Попаданец в поисках смысла - 3 - Тампио
~ Да, согласен. Мне лучше об этом не думать, а то в животе начинает мутить.
Вскоре мне пришлось заняться важными делами: сбором вещей, которые могут пригодиться завтра, и пакетов с едой. Последнее предложила Инна, решившая, что первый день рабочий день лучше питаться своей пищей, а не тем, что дадут.
Вышел в сад, куда раз в два-три дня приводит наводить порядок садовник и, глядя на закат, подумал, что богатым и здоровым быть хорошо. Хорошо не бороться каждый день за кусок невкусного хлеба, и заедать им безвкусную кашу из пищевого синтезатора. Даже я, получающий не слишком большую сумму за орден и ещё меньшую стипендию, могу позволить себе жить в бо́льшем достатке, чем четверть жителей этой планеты. Но и те чувствуют себя почти королями по сравнению с некоторыми обитателями неразвитых планет. Как долго это продлится?
[Что именно? Твоё так называемое благоденствие или терпение простолюдинов? Если первое, то только до возвращения Астреллы, когда твои расходы начнут увеличиваться кратно. Если второе, то довольно долго, поскольку государственная пропаганда умело отвлекает народ от его важных проблем всеми доступными способами.]
~ Значит, как только поднимется градус напряжённости, то начнётся война?
[Конечно! Война многое спишет. Народу в очередной раз объяснят, что живёт он плохо лишь потому, что кругом разруха и надо восстанавливать государство. Ну, а то, что аристократия будет жить как прежде, ни в чём себе не отказывая и поплёвывая на бегающих у ног людишек, — то всё наговоры завистливых иностранцев.]
~ Так революция ни к чему хорошему не приведёт, даже если представить, что случится необычайное, и к власти придут честные. Уже их дети составят новую аристократию, и всё начнётся по новой. Ведь именно об этом пишут историки… Честные, конечно.
[Честный историк в Мойносе и честный историк в Шаси — это две разные честности, блюдущие интересы своих государств.]
Я не стал спорить, поскольку Инна в подобных дискуссиях обычно оказывается права. Нет, не «обычно», а почти всегда. Уж лучше лягу спать пораньше, ибо завтра день может оказаться непростым.
[Не получится. Надо решить один немаловажный вопрос: теперь ты как дворянин не можешь учиться на массажиста. Это уничижение дворянского сословия. Думаю, надо посмотреть в сторону производства биологически активных добавок и мазей или вообще позабыть планы о народной медицине.]
~ Своевременно же ты пришла к этой мысли! Так, может, и завтра никуда не идти? Ведь это тоже умаление дворянства.
[Волонтёрство не подразумевает получение выгоды, и дворяне могут помогать больным. А вот получать коины за проведение массажа простолюдинам — этого не поймёт никто. Даже упомянутая помощь умирающим, если она оплачиваемая, тоже немыслимое дело.]
~ И как ты себе представляешь производство добавок и мазей?
[Ты будешь насыщать их нанитами, запрограммированными на конкретные лечебные или обезболивающие действия. К сожалению, придётся делать всё индивидуально, и времени на третьем и четвёртом курсах может не хватить. Имеются и другие проблемы, но о них пока говорить рано.]
~ Может, ну её, народную медицину? Правда, тогда и в волонтёрстве пропадает смысл.
[Кирна завтра пойдёт с тобой. Как ей объяснишь, что передумал? Так что давай попробуем предложенное мною, а дальше посмотрим.]
~ Теперь полночи спать не буду, размышляя о проблеме.
[Будешь. Я постараюсь.]
Завтра началось с проливного дождя, да с такого, какого я на Столичной-1 и не видывал. Как поведал садовник, причина обычной засухи заключается в принудительном разгоне облаков над городом и, соответственно, над ближайшими территориями. Именно поэтому без садовника в окрестностях Аселеу трудно обойтись — растительность на не самой лучшей почве просто погибнет без полива.
Недлительная тренировка, завтрак, и вот я лечу к месту встречи, чтобы прибыть быстрее Кирны…
— Привет, Айвор! — подходит ко мне она, одетая в простую, как и я, одежду.
— Привет! — здороваюсь и отмечаю, что девушка в таком виде мало чем отличается от простолюдинок. Ну, разве что кожа лучше и осанка прямая. — Не передумала?
— Подначиваешь? Куда идти?
— К главному входу. Подозреваю, что мы не одни желающие. Вон, парочка странных личностей курит прямо у дверей.
— Не курят, а вдыхают. Может, они просто ждут кого.
— Может, — не стал я спорить. — Скоро узнаем.
Парни на самом деле были подозрительными. Излишне худые, озираются и нервно смеются. Заметив Кирну, уставились на девушку и принялись скалиться. Теперь и она занервничала, но относительно незаметно.
[Мужчины похожи на наркоманов.]
Из дверей вышел сорокалетний, плотно сложенный мужчина в не самой свежей одежде медицинского работника. На лице усталость и трёхдневная щетина.
— На собеседование? — спросил он равнодушным голосом. — И вы тоже?
Мы кивнули.
— Я бы её без собеседования взял! — двусмысленно произнёс один из парней, и второй загоготал, показывая тёмные зубы.
Медработник оставил без внимания эту реплику:
— Раз все готовы поработать, то нет смысла проводить собеседование. Вы, — мужчина посмотрел на парней, — идите в кабинет номер пятнадцать, там вам скажут, что делать. Вы, — взгляд на меня. — Что вы умеете?
— Умею немного, но быстро учусь и не боюсь чёрной работы.
— Чёрной работы? Хорошо. А вы? — взгляд на Кирну.
— Есть желание помочь,