Аллер. Том 3 - Олег Сынков
— Мы должны действовать решительно и без колебаний. Каждый шаг должен быть просчитан, каждая фраза — взвешена. Наша делегация должна быть воплощением нашей силы и нашей воли. Они должны нести в себе не только требования, но и обещание — обещание мира и процветания, но только в том случае, если Асворт примет наши условия без возражений. Мы должны показать им, что их будущее зависит от нашей доброй воли, и что эта добрая воля имеет свою цену. И эта цена будет высокой, но справедливой, учитывая масштабы угрозы, с которой они столкнулись.
— Я понимаю, Аллерсавр, я буду их стращать и запугивать?
— Да, Диграр, именно так.
— А если они мне голову открутят и в космос выбросят?
— Всё когда-нибудь заканчивается, Диграр, значит, ты умрёшь героем, и о тебе сложат песни.
— Другого ответа почему-то я и не ждал от вас, Аллерсавр, — и он засмеялся. А я улыбнулся. Я знал, что Диграр — бесстрашный человек, мне рассказывали о нём и Отец, и Ритар. Так что я знал, как поведёт себя этот человек в разговоре с нами. И я даже догадывался, как он будет себя вести при Миваре: он точно не будет пресмыкаться. Он будет как гранит, непробиваем.
— Я готов, чтобы обо мне слагали песни, я приложу усилия, чтобы они согласились на посольство. А кто войдёт в делегацию, кто её соберёт?
— Вообще-то, Диграр, ты сам и наберёшь людей в свою делегацию, — сказал мой Отец. — Ты должен доверять людям как себе, поэтому это твоё право — набрать людей.
— Это совсем другое дело, Вардамар, я соберу людей, какие сроки у меня?
— После награждения наших солдат у тебя будет ещё три дня, а значит, у тебя почти неделя. И не забудь: через три дня ты должен присутствовать, когда награды будут получать все по своим заслугам.
— Этого праздника я не пропущу, я хочу видеть реальных героев сражений, я ведь не смог поучаствовать в войне.
— Ничего ты не пропустил, Диграр, — сказал я, — ты сейчас в самое пекло полезешь к ним, и это тоже дорогого стоит. Это и будет твоим полем битвы, если так сильно хочешь. А ты знаешь, я и сам в боях не участвовал.
— Нет, вы участвовали, мне рассказывали, и первый захваченный борт именно он, и он на вашем счету. А сколько раз вы натыкались на чужие борта, да просто очень много. Вот мне и поведали солдаты, как вы себя вели. Вы же первый бросались к пушкам и увлекали всех своими действиями. Вот поэтому на вашем счету столько побед, вы вели за собой солдат. И я честно горжусь вами, Аллерсавр, и уж точно не посрамлю нашу федерацию, когда отправлюсь в Асворт.
Я, не зная, что делать от слов, сказанных Диграром, просто в порыве обнял его. Я, правда, не знал, что делать. А это даже подстегнуло Диграра к решимости, меня успокоило, а остальных впечатлило.
— Так я не понял? — сказал Отец. — А почему это тебя, Аллер, и тебя, Бат, нет в наградных списках? Вы что, не герои, что ли? По мне так самые что ни на есть герои.
— Отец, я хочу сказать вот что. Все эти награды, что я задумал, и то, что мы будем ими награждать других, это и есть моя награда для меня. Пойми меня, Отец, я и так уже отмечен тем, что буду будущим Дамаром, мне этой награды одной хватит. Да, брата надо наградить, но меня нет.
— Меня и так уже многие знают и превозносят, хотя я мало что ещё сделал, а планов у меня огромное множество. И первое в моём плане — это армия. Я модернизирую её и сделаю по большей части контрактной. Да, призыв будет осуществляться, но по другим принципам. И это тоже моя награда будет для меня. Я отказываюсь вообще от наград для себя, но никак не для других. В будущем по этим наградам я буду узнавать своих соратников и сподвижников.
— Потому что они рисковали своей жизнью ради того, чтобы другие жили, и я в их числе, и все вы вместе взятые. Неужели этого будет мало, чтобы я больше доверял награждённым? Я думаю, нет, вполне хватит для того, чтобы я им доверял. И я уверен, ни одна морда не примажется к награде. Это я уже сделал, чтобы таких не было. Все награды будут даваться только заслуженно и будут идти от самых низов. То есть от самых малых командиров по званию и до самого верха. Всё будет проверяться несколько раз.
— Вот что такое награда для меня, Отец.
— Ты дальновидный, Аллер, мне это в тебе нравится. Что ж, пусть будет по твоему. Не желаешь наград — ну и ладно. А что ты там про армию говорил, про призыв и всё прочее?
— Я, Отец, если хочешь, тебе через неделю проект передам. Я пока только на стадии размышлений о нём, если что. Но он обязательно появится у тебя на столе.
— Хорошо, Аллер. Теперь, Диграр, ты всё слышал. Ты знаешь теперь, что нам надо от Асворта, так что приложи усилия и добейся скорейшего посольства от Асворта в наш мир. Ты свободен, Диграр, можешь идти. Дай только знать, когда отправишься со своими людьми к ним.
Диграр попрощался и ушёл.
— Ну что, сыновья, одно дело решили, теперь следующее.
— Вы мне расскажите, что там на полигоне у Станиса Велома делается. Говорят, люди повалили на стрельбища, как из рога изобилия?
— На полигон Старскар, Отец.
— Что, Старскар? Не понял.
— Полигон теперь носит имя Старскар, Отец.
— А вон оно что, переименовали, значит. Ну что там?
— Я хотел было начать рассказывать, но Бат меня придержал и вытащил свой компьютер. Он его разложил, сделал проекцию на стену, и там появилось видео с нашим участием с ним.
— Отец, я всё заснял, и это будет красочнее слов, а главное — пояснять и рассказывать ничего теперь не нужно будет.
И мы начали