Аллер. Том 2 - Олег Сынков

Я обернулся, посмотрел на статую. Вот что меня сразу привлекло — эта исполинская статуя. Я только в американских фильмах про их Одина и узнал, а ведь правда, их звали по-другому. На Руси их звали варягами. А как они там сами назывались — никто и не знает.

— Пришлось ознакомиться, Кларир, — соврал я.

— Но вы действительно много знаете, Аллерсавр, даже вон про мебель хотите узнать. А ведь это правда: мебель наша самая лучшая в Асворте, нигде такую не делали и не делают.

— Ну что, в мастерскую, Кларир?

— Туда далеко, надо ехать на транспорте.

— Поехали, пока есть возможность.

— А что, министры снова хотят атаковать Аллерсавр, да?

— Это вы, Кларир, у нас провидец? Я не знаю, что хотят ваши министры — атакуют или нет, мне-то откуда знать. Ну-ка, рассказывайте, что вы увидели в будущем?

— Шутите, да, Аллерсавр?

— Да какие тут шутки! Вон вы про мебель узнали же как-то, о ней только и думаю.

— Да этого просто следовало от вас ожидать, Аллерсавр: вы так смотрели на неё и так трогали, как будто она из песка сделана и сейчас рассыпется.

— Ну да, ваша правда, Кларир, вы хороший психолог, однако.

— Добрались до мастерских быстро. Транспорт, кстати, почти не отличался от того, что ходил по нашим планетам, если только визуально, а вот принцип, похоже, был одинаков.

— Мастерские располагались на большой площади. Я обратил внимание, что стволы деревьев были просто огромные, даже с земными секвойями не сравнить. Они были в два раза больше их в объёме. Я представляю, как с таким деревом работать тяжело.

— Нас встретил сам потомственный мастер Кварнум Станлек.

— Приветствую вас, Аллерсавр, и мэр Кларир.

— Мы его тоже поприветствовали.

— Кварнум — это что за стволы деревьев?

— Это местные деревья Санея. Вот именно это дерево, то, что вы видели при входе, прожило одну тысячу лет и было посажено моими предками.

— Вы тоже занимаетесь посадкой таких деревьев?

— Да, моей роще уже почти двадцать лет.

— Роща? Надо же! И сколько в вашей роще таких деревьев?

— Одна тысяча штук. Мы их сажаем, когда каждому нашему мужчине из нашей династии исполняется двадцать лет. И мы посвящаем почти три года, чтобы они прижились и больше не требовали ухода.

— Да, серьёзный подход, правда, — сказал я.

— Нас мужчин в нашей династии сейчас трое, мы все двоюродные братья. Но я старше их, и поэтому я здесь пока за главного — Аллерсавр.

— Мне понятно. А как вы распиливаете вот это дерево? — и я показал на испалинский примерно шестиметровый отрезок ствола, который был почти с пятиэтажный дом высотой.

— У нас распиловочный цех есть, и там как раз распиливается точно такой же ствол сейчас.

— Пойдёмте, вот он недалеко.

Я посмотрел на здание, похожее на жилой дом, — а я ведь так и подумал, когда зашли на территорию мастерских. А это оказалась самая настоящая исполинская пилорама.

— Мы это дерево пилим на большие брусья и очень широкие доски, а потом уже из брусьев и таких широких досок делаем мебель. Это очень долгий и трудоёмкий процесс, ведь это по сути камень, а не дерево. Оно лёгкое, но такое твёрдое, прямо как камень. Но самое главное — оно долговечное и почти не ломается, если только не бить кувалдой по нему. И то придётся изрядно попотеть, чтобы сломать, так что лучше и не начинать такую затею.

Да, это что получается, я на по наитию для себя понял, что это идеальная мебель?

— Ну, Аллерсавр, получается, что это так, если вы про неё, конечно, не знали изначально. Но, судя по тому, что вы из другого мира, а это дерево растёт только на Файтале в Асворте и нигде больше, получается, что вы и вправду не знали.

Когда мы зашли в это здание, я просто был ошеломлён тем, что происходило здесь. За стеной с окнами стояла просто стена пыли и пара — там пилили дерево. Но у меня сложилось такое впечатление, что я нахожусь на мраморном заводе.

Всё в том же Газалкенте, в Средней Азии, есть мраморный завод. Я там бывал, и вот там распиливали не только мрамор, но и гранит. Огромные блоки высотой до трёх метров и почти такой же шириной и длиной закатывались на постамент в пильный станок, где была рама подвижная, на которой были натянуты штрипсы. Штрипса — это металлическая пластина пять метров в длину, пятнадцать сантиметров в высоту и толщиной до сантиметра. И вот это всё было натянуто как струна.

Выставлялась толщина в размер между штрипсами, которая равнялась пяти сантиметрам. И вот блок закатывали в этот станок, а раме, где были установлены штрипсы, придавали движение. Движение — качели туда-сюда, но она стояла на направляющих, которые держали её на одном уровне. Постепенно, миллиметр за миллиметром, эта рама опускалась вниз. А ещё движение этой раме придавал шатунный механизм. Вот он был огромен и состоял из огромного колеса и закреплённого на нём рычага, который и двигал раму. Ну а теперь можете себе представить