Младший сын Небесного демона. Том 1 - Андрей Сергеевич Ткачев
К примеру, вот стоит старая астролябия с погнутой стрелкой, а на соседней полке лежит чей-то дневник в кожаном переплете. А рядом набор кистей для каллиграфии, засохших настолько, что ими можно было кого-нибудь заколоть.
И вот среди всего этого мой взгляд остановился на стеллаже в самом углу и предмете, который там лежал. Киара, которая с кислой миной следовала за мной, не успела остановиться и прошла насквозь, когда я внезапно сбавил шаг.
— Ты чего? — спросила она, передернув плечами, хотя впору это делать мне.
Когда девушка касается меня, я ощущаю холод, и то же самое бывало, когда она проходила насквозь. Такое случается не всегда, она может меня касаться, но видимо, для этого ей требуется чуть больше сил, и она чаще всего предпочитает быть совсем нематериальной.
В очередной раз не ответив, я двинулся к полке и взглянул на небольшой резец для гравировки по камню или металлу, что лежал там.
[Резец гравировки. Ранг: не определен. Требования: отсутствуют. Историческая ценность: средняя]
[Внимание: обнаружен стихийный резонанс]
Как… интересно!
— Отец, я могу… взять его посмотреть? — спросил я, на всякий случай решив уточнить.
Вдруг он зачтет это за выбор, а я ещё не до конца уверен в том, что это то, о чем я подумал.
— Если желаешь, то да, — кивнул он, хотя по лицу было видно, что он слегка удивлен таким внезапным выбором.
Я протянул руку и взял вещицу, покрутил её в ладони. В руке резец лежал на удивление удобно, словно бы и был создан специально под меня, а ещё я отлично ощущал стихийный отклик в меридианах, отчего по коже бежали едва заметные мурашки.
— Только не говори, что хочешь взять эту штуку, — нахмурилась Киара, всем своим видом показывая, насколько она недовольна сделанным мною выбором.
Но именно это я и собирался сделать. Чем больше держал резец в руках, чем больше крутил в ладони, тем отчетливее понимал, что это именно то, что мне нужно. Я пока совершенно не понимаю, как его применить, но Нарак научил меня следовать интуиции, потому что она зачастую осознает больше, чем разум.
— Я возьму его, — сообщил я отцу, поворачиваясь к нему.
Тот слегка склонил голову набок, явно озадаченный тем, что именно мне приглянулось.
— Уверен? Тут есть множество ценной алхимии, которая может сделать тебя гораздо сильнее, или оружия, которое даже в руках слабого практика способно сносить горы.
— Я понимаю это, отец, но мой выбор это не изменит, — вежливо поклонился я.
— Интересно… — отец впервые с момента, когда мы оказались в хранилище, подошел совсем близко и протянул руку. Я понял без слов и вложил в неё резец для гравировки.
— Этот резец принадлежал твоему прадеду, — сказал отец, — Верангу Кейру. Он был талантливым артефактором при нашей секте, и несмотря на то, что он уперся в преграду возвышения, которую не смог преодолеть, именно благодаря ему наша секта стала одной из сильнейших, хотя об этом мало кто знает. Он не был кузнецом, но при этом одни из сильнейших клинков в этом месте были сделаны именно его рукой. И… — отец сделал небольшую театральную паузу, — крайне занимательно, что у него тоже была ледяная стихия, как у тебя.
Но есть и то, чего отец не знал, и что я осознал только сейчас, услышав имя предка. Этот резец в прошлой жизни сыграл крайне важную роль в грядущих событиях, хотя понял я это, лишь когда оказался в Нараке и вспоминал то, что привело нашу секту к краху. Так что когда он попался мне на глаза, я вначале думал, что мне кажется, но нет, теперь я был практически в этом уверен.
Поскольку Веранг участвовал в строительстве многих защитных формаций в Духовном узле, у него был особый ключ, что-то вроде универсальной отмычки, о которой никто не знал. Кажется, даже отец не слишком понимает её ценность, считая, что это просто памятный инструмент.
И учитывая, что именно благодаря этому резцу были разрушены важнейшие защитные формации секты, лучше будет, чтобы он побыл у меня. Но это так же говорит о том, что как-то этот резец попал в руки наших врагов. Неужели среди нас есть предатель, который в курсе скрытых свойств резца? Может, что-то про него есть в нашей библиотеке?
Эту информацию следовало осмыслить…
— Что ж, если это твой выбор, сын, то так тому и быть, — решил отец. — Не могу сказать, что я рад ему, но… принимаю. Иногда нашу руку ведет судьба, и глупо с этим спорить. Также хочу сказать, что раз у тебя теперь есть сосуд Эссенции, то для тебя открываются очень многие двери. Думаю, ты и сам слышал, что многие наши небесные наставники крайне заинтересованы в том, чтобы взять тебя в личные ученики. Советую выбирать мудро.
— Разумеется, отец, — поклонился я ему.
— Хорошо, в таком случае идем. Тут наши дела закончены.
* * *
Жизнь после встречи с отцом и посещения хранилища секты довольно быстро вернулась в привычное русло. Я все так же занимался утренними тренировками, в первой половине дня физическими, а после захода солнца погружался в Духовную обитель и тренировался там. Но было во всем этом одно небольшое различие, потому что я стал использовать в медитациях каменный резец, полученный из хранилища.
Вечером, перед тем, как погружаться в медитацию, брал его в ладонь и сидел так минут по двадцать, пытаясь нащупать природу того резонанса, который почувствовал в хранилище, и осторожно ощупывал его своей духовной энергией. Но результат пока оставлял желать лучшего.
Я, вне всякого сомнения, что-то ощущал, как нечто скрытое в резце откликается на мою ледяную стихию, но попытка углубить и расширить эту связь пока ни к чему не привела.
Несмотря на то, что результата прямо сейчас я не получил, не видел в этом ничего страшного. Тысяча адов научила меня одной простой вещи: терпение — это ключ к победе. Терпи, и ты выживешь. Терпи, и ты не потеряешь себя. Так что терпения у меня много, поэтому я просто медитировал и пытался установить с этой вещицей стихийную связь. И пусть это займет годы, но однажды я это сделаю. Все равно моя воля будет