Аллер. Том 3 - Олег Сынков

— Я ответил за брата:— Ивас, там сказано про моих детей, которых у меня, кстати, ещё и нет пока.

— То есть ваши дети должны ещё появиться и вырасти, чтобы мы сокрушили Комби? Интересно, кто написал это письмо, ведь он должен был видеть всё и знать?

— Да, Ивас, вы правы, но такого не может быть, ведь правда? Вы, как учёный, не признаёте путешествия во времени, хотя вот в пространстве мы уже преодолеваем огромные расстояния.

— Да, Аллерсавр, может, раньше и говорили, что это невозможно. А сейчас вообще суперпрыжки делают, только вот да — время не опередить и не остановить, и тем более вернуться назад пока не представляется возможным в нашем физическом мире, но...

— Что «но», Ивас?

— Но всё когда-нибудь случается, Аллерсавр... Но кто знает, что принесёт завтрашний день, какие открытия ждут нас за гранью понимания? Ведь ещё недавно мы считали невозможным перемещение между звёздами, а теперь это реальность, пусть и сопряжённая с колоссальными затратами энергии и времени. И если мы смогли покорить пространство, то почему бы не предположить, что в будущем, пусть и далёком, мы не найдём ключ к управлению временем?

— Именно в этом и заключается парадокс, Аллерсавр. Мы стоим на пороге невероятных открытий, расширяем границы возможного с каждым новым витком прогресса, но при этом остаёмся пленниками линейного течения времени. Это письмо, каким бы загадочным оно ни было, заставляет нас взглянуть на привычную картину мира под новым углом. Если предположить, что оно действительно содержит крупицу истины, то это не просто предсказание, а, возможно, призыв к действию.

— Мы, как учёные, привыкли опираться на доказательства, на наблюдаемые явления. Но что, если существуют явления, выходящие за рамки нашего текущего понимания, законы, которые мы ещё только начинаем постигать? Возможно, это письмо — некий артефакт, оставленный нам теми, кто уже прошёл через эту борьбу, кто смог преодолеть временные барьеры, пусть и не в том виде, как мы себе это представляем. Может быть, это не прямое путешествие, а скорее эхо, отпечаток событий, который каким-то образом просочился сквозь завесу времени.

— И если это так, то наша задача не в том, чтобы доказать или опровергнуть возможность путешествий во времени, а в том, чтобы понять смысл этого послания. Если ваши дети, ещё не рожденные, должны сыграть такую важную роль, то это означает, что борьба с Комби — это не просто локальный конфликт, а нечто, что потребует фундаментальных изменений, возможно, даже переосмысления самой природы реальности.

— Это знание, даже если оно пока лишено конкретных доказательств, уже накладывает на нас ответственность. Мы не можем просто ждать, пока эти дети появятся на свет. Мы должны заложить фундамент для их будущего, воспитать в них те качества, которые позволят им справиться с этой грандиозной задачей. Это может быть развитие критического мышления, стремление к знаниям, способность к сотрудничеству и, конечно же, непоколебимая вера в справедливость.

— Возможно, само письмо — это не столько указание на конкретные действия, сколько стимул к развитию. Стимул к тому, чтобы мы, нынешнее поколение, сделали всё возможное, чтобы подготовить почву для будущих поколений, чтобы, когда придёт время, они не столкнулись с непреодолимыми препятствиями, а имели в своём распоряжении все необходимые знания и ресурсы. И тогда, даже если мы никогда не сможем путешествовать во времени, мы сможем оставить после себя наследие, которое позволит будущим поколениям изменить ход истории. Это, пожалуй, и есть самая настоящая форма влияния на будущее, доступная нам сегодня.

Меня посетила мысль после монолога Иваса: а что, если правда кто-то прошёл этот путь, и это письмо совсем не из прошлого, а из будущего? Но тогда получается, что бы я сейчас ни решил и ни сделал, оно уже было? И те слова, которые написаны азбукой Морзе, никакой погоды не делают. Как бы я ни повернул процесс сейчас, он уже был пройден мной. Но кто тот посланец — мой потомок?

Да, меня все эти измышления немного загнали в тупик, и я даже забыл, что собирался покинуть Иваса и Шабу. Так я в ступоре простоял почти пять минут, у меня была хоть какая-то цель. А после Иваса у меня, как будто, руки опустились, и я ничего теперь не хотел. Но тут заговорил мой брат.

— Аллер, пусть даже это так, как сказал Ивас, ну и что? Этот путь всё равно проходить тебе, Аллер, никто за тебя это не сделает. А раз всё предрешено, то почему бы, брат, не воплотить все свои замыслы в жизнь? Пусть они будут выглядеть сумасбродными, ну и что? Зато ты добьёшься цели, как хотел всегда.

— Аллер, ты можешь многое сделать для поколений. Так начни с армии, как и хотел: поменяй службу в ней, начиная с призыва. Сделай, как хотел, три года службы вместо десяти. Космос знает, что наши солдаты победят этих Комби. Так вперёд, мой брат! И не останавливайся на этом.

— Реформируй систему обучения, сделай её современной, ориентированной на реальные угрозы и вызовы, а не на устаревшие доктрины. Введи новые технологии, дай солдатам лучшее снаряжение, какое только можно найти в галактике. Пусть каждый боец чувствует себя не просто винтиком в огромной машине, а ценным специалистом, чьи навыки и жизнь важны.

— Позаботься о ветеранах, Аллер. Они отдали свои лучшие годы, свою кровь и пот за нашу свободу. Обеспечь им достойную жизнь после службы, медицинскую помощь, возможность получить новую профессию, если они захотят. Пусть их опыт будет востребован, пусть они станут наставниками для молодых, передавая им мудрость и стойкость. Создай систему поддержки для семей военнослужащих, чтобы они знали, что их близкие не забыты, что о них заботятся.

— И самое главное, Аллер, верни армии её истинное предназначение — защиту. Защиту наших домов, наших семей, наших ценностей. Пусть она будет символом силы и справедливости, а не инструментом угнетения или агрессии. Пусть каждый гражданин гордится своей армией, зная, что она стоит на страже мира и порядка. Это будет твоим величайшим наследием, Аллер, и поколения будут помнить тебя как того, кто вернул нашей армии честь и достоинство. Вперёд, брат, не сомневайся в своих силах, ибо ты рождён для великих дел!

Я вдруг снова по-другому посмотрел на своего брата: я просто не ожидал, что он так верит в мои