Чёрт из Чертаново - Антон Панарин

— Но я всё же вытащил, — просипел Толик и скривился от боли.

Услышав это я едва сдержал смех рвущийся наружу. А вы говорите Кларк Кент, у нас свой супермен имеется! Даже со сорванной спиной вынес из огня любимую тёщеньку. Не алкаш, а золото!

— Герой! — Я улыбнулся и хлопнул его по ноге. — А я тебе как раз работу нашел.

По лицу Толика пробежала целая гамма чувств, от радости, до страха снова быть уволенным и тут к дверям подошел водитель скорой.

— Ну всё, хорош валяться. Обезбол уже подействовал. Вылезай.

— Может, ещё укольчик? — Толик с надеждой приподнялся на локте. — А то вдруг ночью спина разболится?

— Топай давай, — заржал водила. — Нам на новый вызов ехать нужно.

Я помог Толику слезть на землю.

— А ты чего голый? — спросил Толик косясь на повязку пропитавшуюся кровью.

— Внуков делал, по маминому заказу, да тут Оля позвонила. Представляешь? Девица ещё строптивая оказалась, набросилась на меня, давай зубами руку рвать! Жуть! — с честными глазами рассказал я небылицу.

— Странно всё это. — произнёс Толик, пока я маму придерживал под локоть. — Алкашом кличут меня, а белая горячка у тебя.

От этих слов я, мама и Толик залились смехом. Страшная ситуация, это я про сгоревший дом. Но рядом родные люди и как-то всё легче переносится. Ну погорели немного и ладно. Завтрашний день принесёт шанс подлатать дом, финансовое положение семьи и кучу других возможностей. Главное что мы вместе и у нас есть этот завтрашний день.

Мы подошли к Оле в момент когда пожарные сообщили, что можно заходить внутрь. Я заметил что один из пожарных смеётся и качает головой как бы говоря «вот это цирк». И тут мы все опомнились.

— А где Даша⁈

Повисла тишина. Мы переглянулись, и на лицах у всех проступил ужас. Про Дашу банально забыли. Она заселилась только вчера, и о её существовании на автомате никто не вспомнил.

Я влетел на крыльцо и через пару секунд распахнул дверь своей комнаты. Даша мирно спала в обнимку с подушкой. Ни вой сирен, ни топот пожарных ее не разбудили. Во сне она завозилась и прошептала:

— Дима, что ты делаешь… Не надо… Ну не при людях же…

Я полюбовался спящей красавицей и тихонько прикрыл дверь. Успокоив домашних, я помог маме лечь на кровать, укрыл её пледом, а после взял у Толика майку алкоголичку. К моему огорчению она села на меня как родная. Главное теперь не начать себя искать, попутно заливаясь вином.

Услышав рёв пожарной машины, я вышел на улицу и проводил наших спасителей взглядом. Красавцы. Отлично сработали. Если бы задержались на полчасика, то от дома ничего бы не осталось. Жаль денег нет, я бы с радостью выписал каждому премию из своего кармана.

Слева от нашего дома, я заметил соседа. Живёт он в особняке увешанном камерами. Чем занимается не знаю, по слухам то ли предприниматель, то ли в администрации работает. Но мужик нормальный. Здоровается, не врубает музыку по ночам. Правда имени его я так и не узнал за те пять лет что он живёт здесь.

— Сосед, выручай. — Окликнул его я, подходя ближе. — У тебя камеры улицу пишут?

— Обижаешь. — мужик с наслаждением затянулся и выпустил в воздух облако дыма. — Пишут в высоком разрешении, ещё и режим ночного виденья имеется. — он цокнул языком подчёркивая как много денег он слил на безопасность.

Что тут скажешь? Моё ему почтение за такую предусмотрительность. Будто знал что мой дом подпалят.

— Поделишься записью?

— Да без проблем. — кивнул он и потянулся к калитке. — Подожди тут, а то дети уже спят.

Через десять минут он вернулся и протянул мне флешку.

— Тут запись за последние сутки. — я потянулся чтобы забрать флешку, но мужик её зажал в кулаке. — Когда поджигателя посадят, расскажи кому вы так насолили. Уговор?

— Уговор, — улыбнулся я и тут же получил заветную запись.

Я поблагодарил соседа и отошел обратно к обгоревшему крыльцу, чтобы позвонить Егору Константиновичу. Моему другу из прокуратуры.

Гудки тянулись так долго, что я успел рассмотреть обгоревший фасад и прикинуть стоимость ремонта. Наконец трубку подняли, и оттуда донеслось сонное:

— Кто я? В смысле кто звонит?

— Вы Егор Константинович. — улыбнулся я. — А звонит вам Дмитрий Караваев.

— Дима, ты вообще знаешь, сколько сейчас времени? — простонал мой друг из прокуратуры, и на заднем фоне что-то грюкнуло.

— Знаю, конечно. Три часа сорок две минуты, — отрапортовал я, глянув на экран. — А примерно час назад кто-то пытался спалить мой дом.

Сон с Егора Константиновича слетел мгновенно. В трубке зашуршало одеяло, скрипнула кровать, и голос зазвучал бодрее:

— Так. Давай по порядку. Кто подпалил знаешь?

— Пока не знаю, но есть зацепка в виде записи с камер. У соседа видеонаблюдение всю улицу просматривает, готов спорить что поджигателя засняло во всей красе.

— Тогда подъезжай в прокуратуру через полчаса. — Он помолчал и поправился: — Нет, лучше через час. Я хоть кофе выпью и умоюсь.

Я написал Оле СМС предупредив что уехал, а после вызвал такси и двинул в прокуратуру. По дороге посмотрел приложение банка и всплакнул от того что уже через день мне будет нечего есть, ведь все имеющиеся деньги я потратил.

Ночной Воронеж пролетал за окном пустыми улицами, я же смотрел на дорогу и всей душой хотел чтобы водила ехал быстрее. Не терпелось узнать кто же подпалил дом, ведь список недоброжелателей был обширным. Радует что страховка покроет ремонт, а если в выплатах и откажут, то плевать. Не так уж дорого восстановить утраченное.

Расплатившись с таксистом, я выбрался на тротуар у здания прокуратуры спрятанного за забором из бетонных плит. Подойдя к калитке я потянул ручку на себя, но дверь не открылась. Тогда я заглянул в небольшое окошко расположенное на уровне глаз в калитке и замер. Во дворе учреждения, между клумбой и служебной парковкой, клубился нарыв скверны размером с добрый арбуз.

Обнаружен нарыв скверны.

Концентрация: 71 единица.

Я невольно присвистнул и попятился назад. Даже в подвале родительского дома было сорок пять, а тут государственная контора, флаг на фасаде, и такая дрянь под окнами. Хотя чему я удивляюсь? Сюда