Резидент. Часть 6 - Никита Киров

Кажется, Верещагин не ожидал такого со стороны Епископа, но старый шпион не терял достоинства.

— А теперь ты сядешь, — сказал Верещагин. — И тюрьма будет похуже, чем «Терре-Хот», где ты сидел.

— Думаю, я выторгую у вашего правительства условия заключения получше, чтобы подходило под мой возраст. Да и сами знаете, таких как я сажают неохотно. Ну а кроме того, — Епископ улыбнулся, — в ваших тюрьмах нет негров, латиносов и арийского братства, как в Америке. А я себя подать умею.

Он засмеялся и взял сигарету у Верещагина. Тот нахмурился. Кажется, он думал, что старый противник будет молить о пощаде. Но не выходило.

— Доктор Ланге хотел взять Наташу в заложники, — сказал я то, что мне передал Холодов, когда только что звонил. — Чтобы я пел под его дудку.

— А говорил, что не будет, — ответил Епископ, пожав плечами. — Но я не удивлён, он много что обещал, но делал, как ему выгодно. А у него, значит, не вышло?

— Не вышло. А теперь… — я посмотрел на него. — Мне нужна последняя услуга. Эвакуируйте меня за границу.

— Что? — удивились оба, Епископ и Верещагин.

— У вас есть возможность и путь эвакуации. И о котором доктор наверняка не знает. Мне нужно его найти.

Потому что Ланге спокойной жизни не даст мне никогда, пока жив. Да и с этими технологиями, даже если доктор сдохнет, не будет гарантии, что он оставит меня в покое.

Да и это уже давно личное. Тем более сейчас, когда хотел украсть девушку, и по его наводке покалечили моего друга. Просто так я этого не оставлю.

— Есть такой, — произнёс Епископ, выпуская дым. — Мой собственный маршрут, и который я хотел использовать для эвакуации… сам знаешь кого. А ты думаешь, что справишься за границей?

— Да.

Даже лучше, чем здесь. Здесь-то Туман был чужаком, но там он — как рыба в воде. Там его территория, есть его тайники, документы, контакты и деньги. И даже машина в Польше. И что-то было в самом дворце Палаццо-Веккьо, о чём Туман думал.

Уеду, а потом вернусь, уже со спокойной душой, закончив это дело. А доктор Ланге скоро сам со мной свяжется и будет угрожать. Ведь пока ещё не знает, что его последняя схема в стране сорвалась.

Но лучше не давать ему инициативу и встретиться на своих условиях.

— Сигареты у вас так и не научились делать, — Епископ затушил окурок о подошву и метко выбросил в урну. — Есть один способ. Через ЦРУ, у них есть маршрут. ФСБ о нём не знает. Да и само Ленгли не знает, как могут эвакуироваться их агенты и кого именно они могут вытащить. Это маршрут для меня.

— Вадька, — произнёс Верещагин. — Это совсем другой уровень. Тут всё знать надо…

Я посмотрел на Епископа, чтобы тот не выдал о Тумане. А то объяснять Верещагину заново — слишком долго, да и не поймёт.

— Надо так, Пётр Ильич. Благодарю за помощь. А меня прикроют.

Ну а Епископ дал мне контакт, записав его карандашом на чеке из «Пятёрочки».

Номер телефона и простой пароль: «Мне нужен фильтр для пылесоса Аэрошторм В-12». Такого пылесоса нет в природе, но пароль сразу отрежет реального покупателя от того, кто хочет скрыться за бугром.

Надо попрощаться, с кем смогу, хотя бы по телефону. И ехать на новое дело.

* * *

Этим вечером, Москва. Москва-Сити, башня «Око».

В кабинете Александра Корнеева свет не горел, но здесь были люди, которые здесь сидели в темноте. Давид расположился за столом отца и пил виски, постоянно доливая из бутылки.

— Сходи за колой, — попросил он у телохранителя пьяным голосом.

Гена стоял у окна, глядя на огни города под ногами.

— Я тебе колу таскать не нанимался, — хмыкнул тот в ответ. — Да и так пей, без колы. Виски с колой — только напиток переводить.

Когда загорелся свет, Давид вздрогнул, глядя на вошедших людей в штатском, и икнул. А Гена посмотрел на вторую дверь из кабинета, но и там уже стояли оперативники.

— Ничего не хочешь сказать? — спросил Холодов у Давида.

— А что именно? — Давид икнул.

— А как родного отца порешил, думая, что он тебя в завещании обошёл. И как оказалось, что это не так.

— Это что такое? — возмутился Гена. — Без адвоката…

— А вот тебя сдали конкретно, — Холодов подошёл к нему и посмотрел в глаза. — Твои исполнители попались, и сразу назвали тебя. Так что разговор будет иначе.

— Это я, — вдруг зарыдал Давид.

Его записывали на камеру, но Холодов давил Гену. Майора признания в уголовке интересовали мало, этим занимаются другие спецы.

— Где Василий Литвинов? — спросил майор. — Он тебя уже не прикроет.

— Ничего я тебе не буду говорить, чекист, — отозвался Гена и спокойно сел у окна. — Не дождёшься.

— Это я! — продолжал страдать Давид и допил стакан, не добавляя туда колы.

— Ну, зато другие говорят, — сказал Холодов. — И Литвинова тоже найдём. Он наверняка из страны ушёл. Но даже там его достанут…

— Ну и пусть, — Гена пожал плечами. — От меня ты всё равно ничего не узнаешь.

Вот и настала первая моя зарубежная командировка, и я не думал, что она пройдёт вот так.

Епископ передал план, как хотел меня эвакуировать, вернее, думая, что так он спасёт Тумана. Но кто-то из ЦРУ явно был его должником, раз был готов отдать собственный маршрут для эвакуации. Правда, совсем плясать под их дудку не надо и во всём верить им не стоит.

А то на словах одно, а на деле привезут прямиком к доктору Ланге или в ОмниПалант, не говоря уже о своих интересах. Так что надо будет валить вскоре после того, как пересеку границу. А сам способ этого пересечения пусть изучает Холодов, чтобы иностранцы не пользовались им потом.

Епископ кого-то завербовал ещё в старые времена, или, скорее, у него был на этого человека компромат, поэтому старый шпион