Одержимость Пса - Мэри Розфил
Он одним движением стянул с нее свитер, отбрасывая его в сторону. Арина осталась только в тонких трусиках и кружевном лифе. Дамиан шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Огонь освещал ее округлые плечи, полные, аппетитные бедра, глубокую ложбинку между тяжелыми грудями.
— Ты — настоящее совершенство, — выдохнул он, наклоняясь и оставляя влажный, обжигающий поцелуй на ее животе, прямо там, где она всегда стеснялась мягкой складочки. Его губы скользили ниже, к краю трусиков, язык оставлял горячий след на коже. — Мягкая. Теплая. Настоящая.
Арина охнула, выгибаясь навстречу. Его слова, его горячие губы уничтожали все ее страхи. Он боготворил каждую ее неидеальность. Дамиан расстегнул застежку ее бюстгальтера, освобождая грудь. Зарычав от удовольствия, он накрыл один сосок губами, начав жадно, глубоко сосать, пока его пальцы ласкали вторую грудь, сминая ее, наслаждаясь тяжестью и объемом. Он слегка прикусывал нежную кожу, обводил языком затвердевший сосок, и от каждого такого движения Арина чувствовала, как между ног становится все мокрее.
Пальцы Арины зарылись в его жесткие темные волосы. Она тихо стонала, теряя связь с реальностью. Дамиан избавил ее от остатков белья, медленно стягивая мокрые трусики вниз по бедрам. Затем быстро, не сводя с нее потемневших глаз, избавился от своих джинсов и белья. Его тело было оружием — стальным, покрытым шрамами, совершенным в своей смертоносности. И это оружие сейчас было направлено только на нее. Толстый, тяжелый эрегированный член стоял прямо, вены на нем отчетливо проступали в отсвете огня, головка блестела от уже выступившей влаги.
Он навис над ней, раздвигая ее полные бедра своими коленями. Его пальцы безошибочно нашли ее центр — уже влажный, горячий, пульсирующий в ожидании. Арина вскрикнула, когда он провел двумя пальцами по набухшим складкам, собирая влагу, и медленно, глубоко вошел ими внутрь. Дамиан знал, как довести женщину до грани. Он ласкал ее умело, безжалостно — то круговыми движениями по чувствительному бугорку, то длинными, глубокими толчками пальцев, наблюдая за тем, как ее лицо искажается от невероятного наслаждения, как румянец заливает шею и грудь, как ее влагалище сжимается вокруг его пальцев.
— Посмотри на меня, — приказал он хрипло, когда она начала судорожно дергаться в его руках, приближаясь к пику.
Арина распахнула затуманенные глаза. — Пожалуйста… Дамиан, прошу…
— Ты моя. Теперь ты моя, — прорычал он.
Он вытащил пальцы, перехватил ее бедра, приподнимая их, и направил головку своего члена к ее входу. Медленно. Растягивая ее узкое, обжигающе горячее лоно сантиметр за сантиметром. Арина закричала — от сладкой боли, смешанной с ослепительным удовольствием, и впилась ногтями в его спину. Она была невероятно тесной. Дамиан замер, до упора вогнав себя в нее, борясь с желанием начать двигаться безумно и быстро. Ему хотелось вколотить себя в нее так, чтобы она забыла обо всем на свете. Но сначала он дал ей привыкнуть, чувствуя, как ее влагалище пульсирует и обхватывает его член плотным, мокрым кольцом.
Она подстроилась первой. Арина приподняла бедра, принимая его еще глубже. Дамиан сорвался с цепи. Его толчки стали резкими, сильными, глубокими. В тишине дома, под завывание метели, раздавались только их хриплые стоны и влажные, непристойные шлепки тел. Каждый раз, когда он входил до конца, головка упиралась в самое чувствительное место, и Арина не могла сдерживать стоны. Запах пота, дыма от камина и секса кружил голову.
Каждый его толчок высекал из нее искры. Дамиан нагнулся, прижимаясь грудью к ее пышной груди, и жадно поцеловал, разделяя с ней один воздух. Одна рука скользнула между ними, пальцы нашли ее набухший бугорок и принялись кружить в том же ритме, что и его бедра. — Кончай для меня, — прошептал он ей в губы, голос сорванный и низкий. — Хочу почувствовать, как ты сжимаешь меня.
Слова стали спусковым крючком. Арину накрыло мощной, пульсирующей волной оргазма. Она закричала в его поцелуй, сжимаясь вокруг него так сильно, что Дамиан, глухо зарычав, сделал еще несколько яростных, глубоких толчков и излился в нее горячим, обильным потоком, падая на ее мягкое, тяжело дышащее тело.
Буря за окном продолжала бесноваться, но здесь, на ковре у камина, их личный мир только что полностью изменил свои законы.
Глава 5: Собственность Пса
Утро пробралось в комнату сквозь щели в тяжелых ставнях тусклым, серым светом. Буря за окном не утихала, но внутри, под двумя тяжелыми спальными мешками, скрепленными вместе, было жарко.
Арина проснулась от ощущения чужого, пронзительного взгляда. Она открыла глаза и тут же столкнулась с темными, немигающими глазами Дамиана. Он лежал на боку, подперев голову рукой, и просто смотрел на нее. Между ними не было ни миллиметра одежды. Острое осознание того, что произошло ночью на этом самом ковре, накрыло Арину с головой. Щеки вспыхнули.
При свете дня все ее комплексы вернулись с удвоенной силой. Она попыталась натянуть край спального мешка до самого подбородка, пряча обнаженные плечи и тяжелую грудь, покрытую красноватыми следами от его небритого подбородка.
— Не прячься, — хрипло произнес Дамиан, и его большая рука легла поверх ткани, безжалостно стягивая ее вниз, до самой талии.
— Светло… — прошептала Арина, инстинктивно пытаясь прикрыться руками. — Дамиан, не смотри, я же… я полная. Это некрасиво при таком свете.
Он мрачно сдвинул брови. Одним текучим, хищным движением он навис над ней, перехватывая обе ее руки своими длинными пальцами и прижимая их к полу по обе стороны от ее головы.
— Посмотри на меня, Арина.
Она нехотя подняла взгляд. В его глазах не было ни насмешки, ни снисхождения. Только абсолютное, тяжелое обожание собственника.
— Твоя полнота — это то, от чего у меня сносит крышу, — чеканя каждое слово, произнес он. — Каждая складка, каждый изгиб. Ты мягкая, живая и настоящая. И ты моя. Запомни это, потому что я больше не позволю тебе стесняться моего взгляда.
Его губы коснулись ее шеи, медленно спускаясь ниже. Это не было похоже на ночную животную страсть. Сейчас каждое его прикосновение было пропитано тягучей, обжигающей нежностью, которая пугала