Любовь Шрама. Расплата за прошлое - Саня Сладкая

— Обычная осечка. Что ты в этом понимаешь? — Дима скрещивает руки на груди и усмехается, — все было подстроено для отвода глаз. Ему что-то было нужно от тебя. А что именно, знаешь только ты. Ян решил обмануть братков, чтобы не делиться. Короче, — Дима вздыхает и проводит рукой по волосам, — он мне сказал, где ты находишься и попросил привезти на адрес. Я приехал на ферму, и нашел тебя. Вот только вместо того чтобы отвезти к нему, я спрятал тебя в безопасном месте. Знаешь, почему?

— Нет.

— Потому что я знал, что Ян тебя убьет. Но перед этим, получит то, что ему нужно. Вопрос — что ему нужно? Ты знаешь?

— Нет. — Мотаю головой и упрямо не хочу верить словам, — у меня нет ничего ценного.

— Возможно, ты просто этого не знаешь. Напряги мозги и подумай, зачем, такая как ты, могла понадобиться отморозкам. Яну пришлось постараться, чтобы провернуть свой бредовый план. Он рисковал. Тебя могли убить, а я мог тебя просто не найти. Если бы не я, ты бы уже была мертва. Ты это понимаешь? Понимаешь, что я тебе не враг?

Мне не нравится тон Димы. Он кажется искренним, но его голос не внушает доверия. А может, дело во взгляде? Он смотрит слишком пристально, и, кажется, будто тщательно подбирает слова.

— Ты мне не враг. — Выдавливаю улыбку, и смотрю в сторону двери, — я никогда не говорила этого.

— Но ты не хочешь мне открыться. Я спрятал тебя, потому что пожалел. Решил не сдавать Яну. И нам крупно повезло, что ему отшибло память. Я еще думал, почему он так долго не звонит. Похоже, ему просто отшибли мозги, когда поняли, что он тебя «убил». Никто и предположить не мог, что может произойти с ценным трофеем! Василиса, ты слышишь, что я говорю? Тебе повезло, что его отделали так, что он теперь мать родную узнать не сможет!

— Да, наверное, так. Мне очень повезло.

— Есть еще одна причина, по которой я нахожусь с тобой. Ты мне нравишься.

Смотрю на Диму во все глаза, и пытаюсь сделать вид, что удивлена. Он медленно подходит ко мне и проводит по подбородку большим пальцем. От взгляда, который останавливается на моих губах, мурашки бегут по коже.

— Не смотри так, будто для тебя это какое-то открытие. — Дима прижимается к моей щеке, и я чувствую древесный аромат туалетной воды, исходящий от его кожи, — я ведь тебе тоже не безразличен, да?

— Я…

— Не притворяйся. Сейчас, самое время для признаний. Тебе ведь понравился поцелуй, я знаю. Если бы Ян не испортил все своим звонком, ты бы не стала ломаться и строить недотрогу.

— Я не готова к отношениям. — Шепчу, и понимаю, что со своей ногой мне точно никуда не вырваться, — мне нужно успокоиться и переварить информацию, которую ты сказал.

— Я не сказал ничего особенного. Лишь то, что спас тебя от убийцы, к которому ты в итоге сбежала. — В голосе Димы снова слышится злость, — я спрятал тебя в своем доме, а вместо благодарности вижу равнодушие и страх. Ты боишься меня?

— Нет. Я просто хочу побыть одна.

— Одна?

Дима, наконец, разжимает объятья и отходит от меня на несколько шагов. Отходит ровно настолько, чтобы видеть меня целиком. Наверное, выгляжу я не очень: зашуганная, с всклокоченными волосами и диким взглядом. В нагрудном кармане что-то вибрирует и шипит, и Дима машинально тянется рукой. Я понимаю, что в кармане лежит рация.

Рация? По моему лицу Дима понимает, что я перепугалась еще больше, и грубо перехватывает за руку, когда хочу проскользнуть к выходу из кухни.

— В чем дело? — он с силой дергает меня, и заставляет остановиться, — можешь объяснить, что с тобой происходит?

— Я хочу выйти на свежий воздух.

— Какой, к чертовой матери, свежий воздух? — на этот раз, он не выдерживает, и повышает голос, — просто успокойся и поговори со мной! Выключи уже этот чайник!

Он в раздражении сносит булькающий чайник с плиты и хватает меня за плечи.

— Слушай, я больше не хочу перед тобой оправдываться. Перестань делать из меня идиота. Мне это надоело.

— Хорошо. Тогда почему ты меня обманываешь? — говорю наугад, буквально тыкаю пальцем в небо, и уже не думаю о последствиях, — ты точно такой же, как Ян. Работаешь на Крета. И если ты на самом деле меня спас, то точно не для того, чтобы отпустить! В коридоре стоит пакет с вещами. Ты прекрасно знаешь, что там лежит. Не знаю, для чего весь этот спектакль, но это перешло все границы.

Лицо Димы меняется. Сначала, он смотрит на меня с искренним недоумением, а затем его губы растягиваются в кривой, язвительной усмешке. Глаза становятся холодными и пустыми.

— Ты рылась в моих вещах?

— Нет! Ман уронил пакет, когда выбежал в коридор. Я не собиралась нигде рыться!

— Конечно, не собиралась. Ты ведь у нас такая правильная. Правильная, серая мышка, которая умудрилась украсть бабло. Очень много бабла.

От слов Димы, меня бросает в холодный пот, и я едва не ударяюсь о дверной косяк, когда он тащит меня в гостиную и бросает на диван. Я с размаху падаю на подушки и чудом умудряюсь задрать ногу. От былой учтивости и заботы не осталось и следа. Я вижу перед собой озлобленного, агрессивного мужчину с горящими глазами. Дима стоит в центре комнаты и тяжело дышит.

Прошло несколько минут, прежде чем он начинает говорить.

— Слушай, давай закончим с этим? Клянусь, я тоже устал ломать комедию. И я не хочу причинять тебе вред. Я не настолько конченый, в отличие от твоего дружка Яна. Будь он на моем месте, то давно открутил тебе голову. Не веришь? По глазам вижу, что не веришь. Странно, правда?

— Пожалуйста, отпусти меня. — Смотрю на Диму умоляющим взглядом, — ты, Ян, да и все остальные… вы ведь знаете, что я ни в чем