Таверна КФС - Владимир Владимирович Кретов

— Томат… Варится быстро, даже вкус интересный после варки. Но стоил очень дорого, а у нас никто его не берёт, незнакомый овощ. В какое блюдо использовать — неизвестно, да и портится быстро. — Отец наклонил ящик с помидорами, где некоторые уже покрылись пушком плесени. — Этот уже всё — на выброс. Да рука не поднимается выбросить, как вспомню, сколько он стоил…

Вообще, помидоры — это не овощи, а ягоды, а ягоды — это подраздел фруктов, но «„душнить“» не стал. Об этом и в моей прошлой жизни мало кто знал.

— Тут, специи… — Отец показал на маленькие керамические закрытые горшочки. — Стоили… ОЧЕНЬ дорого! Да толку от них, когда не знаешь, что куда добавлять? Добавили одну к репе — дрянь вышла. Разве что, к мясу хорошо подошло. Но за такую цену… — Отец махнул рукой и опять невесело усмехнулся. — В общем, как я закупился, так главный повар, да и все остальные и ушли к Ицхаку! Хотел этому главному повару морду бить — да там с десяток людей вывалило на улицу, а десяток не осилил бы…

У отца, будто плотину прорвало, и он решил мне высказаться. Выплеснуть всё то, что у него наболело.

Ну, а я просто стоял и молча слушал.

— Вот, фасоль, овёс, ячмень. — Эти мешки он уже не открывал, просто тыкал в их сторону пальцем. — Вон… капуста, морковь, репа, лук, чеснок.

А это всё находилось в ящиках, так что мне и так было видно.

— Вон, свинина, баранина…

Посмотрев куда указывает отец, я сначала ужаснулся. Чуть за углом — потому-то я и не сразу увидел, висела свиная туша и половина бараньей.

Вот только, это мясо было ТАКОГО непрезентабельного вида, что захотелось тут же вынести всё это на мусорку. Мясо буквально полностью было покрыто тонкой коркой плесени!

С другой стороны… а ведь так раньше мясо и хранили. Просто подвешивали в подвале за верёвку, и всё. И оно так месяцами хранилось! В таком виде мясо не гнило — а ферментировалось.

А нынче, до нашего времени подобный способ дошёл в виде всяких там «„хамонов“» да «„прошутто“» — снаружи одна плесень, а внутри вкуснейшее мясо с ореховым привкусом.

Но, думаю, технология хранения, всё равно, была нарушена. Надо смотреть по-факту — отрезать кусок, да нюхать и пробовать. Если запах гнили — мясо сразу в утиль. А вот, если пахнет землисто-орехово и немного грибами… Ну, или как-то по иному приятно — то, кушать можно. Мало того — ещё и вкусно будет!

— Ну, что? — Отец усмехнулся. — Придумал, что с этим делать?

Но он не стал дожидаться ответа — вместо этого, махнул рукой и, покачав головой, полез по лестнице из подпола вверх на кухню.

Так он и не собирался, что ли, слушать мои «идеи»⁈ Чисто вывалил, что на душе скопилось, и всё⁈

Ну, уж нет!

Я тут же юркнул следом, обогнал его и встал перед отцом на кухне преграждая путь:

— Да, придумал!

Тот лишь отмахнулся от меня, как от назойливой мухи:

— Полно! Поиграли и хватит!

И попытался обойти, но я вновь встал перед ним, сделав шаг в сторону:

— Отец! Ты же обещал меня выслушать!

Мужик, который совершенно внезапно стал моим батей, буравил меня взглядом секунд пять, но в итоге, всё-таки, согласился:

— Ну давай, слушаю раз обещал…

— Вот… — Я протянул ему картошку на раскрытой ладони, которую успел взять из подпола. — Я приготовлю картошку так, что ты язык проглотишь.

Отец усмехнулся:

— Ты? Да ты даже правильно название овоща не смог повторить! Правильно — каЛтофель! Да и какой ещё приготовить с твоими-то умениями⁈ Нулевыми!

— Отец… — Я посмотрел ему в глаза очень серьезно. — Я. Приготовлю. Так. Что ты. Язык. Проглотишь.

Картошка — вариант беспроигрышный!

К пиву подходят не только мясные колбаски, но и картофель фри тоже прекрасно сочетается с пенным напитком. С маслом для фритюра только надо будет что-то придумать.

Ну, а если не придумаю, можно будет пюре забабахать — тем более, раз эта картоха рассыпается при варке, значит, она высококрахмалистая, и как раз идеальна для пюре. Уж сливочное масло, думаю, тут есть. А если даже нет — тогда, сам из сливок взобью, это ж элементарно по-сути! Для маслобойки нужна тара — да две палки. Сооружу — если что. Ну, и толкушку какую-нибудь…

Отец смотрел на меня как на совсем уж бесперспективного. Даже после моих слов. Мне аж обидно за пацана стало.

Но в очередной раз (я уже сбился со счёта) тяжело выдохнув, отец, всё-таки, дал мне «добро»:

— Две каЛтофелины. И ты завтра сам съешь то, что у тебя получится на ужин. Даже если это будет несъедобно — всё равно, ничего другого не получишь. Идёт?

— Идёт!

Отец опять хотел пройти мимо, но тут для него было уже без шансов:

— Раз уж мы договорились, покажи мне, где масло.

— А, вон… — Отец показал пальцем на полку с кувшинами. — Это — льняное. — Палец указал на самый крайний кувшин с левой стороны.

Льняное для меня практически бесполезное.

Все масла тут очевидно нерафинированные и недезадорированные. То есть, не только вонючие, но и температура дымления у них такая себе.

Это значит, что мало того, что моя картошка фри наберёт запахов из фритюра, так и сам фритюр сильно не разогреть, чтобы не «горел».

Хмм… Придётся, тогда, сделать не фри — а, скорее, «хворост», то есть, максимально тонкие лапшинки картошки, чтобы они успели приготовится на не особо высокой температуре.

Между тем, отец продолжал:

— Это конопляное масло, это… — Он указал на малю-ю-ю-юсенькую плошку с крышкой. — Масло фундука! А вот это… — Он усмехнулся. — От того же торговца с юга — рисовое масло. Взял аж семь кувшинов по заказу главного повара! Дешёвое, но бестолковое. Почти без запаха. Куда его такое добавлять?

Конопляное масло обычно для жарки не используют — но без альтернатив, наверное, можно. Масло фундука, насколько я помню, имеет высокую температуру дымления, но всё, что в нём приготовить будет иметь сильнейший аромат фундука. Ну, и оно дорогущее, понятное дело, орехи ведь…

А вот, рисовое — это же просто находка!

Нерафинированное рисовое масло имеет высоченную точку дымления, значит, спокойно выдержит нагрев до условных двухсот градусов и не