Крылья бездны - Матвей Геннадьевич Курилкин

— Когда-то — да, — кивнула демонесса. — Но что ты делаешь здесь, на корабле, который принадлежит светлорождённому? Почему ты исполняешь его приказы?

Ответить потомку Изборна было нечего, он прямо-таки смутился. И больше вступать в спор не стал. Вместо этого действительно зашёл внутрь отсека, осмотрелся, и доложил в переговорник:

— Господин Аэланар, здесь пять десятков чужаков.

Ответа из переговорника не последовало, а спустя несколько секунд заработал тот, что держала демонесса.

— Вы не посмеете, госпожа Касиодорра. Если вы совершите такое святотатство, вы станете врагом Светлого Токлиана.

— Ваши угрозы давно девальвированы, господин Аэланар, — улыбнулась Каси, почему-то глядя в глаза «проверяющему». — Вы, видно, забыли, с кем говорите. Я — не одна из тех, кто вам подчинился. Я уже ваш враг. И сейчас вам следует бояться, потому что я до сих пор не могу решить, что для меня проще — оставить вас в живых или сбросить в бездну. Заодно и с вашими товарищами встретитесь. Вы по ним, наверное, скучаете.

— Угу. А ещё — если мы до сих пор врагами Светлого Токлиана не были, то какого хера вы сюда припёрлись? — Буркнул Могор.

Неизвестно, услышал ли его Аэланар, но даже если и услышал, то проигнорировал. А вот Каси проигнорировать не получилось, потому что она добавила:

— У вас десять минут на раздумья, господин Аэланар. Если за это время вы не почтите нас своим присутствием, ваш корабль упадёт.

И отключила переговорник, наплевав на то, что эльф что-то там ещё хотел сказать.

— Госпожа Касиодорра, — поклонился золотоволосый сын сына кого-то там. — Я вижу у вас и ваших людей маски. Вероятно, они защищают от вредных веществ в атмосфере. Рекомендую вам их надеть.

— Благодарю тебя, сын Туатха де Дананн, потомок Изборна, сына Немеда. — Каси снова без запинки произнесла это длиннющее именование. — Мы не хотели бы демонстрировать недоверие твоему господину столь явно. Но не сомневайся, мы будем готовы. Однако мне странно, что ты решил предупредить нас о возможном вероломстве своего господина.

— Госпожа Касиодорра, ты была права, когда говорила про мой народ. Кроме как от тебя я уже давно не слышал даже его имени. Но остатки гордости не дают мне поступать бесчестно. И я не желаю становиться свидетелем бесчестья.

— Это делает тебе честь, — кивнула демонесса.

«Слишком много рассуждений о чести», — кисло подумал Влад. Этот потомок Изборна его раздражал.

— Вы, дини ши, вообще жёсткие, — вдруг сказал Могор. — Из ваших почти никого в плен не взяли. Другие разбегались, прятались. А твои бились стойко. Взять удалось только тех, кто без сознания остался.

— И что вы с ними сделали? — Показалось, или голос золотоволосого дрогнул.

— Да чо с ними делать. Заштопали, перевязали, да заперли. Хрен знает, что с ними теперь делать, — почесал затылок Могор. — Они даже жрать отказываются. Типа не хотят принимать пищу из рук врага. Дебилы, если ты спросишь моё мнение.

Дини ши глубоко поклонился.

— Благодарю вас, что сохранили жизнь моим братьям.

— Да мы не то, чтобы сохранили. Говорю ж, там в плен десятка полтора попало всего. Остальные того…

— Вы были вправе убить и оставшихся, — ответил золотоволосый. Явно хотел сказать что-то ещё, даже рот открыл, но тут дверь распахнулась и внутрь вошли светлорождённые.

— Госпожа Касиодорра, — кивнул капитан. — Раз уж вы оказались на нашем корабле, я предлагаю переместиться в более подходящее место. И уже там мы можем обсудить условия нашего дальнейшего сотрудничества в более спокойном месте. Если желаете, вы можете оставить здесь своих подчинённых…

— Вы, возможно, получили контузию, капитан Аэланар, — когда хотела, Каси умела выглядеть не менее величественно, чем самые отпетые светлорождённые. — Вероятно, у вас плохо со слухом. Поэтому повторюсь — я не собираюсь с вами сотрудничать. Вы нужны мне либо в плену, либо совсем не нужны. И время, которое я отвела вам на принятие решения подходит к концу.

— Что ж, вы не оставляете мне выбора, — улыбнулся Аэланар и Влад поспешно сорвал противогаз с пояса. Как, впрочем, и все остальные. Так что, когда один из подчинённых эльфа распылил по комнате пыльцу фей, все успели надеть защиту. А потом Влад просто достал пистолет и выстрелил Аэланару в колено.

— Ой, — сказала Каси. Эльфы замерли, глядя на большое количество стволов, которые смотрели им прямо в лица. — Как неловко получилось. Прошу прощения, капитан Аэланар, мой жених не хотел сделать вам больно. Сейчас мы это исправим.

С этими словами Каси достала свой пистолет и направила в голову вопящему от боли эльфу.

— Нет! Не надо! Мы сдаёмся! Без условий! — Застонал светлорождённый.

— Как всегда, перед лицом смерти от гонора ничего не остаётся, — Владу захотелось сплюнуть. — Нет, ну я понимаю, коварство, вероломство, вот это вот всё. Но хоть какое-то самоуважение нужно иметь?

Перетаскивать всех на «Стремительную» пришлось в два приёма. Пятьдесят разумных и без того было перебором, а тут ещё и высокородные пленники появились. Сначала Влад перетащил светлорождённых с частью абордажников — для охраны, потом — всех остальных. Эльфов предварительно разоружили и обыскали. От такого унижения они преисполнились самого искреннего презрения к своим пленителям.

— Вы же понимаете, что поступаете абсолютно бесчестно и низко? — Холодно осведомился Аэланар, глядя, как у его подчинённых забирают оружие. До него ещё не дошли, но и его очередь вот-вот должна была настать.

— Заткнись, отрыжка бездны, — вежливо попросил Влад. У него уже сил не осталось терпеть эту светлорождённую шваль. То, что он только что пытался отравить своей клятой пыльцой кучу людей, бесчестным Аэланар не считал. Причём Влад даже спрашивать не стал, почему. И так ясно, что ответит: по отношению к недоразвитым низшим расам не может быть нечестных поступков. Умалить честь светлорождённого никакая подлость не может, просто потому что со скотом поступают так, как удобно, и правила чести на него не распространяются. А вот поступать так, как поступают островитяне с эльфами, высшими существами, это практически святотатство.

— То ли ещё будет, — ласково улыбнулась ему Каси. — Вот когда мы тебя пытать станем, это будет по-настоящему ужасно. А сейчас наслаждайся вежливым обращением.

Эльф