Черновик для Эффы 5 - Владимир Алексеевич Ильин

— Вы вновь меня расстраиваете, мистер Тан Савой, — задумчиво произнесла Аллита. — Где ваша природная агрессия? Где желание приехать и сломать всем ноги?

— Я мирный человек и не люблю неприятностей. Пусть берут что хотят.

— М-да. С мятежником вы вели себя иначе.

— Я потом плакал по ночам. Ненавижу делать людям больно. Насилие убивает наш мир.

— Меня сейчас вырвет…

— Приедем и подадим заявление. Преступниками должны заниматься полицейские. Я честно плачу налоги и имею право на защиту.

— Нет, я не приду к вам этим вечером. — Раздраженно уставилась она в окно. — Носите свою тиару сами. И платье. И каблуки.

— Я приду. — Бухнула Келли.

— Увы, этой ночью я буду снова плакать. — Расстроенно отказался я.

— Тогда дай тиару посмотреть?

— Я буду плакать в тиаре.

— Тан, они не дали мне ничего! Ни сережек, ни колец, ни цепочек! — Искренне возмущалась Келли.

— Надо было подходить. Естественно, никто не станет приносить, там и без того очередь. — Тактично отозвался я.

— Я бы встала… Но…

Но пятьдесят три кило на коленках потом помогал с нее снять я. Она бы могла спихнуть вниз — но все бы рассыпалось. Так что пока все смотрели, примеряли и обсуждали, Келли жалобно просила дать ей хоть что-то.

Зато никто не будет выть под моими окнами про таллиум в украшениях. Хотя бы не этой ночью.

— Ты лучше скажи, отчего глифы такие здоровенные, а в энергетике они кажутся гораздо меньше?

— Это секрет внутреннего круга.

— А по жопе?

— Они частично растворяются в теле, достигается промежуточное энерго-физическое состояние таллиума.

— Каким образом?

— Путем молитв. Я не шучу.

Опять двадцать пять.

Дорога была проверена, так что я не стеснялся укладывать стрелку вправо. Не из-за желания повстречаться с «копателями», просто на часах было уже пятнадцать. Еще, в лучшем случае, два часа до дома. Там приглашенным звездам надо будет поесть, поработать, расставляя оборудование по крышам, и хоть немного поспать. Времени никогда не хватает.

В итоге донеслись до Сарги за рекордные час сорок и притормозили на въезде в поселение. Я сходил за планшетом и вновь осмотрел участок через камеру. Людей не было.

— Бинго, — сказал подошедшей Эффе, демонстрируя экран.

Место, где была банка, было вскопано — а сама она изъята. Или даже не знаю, как пришлось бы подсказывать им, где искать — возможно, пришлось бы побывать «мудрым пленником» и вновь продемонстрировать трюк с водой.

— Ты очень жестокий человек. — Все-таки прокомментировала она, покачав головой, проходя мимо «Эмбры» назад.

Я же задержался, чтобы найти момент завершения поисков. Полюбовался, как трое скачут и танцуют от радости, тряся банкой и передавая ее друг другу. А потом озадаченно читают сообщение — и один из них фотографирует его на сотовый, возможно, передавая сообщникам. Но главное — они ушли, не оставив неприятных подарков в виде растяжек. Не должны, разумеется — только у определенной категории людей иногда мысли набекрень. И гадят они просто из принципа.

— Едем дальше. — Сел я за руль, продолжая движение.

— Что там про жестокость? На обочине была бабочка, и ты ее раздавил? — Сухо уточнила Аллита.

— Договорились с Эффой, что напишем сразу два заявления. А преступники уже ушли, не беспокойтесь. В ворота постучал соседский мальчишка, и они испугались.

— Великолепно. Познакомьте меня с этим маленьким рыцарем.

— Легко. Это местный дурачок, он ходит и стучит палкой по воротам.

— Палка длинная и обструганная? — Уточнила Келли. — Если он постучит в ее ворота, ничего не повредит?

— Вы оба мне мерзки и неприятны, — уткнулась Аллита в свой телефон.

— Но я все еще твой учитель.

— А я принимал тебя в Орден.

— Хорошо, что мне делать? — Вздохнула она, убирая сотовый.

— Помоги разгрузить сумки и покажи комнаты нашим гостям. — Попросил я, поворачивая на улицу к нашему дому. — Будь почтительна.

— К этой Вае и ее шести дополнительным ногам?

— И сверток с моих коленей забери. Только бережно! — Добавила Келли.

— Я грузчик в секретном ордене. Прекрасно. — Открыла она дверь, как мы остановились, и легко забрала сверток.

— Осторожно — там ямы, — не стал я выходить из «Эмбры», окошко только опустил. — Туфли береги.

— Да, девчонки! Смотрите под ноги — у нас тут развелись радиоактивные бобры, — со смехом произнесла Эффа, подходя к воротам, чтобы их откатить в сторону. — Тан, ты будешь загонять машину?

— Сразу поеду на почту. Надо срочно написать заявление, — это для Аллиты, покосившейся после этого тоскливо со свертком в руках.

На почту и направился. Черкнул пару строк, положил в конверт вместе с орденом — он не радиоактивный, служба доставки спокойно пропустит. И все это поехало в Столицу — озадачивать и радовать.

После почты проехал чуть ближе к высотному городу, забрал из машины порядком полегчавшую спортивную сумку и направился пешком через лаз в мертвый город.

Следовало подготовить свою часть для ночного шоу.

Тяжела профессия частного репортера. Я был им менее шести часов, а умотался так, что по возвращению обратно в дом рухнул на стульчик, вытянул ноги, и это показалось мне высшим наслаждением.

Правда, сложность именно моей работы была чуть выше, чем у Альки и Гаи, за которыми я носил три баула с оборудованием и пауэрбанками. Еще я взрезал сварку на дверях и замки на чердаке, отпинывал темные тряпки, похожие на крыс, с их пути, первым проверял прочность досочек, переброшенных между близкими крышами, придерживал за руку и старательно смотрел в сторону, когда они ругались со «штабом», в котором остались Вая и Лавви, из-за ракурса картинки.

Роли в их коллективе были распределены так: Алька работала с камерами и ставила кадр, Гая поднимала меш-сеть и сопрягала с оборудованием, Вая получала кадр в нашем доме на выставленные на кухонный стол ноутбуки, Лавви снимала «внутряк» для закрытого раздела, готовила кофе, а в свободное время делала короткие ролики с яркими моментами. Обычно в их коллектив добавлялась Ринна, ответственная за жирные рекламные контракты и томный голос, но в этот раз «работали для друзей». Все это мне между делом сообщали, пока я в какой уже раз отсчитывал ногами ступеньки очередного девятиэтажного дома.

Я все хотел спросить, кто в обычное время носит баулы с тяжестями, подает воду, успокаивает легкие истерики и покладисто говорит «конечно, давайте отдохнем», расстилая им покрывальце. Оказывается — фанаты. Лучшим из них доверяли делать массаж стоп, но я не повелся.

Все наши разговоры транслировались в «штаб», откуда истекало постоянное недовольство скоростью, качеством, освещением, а необходимые кронштейны, крепеж и люмены предлагалось добывать из