Улитка с уклоном - Александр Эйпур
– Это всё? – уточнил Борис.
– Есть экземпляры, которые отправятся своим ходом. Остальное придётся на себе.
Аркадий попрощался с братом, как на фронт провожал:
– Смотри там, под пули не особо. У меня на тебя есть планы.
Братья расстались за воротами. Аркадий потянул в сторону гаража, Борис, нагруженный под завязку, шёл следом за самоходным чемоданом. Наниматель тоже упирался, сумок двадцать вёз на тележке, и рейсов пять придётся делать.
Погода обещала. Лес привычно посматривал на суету и копил терпения. Самоходный штук сдох на полдороге, батарейки сели. Комендант нашёл в одной из сумок комплект новых, зарядил в чемодан, в сумку вернул отработавшие. Жизнь продолжалась.
Краем глаза Борис отметил, что коттеджный посёлок не совсем тот. Только фасады, остальных стен не довезли. Всему свой час, в прошлый раз так и было.
В фонтане тоже не замечено воды. Зато легче убедиться, что в нём не прячутся двойники Домарощинера. Может, они с перелётными птицами появляются? Икра на лапах гусей так и путешествует на север, старый механизм распространения видов, и ведь никто не просит: всё сами, сами.
Судя по резким порывам ветра, у общежития есть четыре основных угла, с малыми архитектурными изысками по фасаду. Единственное отличие от прежнего – наличие шестого этажа. Эк, нашего полку прибыло. А это новые лаборатории, новые направления не только в науке. Женщин прибавилось процентов на двадцать, и это порадует некоторых. Кто ещё так о брате позаботится? Теперь можно и себе присмотреть зазнобу.
До обеда успели сделать три рейса, воду в фонтан дали, солнышко основательно пригрело. Зашли в тень, комендант налил рюмочку настойки.
– Заслужил! На здоровье.
– Сколько у тебя детей?
– Девять, сколько и было.
Значит, что-то с памятью моей стало, подумал Борис.
– И какой этаж выберешь для себя с братом?
– Двухкомнатные номера есть?
– Есть одна, да её моя жена заняла.
– А говорил – любую.
– Могу вместе с женой отдать.
– Как же сам, без…
– В отделе кадров записан: семейное положение – холост. Зачем мне что-то выдумывать?
Выпили ещё по одной, помощник задумал прояснить кое-что (этих кое-что будет – мама не горюй).
– Всюду наблюдаю неточности, кроме Управления. Там вроде постарались на совесть.
– Ты не был в тылу. Дуб там преогромный вымахал, как я знаю, семь раз пытались убрать. Пила, динамит, бульдозер – только тратим топливо, а толку никакого.
– Ну, и пусть растёт себе, кому мешает?
Комендант покачал головой.
– Наивен ты, или прикидываешься. Дуб тот в окна глазеет, что у нас и как. Это же вражеские глаза и уши. Кажется, Лес настоял на этом пункте, перед подписанием перемирия.
– Не промах.
– Так а я о чём?
На стене Борис обнаружил надпись карандашом, сделанную под углом и наспех: «быпомель». Опыт подсказывал, что всякая надпись появляется не случайно. Вселенная не стоит на месте, идут незримые процессы, и человечество делается мудрее… Не все, некоторые.
– «Быпомель», – повторил он вслух.
– Ты умеешь уговаривать, – неожиданно заявил комендант, как кто за язык потянул. – Есть двухкомнатный номер. Ленинская комната. Мы её с тобой перенесём на шестой этаж, её всё равно никто не посещает, кроме комиссий.
– Хорошо, не мавзолей. – Боря стал прикидывать в уме: это выигрышное дело или ухудшает положение? Стены пропитаны изысками партийной цензуры, повторы неизбежны, а такой концентрат может сказаться на самочувствии.
Собеседник неожиданно прислонился к стене, вроде как настойка добилась результата.
– Нет, ты не подумай, что я задвигаю отстранённые теории. Всякое действие имеет последствия. Если реки перекрыли плотинами, то рыба не может попасть на родину, где вылупилась из икры. Казалось бы, рыба: что она может? Отомстить человеку за ухудшение условий – никак. На берег сама не выйдет, не возьмётся за оружие, хотя я, на её месте, уже б открыл стрельбу. Вред природе причиняет не сам человек, а его руководство. Они разве не знают, что планета изредка совершает кувырок? Как выкачают нефть, центры тяжести смещаются, и уходит с поверхности очередная цивилизация. А это работа будущим археологам, которые будут ломать головы, строить версии: чего ж им не жилось-то?
Помощник проглотил язык, задумался над этими словами.
И снова комендант ударом прислонился к стене, ошарашено огляделся по сторонам.
– Ой, а что случилось?
– Как ты себя чувствуешь? Порядок?
Комендант увидел бывшую жену с выводком, они проследовали на общую кухню.
– Кажется, я сболтнул лишнего. Забудь. Пойду просить прощения. Одинокая женщина, с девятью погодками… А ты продолжи моё дело, если меня не хватит.
Провожая глазами отца семейства, Борис увидел несколько незавершённых дел. Девять детей не предел, у предков и поболе рожали, и чемоданы чужие не таскали.
А словечко-то работает! «Быпомель», надо бы записать, поскольку ни простокваша, ни кефир не дают гарантий. – Хлопнул по груди, нащупал ручку с блокнотом. Раз решили поучаствовать в конкурсе, нужно иметь под руками постоянно.
С тележкой двигаться к Управлению то ещё удовольствие. Лист железа оторвался с одного края и гремит так, что вороны сменили место прописки. Вибрации металла напрямую передаются челюстям, за десять ходок можно и с зубами распрощаться.
Но фонтан порадовал. Пара гусей что-то подбросили в водоём, к осени надо будет удочку сочинить, из подручных средств. Что там можно найти в гараже для рыбалки?
* * *
Аркаша тем временем обустраивался солидно. Из комнаты инженерного персонала Белаз был виден не полностью. У него не было иного выхода, как довернуть кабинет градусов на пять. Как только речь коснулась градусов, он догадался: Борису кто-то наливает.
Ладно, ещё не вечер. Главное – кладбище не восстановили. Несколько памятников в полном упадке, посторонний примет их за пни. От обелиска Кандиду не осталось и намёка, как самолично уничтожил. И я не прошёл бы мимо, если бы по мне такую штуку установили. Трудно представить такое: стоит прочный памятник, гарантирующий, что твоё тело надёжно погребено под ним, ты же не будешь улыбаться, каждое утро являясь в гараж. Хотя психологи рекомендуют улыбаться, чего бы это ни стоило. Ведут на расстрел – а ты не можешь отказаться от привычки.
Стена казалась прочной. Ломик нашёлся, колодки для упора. Рычаг был применён по всем