Резидент. Часть 6 - Никита Киров

Я тут же нырнул во дворец памяти к одной из картин. На ней был ангел, но не такой, как их изображают в виде красивых с крыльями и нимбом. Этот хардкорный, из Ветхого Завета — бесформенное существо в виде множества крыльев, перьев и глаз.

— Он же из Моссада, — сказал я, быстро расшифровав ребус из мелких намёков.

— Работает на Ланге уже полгода, — сказала Змейка и удивилась: — Но откуда ты…

— Неважно. И он с клиентами? Он же страшный.

— Он не встречает клиента, но он в здании. Мы попробуем его отвлечь…

Не, надеяться не надо, надо самому за этим следить. Потому что отступать некуда, и другого такого шанса проникнуть в сердце территории доктора Ланге не будет.

Я надел шорты и майку, как у Томпсона, такую же рубашку, и с гримом уже ничем не отличался от него. Вернулся в гараж, где меня уже ждал водитель, похожий на предыдущего как две капли воды.

Он так-то мог и сам привезти клиента сюда, но мне надо было изучить его мимику, движения и манеру речи. Всё по методу Тумана, ведь видеозаписи тут могут крепко обмануть.

И я сел на заднее сиденье.

— Куда, сеньор? — спросил водитель на итальянском.

— Куда обсудили, Джованни, — сказал я с американским выговором Томпсона, входя в роль.

Первый этап закончен, теперь остался самый сложный. Уже через тридцать минут мне открыли дверь «Мазерати», и я вошёл внутрь стеклянного бизнес-центра с надписью на входе: «Albion Technologies» — легальной вывески для «Albion Investigation».

— Добро пожаловать, мистер Томпсон, — сказал мне администратор в приёмной на английском с лёгким акцентом. — Не желаете вина?

— Вино вредно, от него стареют клетки, — отозвался я, недовольно обмахиваясь. — Лучше минеральную воду без газа, обязательно комнатной температуры, с электролитами, без всякого льда и сахара. И без лимона, конечно же. Только убедитесь, что она была в стеклянной бутылке, а не в пластиковой.

Сыграть роль помешанного на всём этом типа у меня получалось, вышло очень подходяще, и я даже не выдал внешне, насколько это всё кринжово.

— Конечно, сеньор, — отозвался администратор, немного смутившись. — Остальные гости уже здесь, презентация скоро начнётся.

И я её послушаю. А после постараюсь сорвать им все планы.

Самое охраняемое в мире подвальное хранилище казино? Сервера Пентагона? Дворец Йонсон в Северной Корее, где живёт Ким Чен Ын? Для Тумана это всё было вызовом, и за всё это он брался, хренов адреналинщик. Не мог без этого жить, хотя порой делал вид, что завязал.

А тут ещё сложнее, ведь его методы здесь знают, они давно проанализированы, и к возможному нападению готовились. И не только со стороны Тумана. Тут и «ОмниПалант» тоже точит зуб на Ланге, о чём доктор знает, но продолжает рисковать.

Поэтому надо адаптироваться и придумать что-нибудь новенькое, чтобы удивить Малаха — нового друга доктора Ланге. Его-то Туман помнил хорошо.

— Прошу за мной! — пригласил нас администратор в следующий зал.

Я пошёл по коридору вслед за остальными, разглядывая гостей.

Если бы про эти события снимали фильм, то все гости выглядели бы однообразно. Это были бы мужчины в смокингах по цене крыла самолёта, которые держали бы в руках бокалы шампанского, стаканы с виски и сигары, ещё бы при этом лапали девушек в ярких платьях и шутили циничные шутки, обсуждая планы по захвату мира. Ну, короче, вели бы себя как типичные злодеи из бондианы, а главным был бы мужик со шрамом.

Но современные злодеи давно выглядели иначе, чем в кино. Часть из тех, кто был здесь — ничем не примечательные с виду люди. Это часть безликой системы спецслужб, корпораций, частных разведок и контрразведок. Убери одного, завтра придёт другой, а сама система никуда не денется и будет интересоваться разработками Корнеева, которые Ланге выдавал за свои, дальше.

Другие — наоборот, внешне привлекали внимание, потому что в основном были молоды, здоровы, обвешаны гаджетами и не выпускали из рук телефоны, благодаря которым были в курсе всех новостей и котировок принадлежащих им фирм. Они постоянно обсуждали стартапы, новые технологии и тренды. Богатым айтишникам тоже интересна система глобальной слежки, ведь они, как никто, понимают, насколько это серьёзное оружие в современном мире.

Ну и кроме того, многих из них, особенно всяких адептов лежать в ледяных ванных, есть траву и переливать чужую кровь в надежде выгадать себе пару дополнительных лет, интересовал проект цифровой личности. Ведь это же потенциал жить вечно.

И с ними я, Вадик Лебедев, обычный парень из России с памятью супершпиона в голове, о котором хотят знать многие, кто здесь находится, но даже не знают, что он с ними в одной комнате.

— Вот я использовал эти процедуры, — рассказывал мне один, приняв меня за Томпсона. — Кожа молодеет. А вот волосы редеют, — он провёл рукой по голове. — И мне пришлось в Швейцарию лететь на пересадку.

Другой жаловался, что его умное кольцо показало, что показатели сна были хуже нормальных показателей, хотя он спал восемь часов, и теперь он чувствует себя разбитым. Но ради этой презентации он приехал.

А вот представители спецслужб не жаловались, ничего не обсуждали, и даже не косились на людей, говорящих про омоложение. Они молча ждали и наверняка думали, когда представится шанс поговорить с самим Ланге уже о конкретных делах, без этой демонстрации, которую они считали лишней.

Но пока же Ланге в Бельгии. Да и он хитрил, ведь он не просто так зазывал всех этих людей разом. Кто-то может дать деньги, а кто-то перепугаться конкуренции и предложить ещё больше в частном порядке. У него расчёт, и большинство гостей играют роль в его спектакле.

Зато кофе здесь был очень хороший и печеньки тоже.

Но пока на экране показывали возможности анализа сети умных устройств (к сути ещё не переходили), я отошёл в туалет.

Вот теперь надо действовать так, чтобы меня не вычислили люди Ланге и его системы. Вернее, чтобы вычислили. А ещё вернее — чтобы думали, что вычислили.

Так что я зашёл в туалет, посмотрел на умный унитаз с датчиками и снял с пальца умное кольцо, вроде того, какое было у Скотта Томпсона, чью личность я примерил.

Бульк!

Кольцо пошло