Филиппа Грегори - Колдунья

Поразмыслив, Элис все же позволила Хьюго уйти от прежней темы.

— Нет, — наконец ответила она. — Но я видела чертежи и еще письма из Лондона, от людей, которые проектируют дома в новом стиле.

— Это будет отличный дом, — пообещал Хьюго. — Мы выкопали глубокий котлован, там будут прохладные подвалы и погреба. И продукты будут храниться даже в самое жаркое лето.

Булыжная мостовая внезапно кончилась, дальше шла плотно утрамбованная грунтовка, построенная еще римлянами и ведущая на север. По земле лошади ступали ровнее, и Элис постепенно привыкала к размашистому шагу кобылы.

— Фасад будет на южной, солнечной стороне, — расписывал Хьюго. — Архитектура в виде буквы «Н» с парадной дверью прямо посередине. Для Кэтрин и ее дам есть гостиная, как только войдешь, сразу налево. Никакого большого зала, никакой общей столовой. Хватит уже обедать вместе с солдатами и слугами.

— Да, перемены будут существенные, — согласилась Элис.

— Новый стиль жизни, — рассуждал он. — Аристократы уже не строят замков, живут в удобных домах с большими красивыми окнами. Зачем сейчас такое количество слуг — это же целая армия! А военному делу я стану обучать крестьян. И в любой момент у меня будет столько солдат, сколько понадобится. Кому нужен этот огромный, постоянно готовый к осаде замок? Настали мирные времена. Так далеко на юг больше не делают набегов ни шотландцы, ни шайки разбойников.

— И ты сэкономишь много денег, — подколола его Элис.

Хьюго усмехнулся — ее намек его нисколько не задел.

— А что здесь плохого? Это поколение моего отца думает, что чем больше народу трясется за тобой, когда ты выезжаешь из дома, тем больше у тебя власти и силы. Я хочу владеть землями, которые приносят реальные плоды, хочу иметь свои корабли на море. Люди будут каждый день работать на меня и получать жалованье, а не киснуть от безделья в караулке, ожидая, когда они понадобятся, завтра или через год.

— Но все равно придется же иметь каких-то домашних слуг, — предположила Элис. — И хоть какую-то свиту.

— О да, — отозвался Хьюго. — Не заставлять же Кэтрин готовить обед!

— Конечно, — улыбнулась Элис. — Не представляю Кэтрин, которая своими руками добывает пропитание.

— Будут и домашние слуги, и конюхи на конюшне, — пояснил Хьюго, — останутся дамы Кэтрин и Дэвид, конечно. Но солдаты пускай идут на все четыре стороны, и кузнец тоже, и шталмейстер, и все эти пекари с пивоварами. Сами сможем варить пиво и печь хлеб, зато не придется кормить и поить целую ораву.

— Твой новый дом будет только для тебя, — заметила Элис. — Для тебя и тех, кого ты захочешь видеть рядом.

Милорд кивнул.

— Избавлюсь от лодырей, которые не зарабатывают на хлеб трудом, слоняются без дела и едят от пуза.

Элис засмеялась серебристым смехом и воскликнула:

— Тогда придется избавиться и от дамской галереи! Во всем замке не сыщешь таких обжор и бездельниц!

— Надо спросить у жены, может, и сократим, — сказал Хьюго. — Не хотелось бы совсем лишать ее общества.

— В последнее время Кэтрин мало что радует, — озабоченно промолвила Элис. — Только лежит в постели, вздыхает и ест. Уже несколько дней не появлялась в галерее и не брала иголку в руки. Встает, только когда обедает с тобой. Хьюго, ты не представляешь, как она обленилась!

— Это вряд ли хорошо для ребенка, — нахмурился милорд.

— Я много раз буквально умоляла ее сделать усилие и встать, — продолжала Элис, — погулять немного, хотя бы пройтись по галерее. Погода становится все лучше, она могла бы сидеть в парке и дышать свежим воздухом. Но она отказывается. Все время жалуется на усталость, постоянно плачет, вспоминает Мору и своих родителей. С ней нужно очень много терпения, Хьюго. Она не так молода, чтобы рожать первенца, и много лет была бесплодна. Организм уже не тот, тело не столь гибко и не такое крепкое, как в юности. Она постоянно пребывает в унынии.

Несколько секунд они молчали.

— Поскачем? — вдруг предложил Хьюго. — Ты ведь справишься с лошадью Кэтрин?

— Мне кажется, я с детства на ней ездила, — весело прощебетала Элис. — Конечно поскачем. Разве я не говорила, что ничего не боюсь, когда мы вместе?

— Но теперь мне надо заботиться и о твоей безопасности, — ответил Хьюго с улыбкой. — Ты ведь тоже носишь под сердцем моего сына.

— Ему ничто не грозит, — успокоила Элис. — Никогда в жизни мне не было так хорошо, я просто счастлива. С твоей любовью у меня есть все. Галопом? Пожалуйста! У меня такое чувство, что я и летать могу!

Хьюго засмеялся и легонько коснулся пятками боков своего коня. Огромный гунтер мгновенно рванул вперед. Кобыла Элис быстрыми скачками устремилась за ним. Вцепившись в луку седла, девушка подпрыгивала и молила Бога, чтобы Хьюго не оглянулся и не увидел, как побелело от страха ее лицо.

А он и не оглядывался. Несколько минут они мчались по дороге; слуги, стараясь не отстать, тряслись позади.

Вдруг Хьюго натянул поводья, кобыла Элис резко остановилась, и девушку бросило вперед, на шею лошади. Лишь крепкая хватка уберегла ее от падения.

— Смотри, — обратился к ней Хьюго. — Вот здесь будут ворота. Вокруг всей территории я возведу большую стену и оставлю внутри все так, как есть: все эти деревья, кусты и траву. Тут у меня будут бродить олени, а может, и кабаны, то есть можно будет охотиться. У ворот построю небольшой домик с привратником. И никаких караульных, никакой гауптвахты. А от ворот проложу дорогу прямо к парадному подъезду.

Он обвел рукой территорию, и Элис увидела человек двадцать рабочих, которые копали и таскали землю.

— Дом будет из камня или кирпича? — осведомилась она.

— Несущие стены из камня, но облицованы кирпичом, — гордо произнес Хьюго. — Красивый кирпич, теплого цвета. На фоне камня очень хорошо смотрится. Кирпичи формуют и обжигают прямо здесь.

— А что за камень? — небрежно обронила Элис, отвернувшись в другую сторону.

— Из женского монастыря, — пояснил Хьюго. — Я велел разобрать фундамент и перетащить камень сюда. Есть камни, украшенные красивой резьбой. И еще я снял у них с крыш шиферную плитку и некоторые балки, которые не сгорели. Смешно тебе будет, Элис, заниматься любовью под монастырской крышей?

У нее внутри все похолодело, но она постаралась взять себя в руки.

— И река недалеко, — заметила она, меняя тему.

Ее голос звучал напряженно, однако Хьюго ничего не заподозрил.

— Можно повернуть русло, перегородить реку и устроить несколько небольших озер, — рассуждал он. — Ловить в них рыбу, просто отдыхать на берегу. Мне нравится слушать журчание воды. Это единственное, чего мне будет не хватать, когда мы переедем из замка.