С любовью. Стая - Сергей Анатольевич Кусков
Рты у всех после этих слов пооткрывались.
— Так может сразу перейдём к алмазам, к чёрту железо, раз оно не нужно? — А это сестра боярыни, заведующая рыбоперерабатывающим заводом на Охотском море.
— Уважаемые, — а это взяла слово Маша, — мы с братом получили два месторождения даром, это царский подарок. И это НАШИ месторождения. Но условие передачи — проверка координат из того блокнота, с целью понять, стоит ли исследовать дальше. Одно месторождение подтверждено, если подтвердим второе — значит, информации можно верить. И лишь после этого мы приступим к поиску алмазов. Без обид, только так.
Умничка, сходу въехала.
— Блокнот? Какой блокнот? — снова подал голос боярин. И зачем они его притащили? Может он и умный, но слишком… Несдержанный. Только на его супругу и надежда — она его, наверняка, в рукавицах держит.
— Это второй уровень правды, — пояснил я. — Информация не для всех, но для тех, у кого есть возможность копать глубоко, и кто копать под нас БУДЕТ. Говорю сразу, вы можете организовать «слив» этих данных, так как мы специально поработали над легендой, но советую очень крепко подумать, как именно «сливать» и кому именно.
Все понимающе закивали.
— Легенда такая. Я ПОКУПАЮ некий блокнот с координатами у зэчки-смертницы, то есть приговорённой к казни, в обмен на исцеление её безнадёжно больной дочери. У которой тот оказался случайно, от боевой подруги на войне, и, будучи всего лишь личной, она просто не знала, как ту информацию использовать. Делаю я это, то есть осуществляю размен, прямо сейчас, точнее сделаю завтра-послезавтра, когда смогу собрать доказательства, что девочка помещена в нашу больницу и будет вылечена, и предоставлю ей. Она скажет, где блокнот находится, и только после я официально стану действовать Потому и особая секретность нашего совещания — для легендирования.
— Ксения Братиславская, — произнесла глава службы безопасности рода.
Хорошее СБ, уважаю. Род, может, не самый богатый, не самый влиятельный, но на своих позициях стоит крепко, ни под кого не прогибается, в том числе благодаря чёткой работе своей службы безопасности.
— Да, мы операцию прикрытия решили так и назвать, «Блокнот Братиславской», — расплылся я в улыбке. — Это официальное название для «слива».
Все, сидящие за столом, включая Алинку, переглянулись.
— Так что вот так обстоят дела, — закончил я рассказ. — То, что нам нужна была легенда, совершенно не отменило то, что нас покоробило увиденное в приюте. Дальше мы с сестрой действовали уже самостоятельно, и то, что «замутили» в отрасли — наша целенаправленная импровизация. Не отменяющая то, что Братиславская с сего дня у нас. Теперь дело за малым, мама подпишет исполнение приговора её матери, и у нас на руках будет «блокнот с координатами», и я официально со всеми вами встречусь, где вы во-первых дадите ответ о своём участии, во-вторых, опишите, как его видите, и какие нужны шаги и от меня, и от вас. Там прослушка тоже будет губительна, но по крайней мере можно не прятать факт нашего совещания.
— Сильно! — восхищённо заявила Алинка. — Я так далека от этого шпионства… — Посмотрела на тётку, главу СБ. — Но ведь всё оправдано! И это вы с Машей всё сами придумали? — повернулась к нам.
— Если честно, немного мама помогла, — подала голос сестрёнка и выдавила пресную улыбку.
— А ещё честнее, не немного, — добавил я. — Но для всех это наше дело, она всё взвесила, прежде, чем взять самоотвод.
— Во как! — озадаченно воскликнула Елена Павловна и покачала головой.
Помолчали. Представители рода Троекуровых переваривали информацию. И там было над чем поразмышлять.
— А ведь может «выстрелить», — подвела итог размышлениям глава рода. — Я сход назову два-три рода, которые в теории МОГЛИ вот также рыть по всей стране, держа поиски в тайне. И, как понимаю, вы, ваша бабушка, не изводили весь род, а только главную ветвь. А остальные могли совершенно не знать о поисках главы и её ветви…
Сходу в корень зрит. Это не мы сказали, это они сами предложили. И мы закономерно лишь прилежно многозначительно молчали.
— Угу, потому, что закон о земле и недрах дурацкий, — вставила свои пять центаво Ольга Дмитриевна и принялась забивать табаком трубку — не выдержала нервного напряжения. Меня покоробило, но вякать о вредности не стал.
— Это точно, дурацкий, — заявила ещё одна сестра главы, доселе молчавшая. — До момента регистрации месторождения, любой сильный род может «отжать» его у нас, и зарегистрировать на себя. Сколько таких месторождений принадлежит совсем не тем, кто их открыл?
— Потому и говорю о коалиции, — повторился я. — Нам надо сколотить крупный бизнес-консорциум, с огромным финансовым потенциалом. Ибо обустройство карьера, конечно, окупится, но на первых порах встанет в такую копеечку!..
— У тебя есть кандидаты? — поняла Елена Павловна и пристально сощурилась.
— Не то, чтобы… — Замялся. — Но, на примете те, кто собирается участвовать в южноамериканском проекте. У них уже есть отложенные резервы под экспансию, они смогут что-то выделить для работы внутри страны. Те же Нарышкины — они сидят на деньгах, которые не работают. По остальным — вначале хотел услышать ваше мнение. Подумайте, назовите имена, а там посмотрим. И да, алмазы не карьер, но тоже сами не потянем. На карьер можно приглашать кого угодно в любом количестве, но кого брать в долю в Сибири… Я вот вообще не Копенгаген! Особенно после амнезии.
— Решим, подумаем, — утвердила Елена Павловна.
— Саш, ещё вопрос. — Это Ольга Дмитриевна, уже пыхтя трубкой — подожгла её с помощью фигуры, хорошо владеть магией. — Допустим, мы находим железо, устраиваем консорциум, привлекаем сильные рода. Как понимаю, лично наш род в этом предприятии будет иметь очень малую долю, ибо прицел у нас изначально на другое. Но алмазы… Знаешь, они, конечно, недёшевы, но даже для них есть некая граница себестоимости, выше которой их возить будет бессмысленно. Сам пойми, найти кимберлитовую трубу — одно. Но для добычи там надо создать пусть и небольшой, но город. С обеспечением.