Чаровница - Айна Суррэй

Что за фигня? Он и приблизительно не мог вспомнить, какое существо похоже на это. В конверте лежала записка: «Главный корпус, последний этаж, центральный кабинет. Жду сейчас». Сразу понятно – мисс Джая вызывает. Видимо, ей доложили о самовольном уходе за пределы Академии и сейчас их всех отругают. Выбора нет. Парень направился, куда послали.

В темное время суток учебное здание выглядело немного устрашающе, особенно учитывая тусклое местечковое освещение. И снова чертовы лестницы.

Поднявшись до четвертого этажа, пришлось выходить на крышу, идя через верхний корпус в основную часть здания, а оттуда опять подниматься пешком до самого верха. Почему здесь не поставили лифт? Какой мазохист проектировал здание? Жаль директрису стало: каждый раз вот так подниматься.

Двустворчатые двери заставили немного волноваться. Кайл постучал, после входя внутрь. Ли Ван спокойно сидел на небольшом диванчике, а Эйл, закинув ногу на ногу, расселся в кресле, нагло лопая конфеты. Увидев его, у Кайла аж глаз дернулся. Все волнение и атмосфера некой строгости тут же улетучились.

На удивление мисс Джая сидела абсолютно спокойно за своим столом, находящимся рядом с панорамным окном. Оттуда виднелось приятное сияние от сферы, находящейся ниже. Она перебирала различные документы, перекладывая их по папкам. Стоило Кайлу зайти, двери за ним сами закрылись.

– Теперь, когда все в сборе, можем начать, – женщина подняла взгляд на присутствующих. – Мне доложили, что вы трое покинули пределы Академии без разрешения. После инцидента в храме все ученики обязаны жить в общежитии. Также я уже в курсе, что юный Яр провел весь день в комнате Чжоу, поэтому может остаться там. Утром был созван совет, на котором мы вынесли такое решение. Я не виню вас за то, что вы ушли, поскольку сделали это до того, как решение вступило в силу.

– Вот именно, за незнание не наказывают, – Эйлерт все же сел нормально, перестав поглощать чужие сладости.

– Незнание не освобождает от ответственности, – напомнила директриса. – Как я сказала, наказывать вас не стану. Вам троим запрещено покидать пределы Академии, поскольку вы можете стать следующими жертвами.

– Хорошо, мы учтем. Спасибо за понимание, – Кайл сложил два пальца, поклонившись женщине. Она мягко улыбнулась, глядя на парня.

– Это не единственная причина, по которой я вызвала вас. Триединый Совет запросил свидетельские показания. Предоставьте доклад в электронной форме во всех подробностях до завтрашнего вечера и отошлите мне.

– Триединый Совет… – Ли Ван нахмурился. – Они собираются лично вести дело?

– Нет, сформирован отряд «Эклат», подчиняющийся напрямую им.

– Родители говорили о нем. Они сказали, что будут входить в их состав, а мама возглавит его, – Эйл подергивал ногой. – А кто там еще?

– Мавра, Тьмавра и я. Всего пять человек.

– Вы-то ладно, бывший представитель религии всегда и везде есть, но почему они? – поинтересовался Эйл.

– Они специализируются на темной и светлой магии. Темных магов на стороне добра крайне мало, сами понимаете, – мисс Джая поднялась из кожаного кресла. – Поскольку вы сдержали Чаровницу и не позволили ей полностью разгромить храм, Верховная Жрица желает аудиенции с вами.

– Прямо сейчас? – уточнил Яр.

– Прямо сейчас, – женщина махнула пальцами и двери открылись. – Прошу за мной. Я сопровожу вас к ней.

Ребята переглянулись. Друиды верно сказали. Странные ощущения пробирали изнутри от осознания данного факта. Они двинулись следом за директрисой. Увидеться с Верховной Жрицей очень волнительно. Она много где появлялась, тем не менее ни с кем из выживших после встречи с Чаровницей не разговаривала. Однако сейчас дело связано конкретно с храмом, поэтому понятно, почему та решила проявить участие в данном вопросе.

Ли Вану казалось, что с каждым шагом они заходят все дальше и дальше, куда лезть не стоит. Никто из столь юных магов не мог добраться до общения с верхушкой вот так просто. Глядя на спокойного Кайла, волнение пропадало. Впрочем, оно снова появлялось, стоило увидеть озорную улыбку Эйла. Юноша слишком наглый и буквально на «ты» обращался ко всем, отчего становилось страшно от мысли, что же он может выкинуть на встрече с такой важной персоной.

Мисс Джая вывела ребят из здания, воспаряя в воздух вместе с ними. Кайл в прошлый раз испугался внезапных полетов, сейчас же реагировал более спокойно, а вот бедный Ли Ван вцепился в парня, стараясь обуздать свой страх. Эйл сначала потерял равновесие, но падать ему было некуда. Он уставился вниз. Все же летать ему очень нравилось.

По большей части налетаться можно только во время сна, повезет, если он осознанный. В физическом теле чувство полета ощущалось куда более красочно. Мир магии был закрыт ему большую часть жизни, он никогда не пробовал парить самостоятельно. Впрочем, подобные полеты разрешены не всем, и действовать на нервы экслайнам не особо хотелось. Юноша с интересом рассматривал город с высоты.

Раздумья долго не длились. По воздуху добраться до храма получилось в разы быстрее. За это время здание и территорию убрали, кое-где успели отремонтировать. Пока цуно не вернулись сюда. Им дали неделю побыть дома, отойти от шока.

Директриса провела ребят по знакомым коридорам. Они поднялись по лестнице на пятый этаж, подходя к алым двустворчатым дверям, украшенным резьбой. Женщина постучала три раза, и те распахнулись самостоятельно.

– Приветствую юных героев, – прозвучал спокойный низкий женский голос. В покоях Верховной Жрицы стоял позолоченный трон, где та восседала во время немногочисленных приемов. Остальные части покоев скрывались за красными шторами, свисающими с потолка, закрывающими возможность посмотреть на убранство комнаты.

– Да хранит Вас Вечность, – хором произнесли все четверо, складывая два пальца, поклонившись женщине.

Верховная Жрица поднялась с трона, спускаясь с возвышения на пару ступенек вниз. Часть ее черных волос, собранных в высокий хвост, обрамляло золотое кольцо, похожее на переплетение ветвей, а боковые пряди спускались по изящным плечам. Нижнюю часть лица скрывала вуаль, от чего взгляд приковывался к выразительным васильковым глазам.

Она плавно пошла на встречу ребятам, стуча каблуками по паркету. Ее туфли скрывал подол длинного красного платья с разрезом на бедре, волочащегося следом за ней так же, как мантия. Легкая ткань крепилась к передним кончикам воротника, опоясывающего тонкую шею, и к его