Идеальный мир для Химеролога 12 - Олег Сапфир

Резкий тон заставил братка вздрогнуть. Вся его «магическая мощь» разом испарилась.

Здоровяк суетливо огляделся по сторонам. Он придержал задницей дверь и торопливо поставил на пол объемную фирменную коробку из ближайшего интерьерного бутика.

— П-простите, Бога ради… — жалко проблеял мужик, стирая пот с лысины ладонью. — Виноват. Бес попутал… Вспылил, осознаю! Вот…

Гость дрожащими руками вынул из упаковки фарфоровую вазу. На её светлых стенках поблескивала золотая лепнина — принесенная вещь смотрелась богаче разбитого оригинала. Мужчина чуть ли не дышать боялся, пока аккуратно устраивал её на место прежней.

— Я… я искренне прошу прощения! Очень сильно прошу! Больше никогда… Честное слово! До свидания!

Визитёр резко развернулся и поспешил к выходу, сильно прихрамывая на правую ногу.

Валерия с довольным видом отставила в сторону метлу.

— Вот видишь, Ленка! Стоит только голос повысить, и до них сразу всё доходит. Главное тут — правильно себя поставить. Чистая психология!

Елена всё так же сидела на стуле. В её прагматичном, заточенном на интриги и проведение силовых акций уме наконец-то сложилась полная картина происходящего. Подобные типы никогда в жизни не прибегают с извинениями и ценными подношениями просто из-за женского крика. Раскаиваться их заставляют аргументами совершенно иного толка.

Она нервно сглотнула.

— Лера… ты не против, я отойду в туалет? Мне нужно… просто лицо ополоснуть.

— Да, конечно, без проблем! Если что, зови!

Елена пулей залетела в санитарную комнату, закрылась на щеколду, достала мобильник и дрожащими пальцами набрала засекреченный номер, который знала наизусть.

Гудки шли всего пару секунд.

— Да, Леночка. Всё хорошо? — раздался в трубке обволакивающий голос Константина Грановского. Герцог звучал абсолютно расслабленно, словно находился на уединённой рыбалке.

— Папа. Что у вас там происходит? И только не говори мне, что ты сейчас пропалываешь клубнику.

В трубке послышался лёгкий смешок и шорох перелистываемых документов.

— Какая клубника, девочка моя. Полдня сижу в библиотеке, пью пуэр. Стариковские радости, знаешь ли. Просто делаю ту работу, которую обязаны делать компетентные ведомства, но почему-то не делают.

— Папа… Что ты натворил?

— Ликвидировал мусорную кучу в вашем округе, милая. Местные упыри окончательно потеряли страх. Отлавливали по дворам и выкупали за копейки безобидных химер, вливали в них токсичные боевые стероиды и устраивали тотализаторы со ставками насмерть. Забавно, правда? Пришлось по старой памяти позвонить нужным ребятам. Четыре незаконные арены прикрыли ровно за двадцать минут, а всю агентуру вместе с операторами рингов уже отправили в подвалы Канцелярии писать чистосердечные. Следствие стремительно набирает обороты и выходит прямо на спонсоров схемы. Обычная рутинная чистка системы.

Лена прикрыла глаза.

— А тот человек… Который сломал вазу?

— О, этот чудесный молодой человек, — ехидно протянул Грановский. — Парень оказался феноменально невезучим. Прикинь, вообразил себя самым умным и попытался оказать силовое сопротивление. Замахнулся кулаком, но как-то грубо просчитался с законами физики. В итоге нелепо споткнулся на ровном месте и заработал перелом правой ноги. Досадная оплошность. Пришлось уделить ему время для содержательной профилактической беседы о правилах хорошего тона и ценности культурного наследия. Мне показалось, мои аргументы достигли цели. Родная, ты выбрось из головы эти мелочи. Главное, чтобы тебе работалось совершенно спокойно, остальное не твои заботы. Я тебя люблю.

Елена оперлась обеими руками о раковину.

— Я ведь просила тебя… не вмешиваться. Я хочу сама справляться со своей жизнью!

— И ты справляешься, Леночка. Ты огромная молодец, я горжусь каждым твоим шагом, — мягко ответил отец. — Но моя первейшая и священная обязанность — обеспечивать твою абсолютную безопасность. Если какой-то мусор позволяет себе повысить на тебя голос… Мусор убирается. Уж не обессудь.

Связь прервалась.

Лена стояла у зеркала, глядя на своё отражение. Ей полагалось бы разозлиться на излишнюю опеку отца. Снова он всё решает, снова прячет её в свой бронированный инкубатор. Но вместо раздражения где-то в районе желудка разливалось огромное, пробирающее до слёз тепло. Знание того, что отец разорвёт ради неё Империю пополам и даже не вспотеет, дарило чувство бесконечной защиты.

Умывшись холодной водой, она выдохнула, нацепила на лицо уверенное выражение и вышла из санузла.

Приёмная уже не была пустой.

Опёршись бедром о столешницу, спиной к ней стоял Виктор. Шеф в своём неизменном рабочем виде что-то оживлённо обсуждал с Валерией. Лена тихо остановилась в коридоре, прислушиваясь.

— … значит, нахамили, угрожали и вазу нашу разнесли? — хмыкнул Виктор, делая глоток кофе из любимой кружки. — Весело тут у вас, девочки, пока меня нет.

— Да я вообще в шоке была! — жаловалась Лера. — Хорошо хоть Лена не растерялась.

— Слушай меня, Лер, — тон Виктора потерял прежнюю лёгкость, и Грановская поёжилась от появившихся в его голосе тяжёлых ноток. — И ей передай. Любая гнида, которая переступает этот порог с мыслью нахамить моим людям, автоматически зарабатывает путёвку в хирургию. Такие вещи я спускать с рук не намерен. Никакие бароны, столичные авторитеты, решалы и криминальные клоуны не имеют права повышать на вас голос. Если эта или подобная шелупонь ещё раз здесь нарисуется, в любое время суток, хоть в четыре утра, жми тревожную кнопку или звони мне. Я лично прибуду и зарою их на заднем дворе вместе с их химерами. Ясно?

Валерия благодарно улыбнулась.

— Да я знала, Вик, что ты поймёшь. Но всё обошлось, они сами…

Елена тихонько кашлянула и вышла из полумрака коридора.

— Спасибо, Виктор. Но я думаю, не стоит так категорично в это ввязываться. Грубиянов в городе хватает. Слишком резкие действия могут привлечь внимание тех же аристократов или силовых кланов… У нас начнутся проверки, а вам это явно не нужно. Конфликты лучше спускать на тормозах.

Виктор обернулся к ней. Посмотрел прямо в глаза. И улыбнулся так, что у Лены перехватило дыхание. В этой улыбке читалось нечто бесконечно древнее и пугающее.

— Елена, запомни одну простую истину. Любой, кто посмеет хамить и угрожать моим сотрудникам, будет иметь проблемы. Причём проблемы будет иметь исключительно он сам, а не я. Никто и никогда не сможет доставить проблемы мне.

И в этот самый момент тишину клиники нарушил стрёкот.

В открытую форточку спикировал огненный Кеша. Попугай с лёту приземлился Виктору на плечо, потоптался, вцепившись когтями в ткань, и быстро зашептал