Siri, как мне стать шиноби? - Влад Жур

А у подножия кровати замерли две самые монументальные фигуры этого времени. Третий Хокаге, Хирузен Сарутоби, одетый в простое боевое кимоно, и Мито Узумаки — статная, завернутая в строгое темное хаори, с волосами цвета увядающей розы, уложенными в два безупречных пучка по бокам от макушки. Её глаза, полные вековой скорби и одновременно стальной жесткости, впились в меня мертвой хваткой.

— Тихо, тихо, не делай резких движений, — мягко, но уверенно произнесла Цунаде, положив прохладную ладонь мне на плечо, когда я попытался приподняться на локтях. — Ты в госпитале Конохи. Всё самое страшное уже позади.

Я заставил себя сглотнуть вязкую слюну и выдавил хриплый, надсадный шепот:

— Где... где мой отец? Свиток...

При упоминании отца Хирузен Сарутоби едва заметно отвел взгляд и прикрыл глаза, а Мито Узумаки сделала шаг вперед. Её шаги были абсолютно бесшумными, но от её приближения ее яркий цвет чакры в моем восприятии стал еще более монументальным.

— Твой отец пал как истинный шиноби Водоворота, защищая тебя и наследие нашего клана, Ашура, — её голос прозвучал как удар погребального колокола, ровно и безжалостно, но в глубине интонации угадывалась глухая, страшная боль. — Свиток Хранения здесь, в этой комнате. Он в полной безопасности, и Коноха гарантирует неприкосновенность имущества наших союзников.

Я перевел взгляд на Хокаге. Тот затянулся из своей неизменной трубки, выпустив колечко ароматного дыма, и тепло, почти по-отцовски улыбнулся мне одними глазами:

— Дитя, Деревня Скрытого Листа скорбит вместе с тобой. Узушиогакуре была нашим самым верным побратимом с самого основания. Кайда Абураме совершил невозможное, чтобы довезти тебя сюда живым, а лучшие медики Конохи боролись за твою жизнь двое суток. Ты среди друзей.

«Siri, зафиксируй уровень искренности объектов», — мысленно скомандовал я, заставляя себя дышать немного рвано и испуганно, как и подобает тринадцатилетнему подростку, очнувшемуся в чужой деревне после резни.

Внимание. Провожу анализ микромимики и эманаций чакры собеседников.

Объект Хирузен Сарутоби: уровень эмпатии — высокий, однако вербальные формулировки выстроены с целью вызвать у вас чувство долга и благодарности.

Объект Мито Узумаки: испытывает глубокий стресс, зафиксирована ментальная фиксация на свитке знаний. Рекомендация: продолжать придерживаться официального протокола, не поддаваться на эмоциональные триггеры.

«Понял тебя. Пора включать дипломатию Хранителей Знаний».

Я сделал глубокий вдох, превозмогая зуд в животе, где под кожей плотным узлом сжалась модифицированная печать с чакрой Кьюби, и посмотрел прямо в глаза Третьему Хокаге. Мой взгляд, вопреки ожиданиям взрослых, не был взглядом сломленного ребенка. В нем, благодаря слиянию двух душ и расчету Siri, читалась холодная, вековая собранность моего погибшего клана.

— Благодарю вас за спасение моей жизни, Хокаге-сама, — произнес я. Голос всё еще немного дрожал от физической слабости, но слова я чеканил четко. — Клан Узумаки умеет помнить добро. И именно поэтому, как единственный выживший наследник ветви Хранителей Архива, я официально прошу вас...

Я сделал короткую паузу, чувствуя, как в палате мгновенно натянулась невидимая струна напряжения. Хирузен чуть подался вперед, даже Мито затаила дыхание.

—...Я прошу вас немедленно пригласить сюда главу дипломатической миссии Узушио в Конохе, — закончил я, глядя Хокаге прямо в глаза. — Передача Свитка Знаний и обсуждение моего дальнейшего статуса должны проходить исключительно в присутствии официального представителя моей страны.

Ответить Хокаге не успел. Тяжёлая дубовая дверь палаты резко открылась. На пороге показалась фигура, от одного вида которой атмосфера в комнате мгновенно упала до нуля.

Это был мужчина средних лет с холодным, словно высеченным из камня лицом и пронзительным, расчетливым взглядом единственного открытого глаза. Его правая рука и правая половина лица были плотно замотаны свежими медицинскими бинтами. На плечи накинуто серое кимоно, а за спиной безмолвными тенями замерли двое оперативников в фарфоровых масках АНБУ.

Данзо Шимура. Глава «Корня». Человек, чьё имя в будущем станет синонимом самых грязных тайн Конохи.

— Данзо? — Хирузен Сарутоби резко повернул голову, и его добродушный взгляд в секунду превратился в стальной. — Твой визит нарушает все медицинские и политические протоколы госпиталя. Я ясно дал понять, что посторонним сюда вход воспрещён.

— Посторонним, Хирузен, но не мне, — голос Данзо прозвучал сухо, с лёгким скрипом, словно шуршание сухого пергамента. Он проигнорировал недовольство Хокаге и сделал несколько шагов вглубь палаты, оперевшись на деревянную трость. Его единственный глаз впился в меня, сканируя с ног до головы. — Ситуация вышла далеко за рамки обычной медицины. Мальчик очнулся, и у нас слишком мало времени на сантименты.

— Данзо, убирайся, — Мито Узумаки даже не повернулась к нему, но её лазурные волосы едва заметно приподнялись от хлынувшей наружу чакры. Багровые, удушливые искры Кьюби на мгновение проскочили по её коже, заставив оперативников АНБУ за спиной Шимуры рефлекторно схватиться за рукояти танто. — Ты забываешься. Перед тобой не твой подчинённый, а выживший член правящей семьи Водоворота.

— Мито-доно, я безмерно уважаю вашу силу и ваш вклад в Коноху, — Данзо слегка склонил голову, но в его тоне не было ни капли искреннего почтения. — Но Узушиогакуре мертва. Разорена и сожжена дотла. Страны Водоворота больше не существует на политической карте. А этот подросток — не просто беженец. Он псевдо-джинчурики, несущий в себе колоссальный объём чакры Девятихвостого, и Хранитель свитка, за которым будет охотится весь мир шиноби, если информация просочится, а учитывая, столько людей уже знают о его наличии, оставлять его без надлежащего контроля — преступная халатность.

«Siri, полный анализ вошедшего и уровня угрозы», — мысленно скомандовал я, стараясь сохранить на лице маску испуганного, но гордого сироты.

[Внимание. Объект идентифицирован как Данзо Шимура. Уровень угрозы: критический. Наблюдается экстремальный всплеск ментальной активности, направленный на подавление вашей воли.

Зафиксирован скрытый приказ оперативникам АНБУ: согласно движению зрачков и микро поворотов головы они оценивают геометрию палаты для возможной быстрой фиксации вашего тела.

Рекомендация: не проявлять агрессии. Позволить Третьему Хокаге и Мито Узумаки принять удар на себя. Ваша лучшая защита сейчас — статус дипломатической неприкосновенности.]

«Понял. Работаем от обороны».

— Довольно! — Хирузен с силой ударил кулаком по ладони, и аура Профессора шиноби заполнила палату, буквально придавив Данзо к полу. Даже Бьякуган Хаори Хьюги на мгновение деактивировался от такой концентрации чужой энергии. — Данзо, ты переходишь черту. Дипломатическая миссия Узушио в Конохе всё ещё официально функционирует. И пока жив хотя бы один представитель их власти, законы союза священны.

Данзо слегка поморщился от давления чакры Хокаге, но его взгляд остался непоколебимым. Он снова посмотрел на меня:

— Ты требуешь посла, мальчик? Твой двоюродный дядя, глава миссии, сейчас находится в резиденции Хокаге. Он подписывает документы о передаче уцелевших гражданских Узумаки под юрисдикцию