Сломанные судьбы - Эля Эн

Я в ловушке. Он все предусмотрел.

— Да, и еще… Возьми с собой лекарство. Не хочу позориться на публике.

Хочу подойти, плюнуть ему в лицо, кричать, бить его до тех пор, пока не иссякнут силы. Он у меня все забрал. Лишь о самом ценном пока не догадывается.

Глаза мои наполняются слезами.

— Ты много будешь плакать со мной в браке, По-ли-на, — ухмыляется. — К семи будьте готовы.

Бросает фразу и уходит.

Полина

К семи мы с Дашенькой были готовы.

В магазине я приобрела бархатное платье в пол с V-образным вырезом на груди и разрезом от середины бедра. К платью добавила черные туфли- лодочки на шпильке. Волосы оставила распущенными, сделала яркий вечерний макияж: глаза подкрасила в стиле смоки айс, на губы нанесла красную помаду.

— Ма! Ты такая класивая! — хлопала в ладоши доча, наблюдая за процессом моего преображения.

— Ты еще красивее, моя принцесса!

На Дашеньке воздушное белое платье, туфельки в тон и сумочка. Она ужасно довольна нарядом. И меня это тоже очень радует.

В дверь звонят. Набираю в легкие побольше воздуха и иду открывать. Распахнув дверь, вижу Игоря.

— П-полина Андреевна, Вы… вы готовы? — запинается он, пытаясь произнести мое имя.

— Да, Игорь. Мы готовы!

— Отлично! — прокашливается он в кулак, — Вас ожидает Дамир Тигранович в машине.

И вот мы выходим на улицу. Дамир стоит спиной к нам и разговаривает по телефону.

— Па! — выкрикивает Даша.

Он оборачивается и застывает как статуя. Проходится по мне медленным, внимательным взглядом. Потом смотрит на дочку — та уже летит к нему как белое облачко, потом останавливается и начинает кружиться перед ним, демонстрируя свой наряд.

— Увидимся, Костя! — говорит он собеседнику и отключает телефон.

— Я класивая? — Даша крутится как юла.

— Очень! — опускается на корточки рядом с Дашей.

— А мама? — спрашивает у него.

Я замираю рядом. Он поднимается на ноги, встает во весь свой рост.

— Красивая, — отвечает с хрипотцой. — Поехали, — кивает на машину.

Мы располагаемся втроем на заднем сиденье. Машина трогается с места. Следом за нами тут же отправляется автомобиль с охраной.

Даша сидит посередине и держит Дамира за руку. Дочка без умолку болтает, задает ему вопрос за вопросом, а он отвечает — терпеливо и спокойно.

Я пытаюсь ее утихомирить, но ничего не получается. Даша забирается к нему на колени и принимается крутить его галстук-бабочку.

— Даша, ты папе бабочку испортишь.

— Ма, а папа у нас тоже класивый! — довольно хихикает.

Я смотрю на Дамира. Он действительно красивый мужчина. Прямой нос, широкие брови, красивые — яркие и очень необычного цвета — глаза.

Он тоже на меня смотрит. Пронизывающе.

Я отвожу взгляд.

— Приехали, — говорит Игорь. Я замечаю толпу репортеров и начинаю нервничать.

— Полина! Держитесь рядом, — говорит Дамир.

— Хорошо, — киваю в ответ.

— Лекарство взяла?

— Да.

— Хорошо! Еще один момент… — он достает бархатный мешочек и себе в ладонь высыпает несколько обручальных колец, — Надевай! — протягивает их мне. Смотрю на кольца, беру одно из них, надеваю. Оно оказывается мне велико. Беру другое, и оно садится как влитое.

Маленькое, тоненькое, с дорожкой из сверкающих камней. Замечаю одно большое кольцо его размера, протягиваю к нему руку, но его ладонь тут же сжимается в кулак.

— У тебя нет права надевать на меня кольцо, — почти рычит.

Надевает сам себе кольцо, выходит. Мы еще на несколько мгновений остаемся с Дашенькой в салоне. Дамир открывает дверь с моей стороны. Первой выходит — протискивается мимо меня — Даша.

Он протягивает мне свою руку и улыбается. Так неестественно. Смотрю на протянутую мне ладонь и вкладываю в нее руку.

— Дамир Тигранович! Это ваша супруга? — спрашивает репортер.

— Да, это мои жена и дочь.

— Как их зовут? — задает вопрос другой репортер, щелкает затвор фотоаппарата, и очередная вспышка бьет по глазам.

— Жену — Полиной, а девочку…

Дамир запинается, замолкает на какие-то доли секунды, и тут я понимаю, что он ведь никогда ее по имени и не называл. Ее имя ему — кость в горле.

— Ее зовут Даша, — отвечаю я.

Дамир немного меняетсяв лице.

— Можно семейное фото?

— Да, конечно, — отвечает мой «муж».

Он поднимает Дашу на руки, а меня притягивает за талию. Рука его обжигает мою кожу. Мы настолько тесно стоим, что я начинаю нервно дышать.

— Улыбайся, — шепчет мне на ухо, чем вызывает бурю мурашек.

— Отлично! — говорит репортер и отпускает нас.

Поднимаемся в ресторан. Я держу за руку Дашу, а Дамир идет чуть впереди. Вдруг он резко тормозит, оборачивается, смотрит на меня, протягивает руку. Я принимаю ее, и мы продолжаем путь вместе. Держимся за руки, как настоящая семья. Вот только все это фальшь! Красивая обертка.

— Дамир! — мужской голос заставляет обернуться. К нам направляется высокий мужчина в черном костюме.

— Костя! — откликается мой «муж».

Кажется, он говорит это для меня. Во всяком случае, эта его реакция помогает мне понять, кто находится теперь передо мной. Пока мужчины обмениваются рукопожатиями, я смотрю на подошедшего. Тот тоже смотрит на меня, потом — на Дашу. И, изображая удивление, приподнимает брови.

— Познакомишь меня со своими барышнями? — улыбается, возвращаясь взглядом ко мне.

— Полина и Даша, — сухо отвечает Дамир.

— Та самая Полина? — улыбается еще шире Костя. — Рад лично с вами познакомиться, Полиночка. Вы прекрасны! Костя! — он протягивает мне руку. Я смотрю на Дамира, взглядом испрашивая у него разрешения.

— Воу, Дамир! Ты совсем ее запугал. Она боится даже руку мне протянуть. Так никто не поверит в вашу счастливую семейку.

Значит, этот Костя в курсе, кто я.

— Так, а вот ты — маленькая принцесса, — присаживается на корточки перед Дашей. — Что-то очень ты похожа… — внимательно смотрит на Дамира, потом — на меня. Его глаза сверкают и улыбаются одновременно. Почему он так смотрит? Мне этот Костя не нравится. — …на маму! — договаривает наконец.

— Я думаю, никто ничего не заподозрит, — поднимается, не сводя с меня глаз. — Идем! Заболоцкий уже тут, интервью вовсю дает.

Нас усаживают за один стол, а детей — отдельно. Дашенька почти сразу нашла себе подружку, и они тут же убежали куда-то играть.

Дамир постоянно с кем-то разговаривает, а я сижу за столом и, ковыряя вилкой в салате, разглядываю гостей. Среди этой буржуазной роскоши я чувствую себя белой вороной.

Чтобы не умереть от скуки, я наблюдаю за тем, что происходит вокруг. И довольно скоро замечаю женщину. Та потягивает шампанское из тонкого хрустального бокала и не спускает взгляда с Дамира. Смотрю на «мужа» и понимаю, что он тоже