О'Cанчес - Пинка Удаче

— Я слушаю, выкладывай, давай. Не сестра — одни сюрпризы.

Лён встревожился и твердо решил про себя, что свою часть денег в Машкины фантазии он вливать ни под каким видом не будет, пусть она учится мотовству на собственную долю!.. Но дело, оказывается, было вовсе даже не в деньгах. Машка попросила его, чтобы на церемонии они оба выступили как равноправные владельцы выигрышного билета, вроде бы как вместе покупали и владели. На самом деле билет, конечно же, принадлежит Лёну и только ему, и деньги, согласно папиному указу, принадлежат конкретно Лёну и он сам вправе делить их, как ему захочется… Она даже в мыслях на это не претендует!.. Но вот чтобы для публики… Чтобы масс-медиа освещали в своих репортажах их обоих… Чтобы интервью, фотографии и все прочие дела они вместе давали…

Машка лихорадочно потирала узенькие ладошки и уже приготовила физиономию под слезы и страдания, дабы просьба ее выглядела как можно более убедительно.

Ах, вот что ей нужно… И всё? Вопрос судьбы, называется! Бедная, бедная Машуля, и из-за такой ерунды она парилась?..

— Ишь ты! Но с чего ты взяла, что будут фотографии, интервью…

— Будут, Лёник! Тонна шестьсот! И по телевизору всех покажут, я читала!.. Если ты только согласишься — я честно буду на втором плане, а ты на первом! Вот, даже ни на капельку не сомневайся! Ты первый — я за тобой.

— Да не вопрос! Машенция, ёлы-палы! И ты из-за таких пустяков мне столько времени головные мОзги полоскаешь??? Вместе так вместе, я за. Будь ты на первом плане, если тебе так хочется, а я буду на втором, мне, знаешь, абсолютно по фигу.

— Лё-он! Вау! Нет, ты правда не против!? Ур-раа! Да здравствует мой великий брат! Ин стату грациэ! Й-йес! Классно! Мама… ах… м-мамочка!.. Нет, так не честно, пусть ты на первом, а мы с тобой наравне! Ну, теперь я им всем… особенно Кошкиной и Волощук!..

И Машка, наскоро чмокнув Лёна в оба уха, прыжками хищного кенгуру поскакала к телефону, трубка от которого находилась в этот момент вне базы, лежала в Лёновой же комнате, на коврике у окна.

Не-ет, женщины, все-таки, очень странный народ.

— А-аллёу!.. Привет, дорогая, как ты там?.. Я тоже… Да, в полном осадке, все еще не могу привыкнуть, что не надо учить эти дурацкие уроки… Нич-чего не делаю, валяюсь, скучаю… Ленюсь, просто ленюсь, ни на что другое сил нет… Господи, как подумаю, что завтра с утра пораньше на укладку и на маникюр бежать, так вообще настроение на ноль… Вместо того, чтобы нежиться в мягкой уютной кроватке… Что?.. Ну ты такая странная! По-твоему, я должна идти на церемонию в детском мэйкапе, в белом переднике, в бантиках с косичками?.. То есть, как это… Я тебе что, не говорила??? Мы с Лёником главные победители в международной лотерее «Летний сад», и завтра в «Юбилейном» вручение премии. Ровно один лимон рублей… на двоих, правда… Ну, и, как ты наверное догадываешься, интервью, потом фотосессии, съемки и прочая СМИ-шная трескотня… тем более, что мы с Лёном близнецы, а сейчас в мировом масс-медиа самый модный тренд — это как раз тема близнецов… Нисколько не шучу, посмотри в любой программе телепередач… Все, моя радость, родители срочно зовут, ну, созвонимся!.. Целую, пока… А-аллёу!.. Здрассьте! А Вика дома?.. Привет, дорогая, ты почему не на даче? Как дела, чем занимаешься?..

Лён с треском захлопнул книгу, оставив, впрочем, между страницами палец вместо закладки, а свободной рукой грозно указал на дверь:

— М-маш-ша! Радость наша!.. Я тебя сколько раз просил — все свои телефонные дела…

— Всё-всё-всё!.. Ухожу, все такие нервные!.. Как, Викуля! Разве я тебе не говорила??? Мы с Лёником выиграли главный приз в международной…

— И дверь поплотнее закрой!..

Автомобильные пробки — это флеш-мобы любителей опаздывать. От дома до дворца спорта «Юбилейный» — минут двадцать неспешного хода, если путешествовать на своих двоих. Или немного дольше, если стремительно форсировать это расстояние в мамином автомобиле. Хотя… в выходной день пробки нечасты.

— Мамик опять что-то там перемеривает! Я ни на что не намекаю, и никого не упрекаю, но в этот день никто не простит нам опоздания, да, ведь, Лёник? Особенно телевидение!

— Угу. А как сама начинаешь перед зеркалом скакать, подобно мартышке, и тряпками швыряться, когда тебя все ждут — это ничего, этого ты уже не помнишь!.. Не суетись, не опоздаем, сиди ровно. С нами же папа.

Аргумент подействовал, и Машка слегка успокоилась. Меншиковым на церемонию полагалось пять пригласительных билетов, по числу членов семьи победителя, но Тимка, старший сын и брат, не захотел идти один, без невесты, поэтому на семейном совете Меншиковы дружно решили: если Лук откажется, а так наверняка и случится, то больше никому из посторонних пятый свободный билет не предлагать, но оставить его навеки в домашнем архиве, просто на память о событии. Лук отказался. Наконец, папа заворочался в кресле, аккуратно сложил недочитанную газету и внушительно кашлянул пару раз. Кашлянье предназначалось маме, и та мгновенно отреагировала:

— Всё. Я уже всё. Где моя трубка, вторая?.. В сумочке. Дети, если все готовы — обуваемся и выходим к машине. Папа не любит опаздывающих.

Папа Меншиков действительно не любит опаздывающих, поэтому, когда он закрыл двери на все запоры и пешком, без лифта, спустился вниз, во дворе его уже поджидал урчащий от нетерпения «пежо», а в нем жена за рулем, изящная ножка в изящной туфельке тридцать шестого размера на педали газа, и двое младших детей на заднем сидении. Все в полной боевой готовности.

Но за минуту до этого, пока он закрывал, проверял сигнализацию, спускался, мама немедленно воспользовалась паузой, и, прежде чем сесть за руль, стала куда-то названивать, а Машка поманила пальчиками Лёна, притиснулась губами к уху:

— Представляю, как они будут колбаситься!

— Кто — они?

— Ну… Бушик и твоя Тугариха. Они еще пожалеют!..

Лён дернул головой, но вырваться из Машкиных цепких ручек было не так просто… Пришлось дернуть посильнее.

— Да погоди же ты трепыхаться, у тебя вихор на затылке не расчесан!

— Во-первых, она не моя, а во-вторых — не Тугариха, а просто Катя. И мне она теперь по барабану. То есть, абсолютно.

— Они в «Контакте» сделали «СП», типа, обручились.

— Их личное дело, мне чихать. Давно?

— Ирка Гусарова говорит, что позавчера еще не было этого.

Любая сила воли не беспредельна, и Лён поспешил сменить тему разговора.

— Ого!.. У тебя — что, акрил!?

— Ха!.. Он только что заметил! Гель, а не акрил. Не хуже чем у мумика, это, кстати, она расщедрилась, в знак признания моих заслуг на ниве учебного фронта. С полным отсутствием четверок… в отличие от некоторых лентяев. А вот у нее акрил, у мамика европейский стиль, так что гель она не признает. «Я люблю глянец только в журналах!» А я и на ногтях! Посмотри, какие цветочки! Это ирисы. Тихо, папа идет!..