Регрессор: Я развею вашу власть. Книга 5 - Александр Кронос

Лавиния Фэншоу-Коул не думала, что настанет день, когда ей придётся командовать обороной Лондона. Тем более девушка не предполагала, что именно она станет тем человеком, который будет руководить отступлением.

Это было сложно. Бежать от песчаной угрозы и видеть, как обращается в пыль собор Святого Павла, что пережил Вторую мировую войну и бомбардировки. Становится песком эвакуированный Гилдхолл — ратуша, из которой добрую тысячу лет управлялся Лондон. Исчезает Банк Англии и растворяется Королевская биржа. Один за другим оседают вниз небоскрёбы.

Она видела, как далеко в небе бьётся Лагов. А сама пыталась хотя бы как-то сдержать расширение зоны заражения. Но сил было слишком мало. Несколько сотен Защитников против тысяч монстров, которых было невозможно убить. Будь среди них хотя бы десяток «эпсилонов», а ещё лучше пара «дзет»… Но никого подобного не имелось. Тогда как третьи и четвёртые ранги были практически бесполезны.

В момент, когда накренившись, вниз упал Биг-Бен, девушка поняла, что ещё немного и жизнь больше не станет прежней. После того, как поле расширится где-то на километр, оно поглотит всё. От Даунинг-стрит, где размещается правительство до Букингемского дворца и Вестминстерского аббатства. Того, в котором происходят коронации каждого нового правителя страны.

Это осознала не только она. Со стороны Букингемского дворца показалась группа армейских вертолётов, которые обрушили на наступающих песчаных монстров волну ракет. Отчасти это сработало — их цели на несколько секунд стали песком. Но тут же снова ринулись вперёд. А когда экипажи воздушных машин переключились на огонь из автоматических пушек, в ответ по ним ударили песком. Эдакими дротиками из прессованного материала, которые один за другим сбивали вертолёты.

Лавиния машинально зафиксировала, что за пределами импровизированной пустыни дротики рассыпались и опали вниз, так и не возродившись. Потом сообразила, что именно сейчас наблюдала и схватив гигантского песчаного шакала, швырнула его за пределы песка. Сработало! Тот немедленно стал серого цвета пылью, которая не проявляла никаких признаков активности.

Вот только, когда она попыталась повторить тот же самый фокус с ещё одним врагом, тот не поддался. Превратился в песок над территорией пустыни.

— За короля и Англию!

Слитный клич раздался откуда-то со стороны Букингемского дворца. Настолько громкий, что его услышала даже Лавиния. Полсотни мужчин в самых настоящих доспехах, которые бежали вперёд вооружённые мечами. Она не была уверена, но кажется это рыцари-баннереты. Только… Они же все не старше «беты». Куда эти идиоты прут?

— Назад! Я, Лавиния Фэншоу-Коул, глава британского отделения Корпуса, приказываю отступать!

Они её услышали. Несколько человек даже притормозили. Но видя, как продолжает нестись вперёд неровный строй их товарищей, кинулись следом.

Все они умерли спустя каких-то двадцать секунд. С тем же успехом, эти дебилы могли прыгнуть в жерло вулкана.

Спустя ещё минуту Букингемский дворец стал большой грудой песка и Лавиния подумала, что если выживет, то на неё обязательно попробуют повесить всех собак. Или на Тессу. Если та выживет — пока раненую главу межведомственной группы эвакуировали в глубокий тыл.

Правда, мысль была актуальной только в одном случае — если Лагов одержит верх над немцами, после чего поможет им справиться с песчаной армией. В противном случае все эти рассуждения не имели никакого смысла.

* * *

Я рассчитывал, что когда исчезнет отвлекающий фактор и можно будет не сдерживать силу, всё окажется проще.

Не оказалось. Необходимости оглядываться вниз, чтобы не зацепить союзников, теперь не имелось. Но даже выкрученная на максимум, моя сила не могла нанести серьёзные повреждения этой троице.

В какой-то момент я взмыл ещё выше и дотянулся до пластика, которого в этом городе было полно. Не уверен, что именно оказалось разрушено, но надеюсь людей там не было — центр города начал эвакуацию сразу после начала бури, а с того момента прошло немало времени. Целая уйма, если речь идёт о необходимом бегстве.

Обрушив расплавленный пластик на Хольду, буквально закатал её в шар. Тунар и Фрея одновременно ушли в импульс, кинувшись на меня. Я сделал то же самое, ринувшись мимо них к лучнице.

Именно тогда выяснилось, что палладиевый наконечник способен их ранить — он вспорол Хольде руку от локтя до самого плеча. Тогда же стало ясно, что их оружие тоже может нанести мне рану. Да такую, что не заживала сама по себе — регенерация на ней не срабатывала.

У меня до сих пор не имелось ни единого предположения, кто это такие. Зато чуть прояснилась пара вопросов. Во-первых, энергия внутри них оказалась отзеркаленным меносом. Ну или чем-то вроде того. Он ощущался, как нечто перевёрнутое и неестественное. Из-за чего возникало ощущение отторжения, заставляющее чувствовать ужас и омерзение одновременно.

Ну а во-вторых — шансов у меня не имелось. Я использовал пластик во всех его видах и пытался обрушить на них расплавленный бетон. Дубасил этим самым бетоном. Множество раз пытался сдавить раскалённым воздухом или достать своей кислотной кровью. Результат был околонулевым.

Ради справедливости — когда Тунар опробовал на мне свои молнии, эффект тоже вышел таким себе. Разве что немного жгло. Но в данном случае всё видимо упиралось в ранг Защитника. Из той группы, которая атаковала их в Берлине, те же самые молнии выкосили половину атакующих.

— Тебе не выжить человечишко! Склонись перед нами и дай присягу! Крепкий воин всегда пригодится в нашем войске.

Левая нога кровоточила в двух местах. Рёбра саднили — их зацепил молот Тунара. Живот был чуть распорот наконечником копья Фреи. Я был «этой» — сил для того, чтобы сражаться, хватало. Но не собирался отказываться от передышки, во время которой можно обдумать тактику и стратегию.

— С чего бы мне присягать кому-то из вас на верность?

Сработало — они остановились. Даже Хольда, которая была готова наложить на тетиву ещё одну стрелу, замерла. А смотрящий на меня Тунар, бок которого был залит кровью от раны моего копья, прогудел.

— Потому что ты проиграешь. Ни один смертный не может противостоять богам.

— Предположим. А вон там внизу тогда кто, по-вашему?

Я указал взглядом вниз, на золотых исполинов, которые постепенно обращали в ничто Лондон. Бог вооружённый молотом, тоже посмотрел в том направлении. Криво усмехнулся.

— Напасть рода человеческого. От которой мы будем рады избавить их, как только встанут они под руку нашу.

На ещё одного менталиста это похоже не было. Я