона. Монтаж назначили на вторник.

— Камеры пишут постоянно? — уточнил я.

— Постоянно, на регистратор, глубина архива месяц.

— Тогда так. Уличные две, в приёмной одна, в новом крыле одна. Внутренние помещения, стационар, смотровую, не оборудуем.

Менеджер удивился, обычно просят наоборот, всё внутрь. Я сослался на врачебную тайну и покой пациентов, менеджер пожал плечами и переправил схему. Врачебная тайна в моей формулировке была чистой правдой, просто пациент, ради которого стационар оставался слепой зоной, в договоре не значился.

Отдельно я попросил тревожную кнопку под стойку, и менеджер, оживившись, вписал её в смету бонусом, за счёт заведения. Шестьдесят одна тысяча пятьсот с монтажом, аванс половиной, договор в папку.

Дело двигалось, список в планшете покрывался галочками, и вчерашний визит Комаровой понемногу отпускал, работа вообще лучшее средство от елейных интонаций.

Обратно ехали гружёные и довольные.

Ксюша сводила в планшете итоги, я вёл арендованный на день фургон, и разговор сам собой съехал на главное, на лицензию. К вечеру мы всё равно собирались в клинике, куда Денисов обещал привезти свою «матрицу соответствия», и матрица эта не выходила у меня из головы весь день, потому что впервые за долгое время бумаги обещали быть на нашей стороне.

Денисов не подвёл. Он ждал нас в приёмной с распечаткой, размеченной тремя цветами, и вид имел торжественный.

— Докладываю по блокам, — начал он, едва мы внесли последнюю коробку. — Блок первый — помещения. Требуется: отдельная операционная, изолятор, зона стерилизации, площади по нормативу. С вводом крыла проходим по всем пунктам, с запасом. Блок второй — персонал, не менее двух аттестованных врачей плюс средний персонал. Проходим, у нас три врача, ассистент, санитар, администратор. Блок третий — оборудование, — он любовно оглядел коробки в малом зале. — После аукциона закрыт полностью, кое-где с превышением, наш наркозный аппарат по классу выше норматива на две ступени. Документация в порядке, журналы новые, спасибо гражданке инспектору за тренировку.

Он перелистнул на последнюю страницу.

— Итого, по регламенту мы проходим. Подаём заявление, комиссия, месяц-полтора на процедуры, и на этой двери будет табличка «Ветеринарная клиника». Юридически полноценная. С правом регистрации животных, между прочим.

— А сроки? — Ксюша уже открыла в планшете новую вкладку. — Если в понедельник подаём?

— Комиссия назначается в течение месяца с даты подачи. Плюс справки, плюс возможные замечания… К концу лета реально, — Денисов улыбнулся. — К сентябрю на двери будет табличка.

Ксюша тихо пискнула от восторга. Я слушал, кивал, и внутри у меня разворачивалась мысль, для меня самого неожиданная, я смотрел на бюрократию как на оружие. Каждый закрытый документ означал минус один повод для визита.

Лицензии, печати и акты становились бронёй, Синдикату с мажорами и елейным инспекторам всех мастей с каждой бумагой оставалось всё меньше щелей, в которые можно просунуть лом. Я ненавидел бумаги. Теперь я собирался ими воевать.

— Значит, подаём, — сказал я. — В понедельник начинаем собирать пакет. Кирилл, ты старший по докумен…

И осёкся на полуслове.

Мысль, шедшая всё это время где-то в глубине, параллельным курсом, вдруг вышла на поверхность, и я увидел её целиком. Улыбка сползла с моего лица сама, я почувствовал это кожей.

— Михаил Алексеевич? — Ксюша замерла с планшетом.

— Есть одна загвоздка, — медленно сказал я. — Большая. Пакет документов, комиссия, справки, это всё так. Но итоговое заключение о соответствии объекта нормам, финальную подпись, без которой лицензию не выдают, оформляет районный