Немые муляжи - Влад Райбер

– Помогите! Убивают!

Девушка спрятала оружие за спину. Левой рукой она теребила край толстовки. Эти жесты выдавали неуверенность, будто девушка не ожидала, что я решу позвать на помощь. Она стояла на месте, склонив голову, чтобы случайно не показать мне лицо.

Я обернулся, а гроба нет! Неужели он испугался крика? Путь открыт! Вдалеке над моим подъездом горел свет. И я, скользя на мокрых листьях, побежал к своему спасению.

* * *

– Тима, это ты? – спросил отец из комнаты, когда за мной хлопнула дверь.

– А кто ещё? – по привычке ответил я.

Он не заметил, что у меня дыхание сбито до хрипов. Ему было всё безразлично, кроме него самого. Отцу нет смысла на что-то жаловаться. Он всегда считал, что делает достаточно, давая материальное обеспечение. Не у одного меня деспотичный родитель…

Я прошёл в свою комнату. С дрожью в руках нашёл в контактах номер телефона Лёхи. Он должен был поверить.

– За мной гнался гроб! – сказал я в трубку.

Лёха, конечно же, меня не понял:

– Кто-кто за тобой гнался? Мне послышалось «гроб»!

– Да! Именно! Гроб! – чётко проговорил я. – И эта… Пиковая Леди. Девушка-убийца. Она собиралась меня прирезать своим рубаком!

Я часто дышал и сглатывал слюну с привкусом крови. Сам бы не поверил, что когда-нибудь произнесу подобные слова.

– Подожди, – было слышно, что Лёха куда-то вышел и закрылся, чтобы ему не мешали. – Давай по порядку: какой гроб?

Я решил объяснять всё как есть. Насколько бы безумно это ни звучало:

– Это не совсем гроб, а странный организм из живой плоти, похожий на гроб. Он переваривает людей. Я так понял: маньячка скармливает ему трупы.

– А ты-ы-ы… – протянул мой друг. – Там не это?..

– Говорю тебе: меня хотели убить! – сказал я холодным и напряжённым голосом.

– Ладно, верю! – ответил Лёха. – Ты сейчас где?

– Дома!

– Вот и хорошо. Ты остынь, соберись, потом расскажешь.

Я подумал: в его словах есть смысл. Мне уже стало спокойнее от того, что удалось с кем-то поделиться. Теперь надо было унять дрожь.

Я пошёл в ванную, чтобы умыться холодной водой. Меня напугало собственное отражение в зеркале. Никогда не видел себя таким жалким и растерянным. На шее пульсировали вены, пот тёк по лицу, зубы стучали. Мои серо-зелёные глаза стали чёрными – настолько расширились зрачки.

– Успокойся, успокойся! – говорил я себе вслух.

Меня могло уже не быть! Чудовищный организм поглотил бы моё тело, переварил и выплюнул в канализацию, как того человека, чьи останки я видел. Теперь уже никто не узнает, кем он был. Надо радоваться, что удалось избежать такой ужасной смерти…

* * *

После беспокойной ночи я засыпал на каждой паре, и звонок, как будильник, возвращал меня в реальность. Лучше бы это оказалось кошмаром. Лёхе и Кириллу пришлось целый день слушать, как меня вчера собирались зарезать и запихнуть в гроб из плоти.

Лёха верил, в силу своего незрелого мышления, а Кира вроде и пытался показать сочувствие, но цыкал языком. Он спрашивал:

– Ты уверен, что всё было именно так?

Веронике я тоже рассказал, но опустил подробности про жуткий организм в виде гроба. Поделился только тем, что видел убийцу с ножом. Вероника перепугалась и посоветовала не ходить по улицам одному.

Занятия поздно закончились. Время близилось к сумеркам. Друзья как сговорились: не стали меня ждать, сразу побежали на первый этаж.

Я их догнал у выхода:

– Ребят, а вы со мной до дома не дойдёте? Страшно как-то.

– Мне сейчас на тренировку, – ответил Кирилл, отводя глаза.

– А я давно хотел туда записаться, – Лёха заулыбался как дурачок.

Стало ясно, что они просто пытаются слинять.

– Друзья называется! – прошипел я.

Лёха выдал нелепое оправдание:

– А ты нас когда-нибудь провожал, что ли?

Кирилл даже не задержался. Ушёл и всё. Лёха глядел на дверь и виновато теребил карман брюк.

Я пытался воззвать к его совести:

– При чём тут: провожал – не провожал? Это же особый случай!

– Ты извини, конечно. Я жить хочу, – ответил Лёха и резким движением прыгнул за дверь.

Я вышел на улицу, а их уже и след простыл. Говорят, друзья познаются в беде… Теперь я понял, как горько узнать, что нет у тебя никаких друзей в момент той самой беды. Это двойной удар!

Во дворе колледжа появилась Вероника. И я быстро подбежал к ней:

– Хорошо, что ты ещё не ушла! Ника, даже не знаю, о чём могу тебя попросить. Надеялся, друзья меня не оставят, а они сбежали…

– А я-то чем помогу? – девушка выглядела рассерженной.

– Мы же вроде встречаемся, – напомнил я.

– В том и дело, что «вроде», – с горечью пробормотала Вероника. – Вроде да, а вроде и нет. Я не помню, когда в последний раз мы ходили на свидание.

– Мы видимся каждый день! – поспорил я.

Девушка грустно усмехнулась:

– Видимся в колледже! Тима, ты мне нравился. Я надеялась на большее, а инициативы от тебя никакой. Мне было грустно принять это, но теперь уже всё равно. Смирилась и отпустила.

Я не мог скрыть удивления:

– И ты сейчас решила всё это высказать? Бросаешь в такой ситуации? Когда меня чуть не убили?

– Ты прав, – Вероника сняла с плеча рюкзак и достала телефон. – Хочу помочь из чувства долга. Переведу тебе пару сотен на такси.

Я вспылил:

– Не надо! На автобусе доеду!

– Будь осторожнее! – крикнула девушка мне вслед.

Я просто пылал от гнева и нёсся по улице до остановки. Автобус пришёл сразу. Там было полно свободных мест, но я не мог усидеть ни на одном. Мотался по салону, с силой сжимая поручни. На несколько минут пропал страх. Осталась только злость. Кирилл и Лёха просто тусовались со мной за компанию. И Вероника – тоже мне, подруга!

Но ещё немного подумав о ней, я задался вопросом: «А в чём она не права?» – Вероника правда старалась стать ближе, а я почему-то этого боялся и неосознанно избегал её. Правильно, что она меня бросила… Я не был хорошим парнем. Стоило перед ней извиниться.

В этот раз мне повезло не проехать остановку. До дома недалеко – минуты три быстрым шагом. Мимо магазинов, по Изумрудному скверу, наискосок к старой гостинице. А там и мой двор.

В сквере горели фонари, люди сидели на скамейках. Не боясь показаться странным, я пронёсся, как испуганный заяц. Двор не был пуст. Сосед чистил машину от опавших листьев, старушка кормила подвальных кошек. Я благополучно добрался до подъезда, отдышался и вошёл в дверь. Встревоженное сердце ещё не успокоилось, и тут – новый удар по нервам!