Переселенец 3 - Тампио
Возможно, морепродукты подействовали и на девушку подобным образом, так как она начала делать прозрачные намёки на другой вариант продолжения веселья.
На следующее утро, а если быть точным, то это был уже день, мне пришла мысль:
— Айара, может, переедешь ко мне? Какой смысл ютиться в квартале художников?
— К тебе? — девушка со скепсисом осмотрела комнату.
— Что? — удивился я. — Здесь же просторнее!
— Просторнее, но света мало, так как окна небольшие. Да и место для мольберта надо, холстов, рам и прочих красок.
— Хмм… Мне эта мысль в голову не приходила, но можно попробовать рисовать на крыше.
— На крыше? — в голосе Айары одновременно слышалось недоумение и заинтересованность. — Там меня не сдует? Ветер этюдник не опрокинет? Скоро начнутся дожди, и под открытым небом не порисуешь.
— Давай посмотрим и решим.
Мы сходили и нашли неплохое защищённое место, так как на крыше хватало различных технических надстроек.
— Если вот тут поставить временную стену из чего-то простого, то можно хранить и этюдник, и холсты, и краски. Только договориться с управляющей компанией придётся и что-то за аренду им платить.
— Согласна. И от дождя есть где укрыться, — улыбнулась Айара, и мы уже собрались уходить с крыши, как она неожиданно завизжала.
Я буквально подскочил на месте, и начал озираться, но ничего не увидел, а моя невеста уже смеялась:
— Мне контракт предложили!!!
— Кто? Что именно? — от сердца сразу отлегло.
— Какая-то типография, — начала объяснять Айара. — Хотят напечатать репродукции моих двух картин с ящерами.
— Поздравляю, — искренне ответил я. — И какие условия?
— Да какая разница?! — девушка чуть ли не подпрыгивала от радости. — Надо соглашаться. Это же удача!
— Вот соглашаться на любые условия точно не надо, — попытался я её урезонить. — Скинь мне файл для ознакомления.
Предложение было кратким: типография перечисляет по пятьдесят тысяч кредитов за картину — итого сто тысяч — и печатает репродукции. Ни о тираже, ни о чём другом не упоминалось.
— Сто тысяч!!! — Айара просто светилась. — Это больше, чем на выставке за всё!
— Вроде бы выгодно, — пришлось мне согласиться. — Но я бы не спешил. Кстати, за сколько подобные репродукции продают обычно?
— Обычно? Нет такого понятия, — начала объяснять мне девушка. — Какие-то за двести кредитов лежат никому не нужными, а другие и по две тысячи не купить нигде.
— Капиталисты ничего не делают, если не чувствуют прибыль. Удивительно, как они быстро подсуетились! Ведь времени после выставки прошло совсем ничего. Не уверен, что картины даже успели в городскую администрацию привезти.
— Так интервью с Меулом Джегудином было опубликовано на следующий день… Вчера, то есть…
— Тем более странно. Конечно, ты можешь согласиться, но я бы не спешил. Если то интервью так скоро взбудоражило одних, то не исключено, что и другие предложения пришлют.
— Да, логично, — согласилась Айара, после небольшого раздумья. — Просто я никогда раньше подобные предложения не получала. Хорошо, что ты меня остановил, — и поцеловала меня в щёку…
Через полчаса мы вышли из дому, и, взяв такси, направились в квартал художников, забрать этюдник и личные вещи.
На площади стало непривычно свободно, так как мольберты унесли в ближайшее здание, бывший цех. Я в очередной раз подивился щедрости меценатов, которые занимаются таким неприбыльным делом, даже если и имеют какие-то налоговые льготы.
Мне думалось, что мы тут надолго не задержимся и уже был готов заказать такси на обратный путь, но с моей спутницей зацепились поболтать две девушки, а потом подошло ещё несколько человек. Разговор пошёл о выставке и о том, как это необычно — продать свои картины в городскую администрацию. Я терпеливо стоял поблизости, понимая, что Айаре эти охи и ахи как бальзам на душу, да и женщины более склонны обсуждать свои переживания, чем мужчины. Так что мы здесь на полчаса как минимум.
Разговор зашёл о дальнейших планах, и вот тут Айара возьми и ляпни о странном предложении. Ой, зря она это сделала!
— Контракт?! — громко удивилась одна из девушек, и группа загудела.
Всё бы ничего, наверное, но начали подходить любопытствующие, и одним из них оказался тот самый Поволокоокий. Мужчина постоял минуты две, хмуро слушая женский трёп, а потом приблизился к Айаре, почти растолкав присутствующих:
— Ты когда мне долг отдашь? Раз просрочила, то теперь он составляет сорок тысяч!
Моя невеста сразу даже не поняла смысла требования, поскольку находилась в состоянии эйфории:
— Ой! Я забыла, Артис!
— А мне-то что?! — мужчина злорадно ухмыльнулся. — Долги надо возвращать!
— Минуту! — я, сам не понимая, как оказался между ними. — О каком долге идёт речь?
— А ты кто такой? — Поволокоокий смотрел на меня с явным неудовольствием. — Один из её многочисленных дружков?
— Что за долг? — я решил не отвечать на провокацию, проверяя, ведётся ли видеозапись.
— Она испортила мою лучшую картину, которая имела все шансы выгодно продаться на выставке! Я потерял прибыль и Айара должна возместить мне хотя бы часть убытков.
— И кто оценил картину в такую сумму?
— Я оценил! Мой опыт участия во множестве подобных выставках известен всем. А ты кто такой?!
— Это всего лишь слова, — я снова не стал отвечать на пустые вопросы. — Должна быть экспертиза, на основании которой следует и требовать возмещения убытка.
— Ты хочешь, чтобы я выдвинул официальное обвинение?! Тогда ей придётся выложить не менее пятидесяти тысяч кредитов, — Артис с вызовом посмотрел на Айару. — Ты к этому готова, детка?
Молчавшая доселе толпа вокруг нас зашумела.
— Выдвигай обвинения, — повторил я. — Если экспертиза подтвердит, что Айара испортила твою картину,