Навь - Татьяна Филатова

девочкой на вид лет десяти-двенадцати. Сейчас же о том, что это существо в прошлом было человеком, напоминали лишь длинные, грязные, растрепанные волосы, выглядывающие из-под мешковатого капюшона, да драная юбка. Ноги были босыми, и Сергей видел длинные, черные ногти и сухие грязные стопы, какие бывают, как он думал, разве что у стариков, которые давно перестали ухаживать за своим телом. Лицо же маленького демона было еще более жутким, чем у того, что забрался в машину: в отличие от него, у этой «девочки» один глаз был белым и мутным, второй же – таким, как и у людей, но глазной белок полностью залило кровью. Черные губы этого демоненка были растянуты в зловещей, ехидной усмешке чуть ли не до ушей, а за ними виднелось два ряда острых как бритвы зубов.

- Убирайтесь, - пятясь к водительской двери, раздраженно проговорил Сергей.

Вдруг все четыре демона (кем они точно были – Сергей не знал, а всего того, что ему наговорил Гена, он не запомнил) резко посмотрели в одну сторону – за машину Сергея, к которой он стоял спиной, и, переглянувшись между собой, спешно побежали в сторону деревни, то и дело оборачиваясь и поглядывая на живого человека. Однако этот человек понял, что нечисть испугалась, вероятно, не его. Он медленно обернулся назад и увидел, что за его автомобилем с обратной стороны стоит еще одна невысокая фигура – словно еще один ребенок, замотанный в грязные лохмотья из мешковины. Лица видно не было – капюшон полностью его скрывал, но то, что этот демон или кем бы он ни был, стоит и смотрит прямо на Сергея, и то, что его испугались убежавшие уродцы – сомнений не было.

- Я просто сяду в машину, - тихо, словно оправдываясь, проговорил Сергей, медленно протягивая руку к дверной ручке. – Я никого не буду трогать. Я просто сяду внутрь и закроюсь.

Ответа не было. Сергей открыл дверь, медленно, не теряя из виду того, кто на первый взгляд казался простым деревенским ребенком, сел в салон, затем быстро захлопнул дверь и закрыл изнутри центральный замок. Гена был прав: темнело быстро, и теперь снаружи, казалось, был уже глубокий вечер, оттого стоявший у автомобиля странный то ли ребенок, то ли демон выглядел еще жутче. Сергей видел, как тот медленно обошел машину, затем, дойдя до багажника, приложил что-то острое, как по звуку понял Сергей, и провел им по всей левой стороне автомобиля, медленно подходя к водительской двери. Сергей слышал противный скрежет по кузову его нового, белого кроссовера, и ему казалось, что это царапают его сердце. Сознание снова говорило ему, что все это происходит не на самом деле, но легче оттого не становилось. Когда же существо в лохмотьях дошло до водительской двери, оно медленно трижды постучало Сергею в стекло длинным, острым, черным когтем, как у ястреба, и Сергей понял, что его автомобиль этот демон (а теперь для Сергея, кто бы ни прятался под капюшоном, это был только демон) поцарапал своим жутким, нечеловеческим ногтем. Существо чуть ли не вплотную прислонило свое лицо к стеклу, но все, что успел в темноте разобрать Сергей, это черные глаза и такие же черные губы, как и у другого, вот только с этих губ к подбородку, казалось, стекали грязные слюни. Постояв так несколько секунд, демон ушел, вероятно – в деревню. Сергей не мог сказать, куда точно, потому что вся округа снова погрузилась во мрак.

Он долго не мог уснуть – сердце выпрыгивало из груди, и Сергей задумался: происходит ли то же самое в данную минуту с его сердцем по-настоящему, в другом мире? В мире живых. Он обдумывал те сутки, что провел в Нави, если, разумеется, здесь время исчислялось сутками, и пока единственное, что он понял, так это то, что на том свете с ним случилось нечто нехорошее – что-то смертельно опасное, к тому же его прокляли, за что он и оказался здесь. Здесь…

- Навь… - прошептал Сергей, глядя на свое отражение в зеркале заднего вида, подсвечивая на свое лицо экраном неразряжающегося смартфона. – Что же ты такое?

В этот момент слева – там, где на невысоком холме расположился лес, Сергей заметил какое-то свечение. Присмотревшись, он увидел маленькое светящееся облако, что словно спускалось с холма. Сергей снова напрягся, понимая, что в этом месте ничего хорошего ниоткуда ему ждать не стоит, однако, вопреки его опасениям, светящееся облако направилось в сторону деревни. Впервые Сергей позавидовал обладателям старомодных занавесок в салоне автомобиля. Просидев в напряжении еще какое-то время, он сдался, снова опустил сиденье и уснул.

Как взошло солнце (или что тут у них?), Сергей не заметил. Он открыл глаза и тут же громко вскрикнул, увидев стоявшего прямо перед капотом машины полоумного деда.

- Семен, чтоб тебя! – выругался Сергей. – Опять приперся, дурак беззубый?

Старик стоял перед автомобилем, растягивая идиотскую, беззубую улыбку. Подняв свою палку, он, продолжая радостно улыбаться, несколько раз ударил ею по белоснежному капоту.

- Хватит уродовать мою машину! – раздраженно закричал Сергей. – Проваливай!

- Сема! – издалека раздался властный женский голос, и Сергей приоткрыл окно, чтобы понять, ни Анастасии ли он принадлежит. – Сем, ну не пугай человека, - проговорил тот же голос, и Сергей был уверен, что это действительно говорит Настасья.

Она пришла с другой стороны – со стороны чистого поля, и Сергей сам себе задался вопросом: что же она там делала.

- День добрый, Анастасия Ильинична, - поприветствовал он черноволосую, статную женщину, на голове которой был повязан черный платок, вышитый крупными, красными цветами и завязанный под толстой косой. Сергей вышел из автомобиля, чувствуя, что немного осмелел, а Анастасия с легкой, слегка ехидной ухмылкой снова смерила его сверху донизу взглядом своих карих глаз.

- Ну добрый, - с легкой насмешкой в голосе сказала она. – И пусть даже день, раз так тебе сподручнее. Ты же уже знаком с нашим Семеном?

Старик лукаво поглядывал то на Анастасию, то на Сергея.

- Знаком, к сожалению, - ухмыльнулся в ответ Сергей.

- Сема, - строго, по-учительски сказала беззубому деду Анастасия, - ты живого не тронь, понял? Сам себе живцов добывай, а этого не касайся даже.

Старик враз изменился в лице, сплюнул себе под ноги, бросил на Сергея злобный взгляд и недовольно побрел в сторону деревни.

- А кто он такой?