Системный тактик 2 - Макс Крынов

— Это ещё предстоит доказать.

Вот теперь разговор стал настоящим. До этого мы обменивались опасениями, надеждами и возможностями. Теперь начались условия.

Мира тихо выдохнула, будто хотела вмешаться, но передумала. Возможно, решила, что лучше уж мы будем торговаться, чем спорить о ритуалах чужого мира.

— Тогда предлагаю следующее. Я готовлю структуру бюллетеня, список разделов, предполагаемых покупателей и модель подписки. Дом предоставляет доступ к несекретным документам и организует встречу с Лакнером. Расходы на пробный выпуск делим поровну. Если издание выходит в прибыль, моя доля — четверть чистой прибыли от нового направления.

Эдвин задумался. Не отверг и не развалил идею безупречной логикой. Уже успех.

— Десять процентов.

— За идею, структуру и половину расходов?

— За идею пятнадцатилетнего мальчика, который будет только стричь купоны, не занимаясь внедрением своей идеи на типографии.

— Двадцать пять. Удачная идея не становится менее удачной от возраста того, кто ее предложил.

— Двенадцать.

— Двадцать, если я участвую в первых трёх выпусках и анализирую результаты продаж.

Отец посмотрел на меня с лёгким раздражением, а я испытал почти детское удовольствие. Раздражение означало, что он воспринимает торг всерьез.

— Пятнадцать процентов чистой прибыли на первый год, — сказал Эдвин. — После я пересмотрю условия. Твои первоначальные расходы вернутся из выручки до распределения прибыли, если направление не окажется убыточным.

Я прикинул. Такое дело — не путь к двенадцати тысячам за год. Даже близко не путь. Но это была первая возможность превратить знания и навыки класса в доход, не рискуя основной частью капитала и не отправляясь за Арку рискнув вернуть в мешке для покойника.

Пятнадцать процентов чистой прибыли — довольно скромно, но для начала пойдет.

— Согласен.

Отец не протянул руку. Лорды Домов, вероятно, не скрепляли предварительные договорённости рукопожатием с собственными детьми. Он просто кивнул.

— До встречи с Лакнером подготовь конкретный документ: аудиторию, содержание, периодичность выпуска, расходы, способ распространения и ожидаемую цену подписки.

— Когда устроим встречу?

— Если проект не окажется пустой фантазией, о которой ты завтра забудешь, встретимся с ним на следующей неделе.

Я кивнул. Теперь у меня был первый проект, первая возможная доля и первая причина смотреть на семейные активы не как на чужую взрослую игру, а как на механизм, в который можно осторожно вставить собственную шестерню.

Мира всё еще смотрела тревожно. Возможно, вечером, когда отец будет занят, мать снова попытается объяснить мне, что риск неприемлем, что мое тело слишком слабое, что Варрен уже всё сказал.

Я доел хлеб с маслом, запил чаем и мысленно начал составлять первый список разделов будущего бюллетеня, прикидывая, как собрать то, что уже существует, очистить от бюрократической шелухи и продать людям.

Отец некоторое время ел, пил чай, явно вернулся мыслями к какому-то из своих утренних документов, но взгляд время от времени снова возвращался ко мне.

— Ты все еще думаешь над чем-то, — наконец заметил Эдвин.

— Я обдумываю, что ещё могла бы печатать типография, — признался я. — Кроме делового бюллетеня.

— Сначала доведи до ума первый проект.

Обидно, но справедливо. К сожалению, здравый смысл не отменял того, что мысль уже зацепилась за типографию и не желала отпускать.

Комиксы. Или, если говорить солиднее, «визуальные истории». Можно было назвать их иллюстрированными романами, последовательными гравюрами, сериями картинок с текстом, учебными сценами, как угодно. В двадцать первом веке картинка давно перестала быть развлечением для детей и неграмотных. История с удачным визуальным образом запоминается лучше, чем голый текст. Реклама, плакаты, комиксы, манга, раскадровки, инфографика, упаковка — все это было одним большим доказательством, что люди любят глазами.

— Это не второй проект, — сказал я. — Пока просто мысли. Я тут подумал о визуальных романах.

Отец наконец поднял голову.

— Ты имеешь в виду комиксы?

Я замер. Внутри что-то неприятно щелкнуло. То самое ощущение, когда уже приготовился принести в дикое прошлое огонь цивилизации, а дикое прошлое лениво спрашивает, не спички ли ты имеешь в виду. Моя будущая империя иллюстрированных историй успела прожить в голове секунды три, после чего получила вилкой под ребра.

— Возможно, — осторожно сказал я. — Что именно ты называешь комиксами?

Элина наконец перестала копировать поведение испуганного зверька и оживилась, будто мы перешли к чему-то действительно важному.

— Последовательность рисунков с короткими подписями и репликами, — объяснил отец. — Иногда целые книги. Их делают в основном в Нарави.

Память Корбина не дала ничего. Ни запаха, ни картинки, ни обрывка разговора, ни детского раздражения от того, что ему не купили такую книгу. Значит, либо формат действительно не прижился в нашем кругу, либо Корбина старательно держали в стороне от вещей, которые считались пустыми развлечениями.

А может, он просто не интересовался ими.

— Что за мир? — спросил я.

— Один из живых миров. Восемь крохотных городов-государств вдоль берега тёплого моря, развитая цветная печать, дешёвая бумага и странная тяга рассказывать истории рисунками.

— И такое пытались продавать здесь?

— Пытались, — ответил отец. — Ввозили приключенческие истории, романтические драмы, несколько юмористических серий. Здесь формат сочли либо детским, либо чрезмерно простым. Знатные семьи не хотели держать подобные книги в гостиных, школы не признавали их учебными, а простолюдинам они казались слишком дорогими по сравнению с обычными печатными историями.

Интересно. То, что товар не прижился, вовсе не означало, что товар плохой. Возможно, его просто неправильно предложили. Не тот жанр, не та аудитория, не та цена, не тот способ продажи. В моем мире люди тоже долго считали некоторые форматы низкими, детскими или глупыми, а потом внезапно обнаруживали, что и на них можно зарабатывать состояния. Комиксы для гостиных знатных семей? Сомнительно. Комиксы для школ? Тоже сомнительно. Но учебные схемы для ремесленников, иллюстрированные инструкции для новичков, наглядные пособия для тактических разборов, серии о правильном поведении за Аркой, дешевые приключенческие листы для подростков — это уже другой разговор.

Но прежде чем я успел начать строить очередной проект, я решил поговорить о том, что царапнуло мое сознание.

— «Ввозили», — повторил я. — А что вообще мы экспортируем и импортируем между мирами?

Эдвин посмотрел на меня так, словно пытался понять, насколько глубок провал в моём образовании и можно ли его списать на откат, болезнь, или здесь виноваты только катастрофически плохие преподаватели.

Элина нахмурилась с искренним недоумением. Неприятненько. Когда даже младшая сестра, которая